Страница 165 из 291
— Не была уверена, — ответила я, чувствуя, как кровь отливает от лица. — Думала, что это игра воображения или остаточный след магии, который исчезнет сам. Но теперь, после всего, что мы обсудили, понимаю: это не остаточный след. Это направление. Кто-то в столице контролировал ту ловушку, питал тотем. Кто-то знал, что мы там будем. Или не знал, но ловушка установлена заранее, на случай, если кто-то придёт.
Каллан остановился. Гнидка, почувствовав, что хозяева замерли, тоже встала как вкопанная — только ушами поводила да хвостом отмахивалась от слепней.
— Серебряная нить, — повторил рыцарь; голос звучал глухо, как из-под земли. — Ты уверена? Цвет? Толщина? Как двигалась?
— Тонкая, как паутинка, — ответила я, закрыв глаза, пытаясь восстановить картинку. — Светилась изнутри, пульсировала. Чистая, холодная. Не извивалась и не цеплялась, а просто... тянулась. Ровно, целенаправленно. Как стрелка компаса.
Рилет спрыгнула с лошади — резко, неловко, едва не упав, — и прошлась взад-вперёд по тракту, нервно жестикулируя.
— Это повод развернуться, — в голосе зазвенел металл. — Понимаешь? Кто-то в столице знает о нас. Ну, или не конкретно о нас, а о тех, кто может разбивать такие тотемы. Но если он узнает, что мы идём...
— Нет, — Каллан перебил жёстко, голос прозвучал ударом хлыста. — Это не повод развернуться. Это повод идти быстрее.
Рилет замерла, уставившись на Каллана.
— Ты с ума сошёл? — выдохнула она. — Там, в столице, тот, кто контролирует этих тварей, кто натравил ползунов на шахтёров, кто, может быть, стоит за всем хаосом. А мы — маленькие, уставшие, без союзников, оружия, защиты. И ты хочешь идти прямо в пасть?
Каллан шагнул ближе; плечи напряглись, костяшки пальцев, сжимавших рукоять меча, побелели.
— А что, по-твоему, будем делать, если развернёмся? — спросил тихо, но голос прозвучал как приказ. — Пойдём обратно в Карн-Дум? В Чёрную страну? В Поющий Лес? Там тоже опасно, там тоже кто-то умирает. Единственный шанс что-то понять, изменить, предотвратить — найти источник. Того, кто дёргает за нити. Или то, что за ними стоит. Я до сих пор не разобрался, кто вы на самом деле и какие цели преследуете. По мне, вы бежите от чего-то — ну и ладно, кто я такой, чтобы судить? Но теперь вы часть всего этого.
Рилет молчала. Я видела, как сжимаются и разжимаются кулаки, как идёт борьба с привычным страхом, с желанием убежать, спрятаться, забыть.
— Он прав, — тихо сказала я. — Не можем бежать вечно. Единственный способ выжить — понять правила игры. А правила пишут там, в Святилище, за стенами, виднеющимися на горизонте.
Рилет перевела взгляд на меня. В глазах стояли слёзы — нет, не слёзы, что-то более упрямое и гордое.
— Мы можем не вернуться, — тихо сказала она. — Всё стало сложнее и опаснее, чёрт... я не на это рассчитывала, возвращаясь сюда. Я так считаю.
— Можем, — согласилась я. — А можем и вернуться. Но если не попробуем, если повернём сейчас — никогда не узнаем. И будем всю жизнь бежать. От себя, от правды, от того, что видели.
Повисла тишина — гулкая, давящая. Гнидка, чувствуя напряжение, тихо всхрапнула и ткнулась мордой в плечо Рилет, словно пытаясь утешить.
— Ладно, — сказала Рилет наконец; голос, хоть и дрожал, звучал твёрже. — Идём. Но если станет слишком жарко — утащу вас, хоть зубами за штаны буду цепляться. Поняли?
Каллан кивнул. В уголках губ на мгновение почудилась тень улыбки — не ледяной кривой усмешки, как раньше, а настоящей, тёплой, почти живой.
— Договорились, — сказал рыцарь.
Двинулись дальше. Гнидка шла ровно. Рилет, снова забравшаяся в седло, молчала; лицо сделалось сосредоточенным, почти суровым. Каллан шагал рядом — рука на эфесе, взгляд сканирует горизонт. Я смотрела на башни столицы, становившиеся всё ближе, и думала: мы идём не просто в город. Мы идём в логово. Ветер с равнины принёс запах дыма — не болотного, тяжёлого, а лёгкого, почти невесомого, от печей, очагов, тысяч жилищ, прижавшихся друг к другу в каменном мешке столицы. Я вдохнула этот запах, и в груди, под слоями усталости и страха, шевельнулось странное, почти забытое — надежда.
«Мы идём, — подумала я. — И что бы ни ждало впереди — будем идти до конца».
Рилет, словно прочитав мысли, повернулась в седле и тихо, почти неслышно, сказала:
— Знаешь, Алиса... Ты очень странная. Для девушки, не способной к колдовству, слишком хорошо понимаешь, как устроена магия.
Я усмехнулась — невесело, но и без горечи.
— Может, потому, что не умею колдовать, вижу то, чего не замечают привыкшие полагаться на магию ежедневно. Или потому, что я из совсем другого места... Там магия тоже была. Просто мы называли её иначе: наука. Мы тоже когда-то думали, что можем контролировать всё. И тоже ошибались.
Каллан бросил быстрый взгляд. В ледяных пронзительных глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. Или на принятие.
Шли молча. Каждый думал о своём. Но в молчании не чувствовалось отчуждения — только общая, выстраданная тишина людей, видевших слишком много, чтобы нуждаться в пустых словах.