Страница 79 из 115
Кайл, всё ещё переваривающий откровение брата, молча развернул схему Дома Пылающего Свитка чистой стороной и принялся набрасывать углём резкие, но точные пометки. Дамиэн, ободрённый молчаливым принятием, придвинул к столу стул. Его взгляд стал сосредоточенным и глубоким — таким, каким бывает лишь в часы погружения в исследования.
И именно в этот миг пришло осознание: мы летим вслепую. Планировалось ворваться в логово одного из могущественнейших Домов, дабы отыскать улику, связанную с другим, давно уничтоженным. Я — криминалист. Моё оружие — логика, понимание мотивов, знание устройства преступных систем. А здесь не понимались даже основы.
— Подождите, — прозвучал мой голос, разрывая тишину, наполненную лишь скрипом угля и собственным громким сердцебиением. Оба брата подняли взгляд. — Я понимаю, мы ищем указ о ликвидации. Но… за что уничтожили Дом Теней? Что они совершили? Без этого контекста мы просто ищем случайную бумажку. Необходимо понимать, что именно мы ищем и почему это так важно.
Дамиэн встретил вопрос понимающим кивком. Кайл лишь хмыкнул, но не стал возражать — что уже было прогрессом.
— Верный вопрос, — отозвался Дамиэн, складывая на столе руки. — Чтобы постичь суть Дома Теней, нужно понимать экосистему, в которой они существовали. Лунная Империя — не монолит. Это хрупкое, вечно колеблющееся равновесие всех Домов. Каждый — государство в государстве, со своей магией, интересами и жаждой власти.
Он сделал паузу, собираясь с мыслями. Кайл, не отрываясь от схемы, пробормотал:
— Начни с основ. Она не знает азов.
— Я уже рассказывал ей вскользь… Дом Молотоборцев, — начал Дамиэн с лекторской интонацией. — Их стихия — металл и земля. Без оружия и доспехов, заряженных их магией, армия Империи — всего лишь пыль.
— А без вечных споров о цене и сроках наша казна была бы полнее, — тут же парировал Кайл, проводя линию на чертеже с таким усилием, что уголь чуть не лопнул. — Каждый заказ — месяцы торга и угроз. Мастера сажать на крючок.
Слушала их, заворожённая. Дамиэн давал сухую, академическую справку, тогда как Кайл делился живым, испещрённым шрамами опытом. Вместе они создавали объёмную и пугающе реальную картину.
— Дом Песчаных Змей, — продолжил Дамиэн. — Мастера иллюзий и маскировки. Никогда не знаешь, где они и говорят ли правду.
Кайл хмыкнул, на этот раз с откровенным презрением.
— Мастера трусливых ударов в спину. Ни разу не встречал в честном бою. Предпочитают отравлять колодцы, распускать слухи и стравливать других. Их главное оружие — ложь.
От этих слов по спине пробежали мурашки. В привычном мире тоже хватало лжецов, но чтобы целая организация была на этом построена…
— Дом Вечного Прилива, — голос Дамиэна понизился, наполняясь почтительным трепетом. — Управляют водами — от городских каналов до… кровотока в жилах.
— И кровотоком, — мрачно подтвердил Кайл, на мгновение отрываясь от карты. Его взгляд, тяжёлый и предостерегающий, упёрся прямо в меня. — Лучше не попадать к ним в немилость. Умираешь будто от естественных причин. Остановка сердца, внезапный разрыв сосуда в мозгу. Никаких следов.
Глотнула, ощущая, как пересыхает горло. Это была уже не магия как абстрактная сила, а идеальное, неотслеживаемое орудие убийства.
Так и продолжалось: Дамиэн обрисовывал контуры Дома, а Кайл наполнял их мрачными, кровавыми красками реальности. Дом Солнечного Шёпота — лучшие друзья алхимиков из Тайного Вздоха, поставляющие им как целебные травы, так и смертельные яды. Дом Разбитого Колокола — некроманты, с которыми никто не желал сидеть за одним столом. Дом Серебряных Снов — психики, способные свести с ума или подсадить на блаженное забвение. Каждый штрих, каждая деталь рисовали мир невероятно сложный, опасный и параноидальный, где любой Дом служил одновременно и щитом, и мечом, направленным в спину соседа.
Наконец Дамиэн подошёл к самой сути. Его голос понизился до шёпота.
— И последний… Дом Теней. Весь род был уничтожен двести лет назад. Основную линию заперли в их же библиотеке и сожгли заживо.
Он сделал паузу, давая осознать чудовищность этого факта.
— Официальные хроники говорят о «предательстве великой важности», но конкретные обвинения… стёрты. Полностью.
На этих словах Кайл отложил уголь. Он выпрямился, и его массивная фигура словно заслонила собой свет от камина. Взгляд был устремлён не на нас, а в пустоту, будто в ней виделись отголоски давних ужасов.
— Единодушие Домов — миф, — прозвучал его низкий, неумолимый голос. — Призрак, не существующий в природе. Молотоборцы ненавидят Песчаных Змей за ложь, Тайный Вздох презирает Разбитый Колокол за связь со смертью, а все вместе с подозрением взирают на нас, Ловцов Душ.
Он медленно перевёл на нас тяжёлый взгляд.
— Но чтобы уничтожить целый Дом, до последнего младенца… пришлось отбросить все распри. Они узрели угрозу, способную стереть их всех. Не политическую. Не экономическую. Экзистенциальную. Нечто, ставящее под вопрос саму их суть.
Слова повисли в воздухе, холодные и тяжёлые, словно свинец. «Экзистенциальную» — это слово придало истории новый, пугающий вес. Речь шла не о власти или богатстве, но о выживании. О чём-то, что напугало могущественных, циничных магов до такой степени, что те объединились для акта абсолютного, беспощадного уничтожения.
Сознание, отточенное для раскрытия преступлений, заработало с бешеной скоростью, отбросив первоначальный шок.
— Кому была выгодна их смерть? — вопрос прозвучал чётко, подобно щелчку затвора. — Если уничтожение было тотальным, кто унаследовал ресурсы? Земли, архивы, магические артефакты? Кто занял их место в совете?
Дамиэн оживился, уловив направление мыслей.
— Согласно теориям, основные активы поделили между собой Дом Пылающего Свитка — знания и архивы — и Дом Небесного Огня, забравший магические реликвии. Но доказательств нет. Всё оформлено как «возвращение в казну» или «конфискация ради общей безопасности».