Страница 33 из 115
Честный выигрыш. Глава 11.
Че, голых мужиков не видела?
Низкий голос Кайла с едва уловимой усмешкой прозвучал прямо над ухом, врезаясь в сознание подобно ледяной струе. Я вздрогнула, словно меня поймали на чём-то постыдном, и резко отвела взгляд, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец. Чёрт возьми! Он заметил, как я разглядывала его торс — эти идеально проработанные мышцы пресса, широкие плечи и мощные руки, на которых ещё поблёскивали капли воды после душа. Но он не просто констатировал факт, а метнул в меня мою же фразу, словно отточенный нож, мстя за ту неловкую сцену с переодеванием.
Мой мозг, ещё секунду назад анализировавший карту и строящий грандиозные планы, напрочь отказался работать. Я судорожно пыталась найти хоть какое-то достойное оправдание или колкий ответ, но язык будто прилип к гортани. Всё, что мне удалось издать, — это невнятное мычание, от которого стало ещё жарче.
Кайл не двигался, стоя на пороге и опираясь плечом о косяк. Его поза казалась расслабленной, почти небрежной, но в серых глазах читалось холодное, хищное удовольствие от моей растерянности. Он явно наслаждался этим моментом.
— Я... я просто... — с трудом сглотнув, я наконец выдавила: — Просто оценила обстановку. Ты внезапно появился. В таком виде.
— В таком виде я здесь появляюсь часто, — парировал он, и уголок его рта дёрнулся. — Казармы, знаешь ли. Но на меня, почему-то, раньше никто так не пялился.
Сделав шаг вперёд, он невольно заставил меня отступить, пока я не наткнулась спиной на выступ стола. Пространство комнаты, ещё минуту назад казавшееся нейтральным и функциональным, вдруг резко сузилось, наполнившись им — его запахом чистой кожи, его молчаливой, подавляющей физической силой. И в тот момент я с болезненной остротой осознала разницу между нами.
В моём мире я была взрослой, самостоятельной женщиной — высокой, достаточно сильной, чтобы поставить на место зарвавшегося оперативника, и уж точно не хрупкой. Но здесь всё оказалось иначе. Здесь я была заперта в теле юной, почти девичьей фигурки с тонкими запястьями, узкими плечами и лёгкостью в кости. А напротив стоял он — настоящая гора мышц, тренированных и отточенных до идеала, мужчина, явно привыкший к физическому доминированию. «Здоровенный бычара», как бы сказали в отделе. Этот контраст, это внезапное осознание собственной уязвимости заставило сжаться всё внутри. Я была не просто чужой в этом мире — была слабее, беспомощнее, и это открытие оказалось горьким и унизительным.
Кайл, казалось, прочитал мои мысли. Его взгляд скользнул оценивающе, без намёка на неловкость, что терзала меня. Он видел внезапную неуверенность и смущение. И, чёрт побери, ему это явно нравилось.
— Успокойся, я тебя не съем, — произнёс он наконец, и в голосе послышались нотки привычного раздражения, словно моя реакция его утомила. — Пришёл сказать, что ты можешь не дрожать — пока я здесь, ни одна тварь до тебя не доберётся.
Он обошёл меня и опустился на край кровати с таким видом, будто собирался нести вахту прямо здесь. Пружины жалобно скрипнули под весом.
— Ты... останешься? — неуверенно спросила.
— А куда мне деваться? — Кайл хмыкнул, разваливаясь поудобнее и закидывая руки за голову. Мышцы на груди и животе плавно напряглись, вырисовав ещё более чёткий рельеф. Я снова почувствовала прилив жара к лицу и упрямо уставилась в стену над его головой. — Мой отец, на секундочку, будет совсем не против, если тебя найдут мёртвой в одном из дальних коридоров дворца. Кто-то ещё, непонятный, тоже не против твоей смерти. А я, получается, твой единственный телохранитель. Так что да, я здесь, буду сидеть и охранять тебя.
В словах сквозила откровенная скука, даже брезгливость. Но под этим, мне почудилось, было что-то ещё — какая-то тень беспокойства. Ведь не просто же так он примчался с тренировки, едва успев смыть пот.
— Ты... беспокоился? — рискнула предположить.
Он резко повернул голову в мою сторону, и его взгляд стал колючим, предупреждающим.
— Не лезь не в своё дело.
— Но ты же здесь сразу после тренировки. Значит думал обо мне!
— Думал о том, какой же ты скандальный и проблемный груз, — отрезал, но отвёл глаза. — Из-за тебя мне теперь тут торчать, вместо того чтобы заниматься настоящей работой.
Меня будто обдали холодной водой. Его слова были грубыми и точными, как удар кулаком в солнечное сплетение. Груз. Проблемный груз. Именно так я себя сейчас и чувствовала — беспомощной пешкой, из-за которой корёжатся планы важных людей.
— Значит, план — просто сидеть здесь и ждать, пока твой императорский дядя соизволит прислать новые указания? — в моём голосе зазвучали стальные нотки, а смущение постепенно вытеснялось привычной яростью от бессилия. — Сложа лапки и надеясь, что в дверь не постучит очередной убийца, с которым твои «доверенные ловцы» не справятся?
— А у тебя есть идеи получше? — язвительно поинтересовался Кайл, не меняя позы. — Может, рванём прямиком в покои к отцу и предъявим ему эту твою побрякушку? — он кивнул в сторону стола, где лежал чёрный амулет. — Очень умный план.
— Эта «побрякушка» — единственная вещественная улика! — вспылила я. — Он реагирует на мою кровь! Мы должны его изучить, понять, как он работает! В моём мире на этом строится вся криминалистика — на изучении улик, а не на сидении в четырёх стенах в ожидании чуда!
Кайл с нескрываемым раздражением провёл рукой по лицу.
— Слушай, ты только что пережила покушение. Ты вся ещё трясёшься, как осиновый лист, хотя и пытаешься изображать из себя железную леди. Ты мало спала, не ела нормально. Ты на взводе. Какое ещё изучение? Амулет подождёт.
Его слова были резкими, но в них, к моему собственному удивлению, проглядывала странная, исковерканная забота. Не обо мне, конечно — о состоянии инструмента. Но всё же.
— А что насчёт Дамиэна? — сменила я тему, понимая, что с Кайлом в таком режиме не договориться. — Ты с ним связывался? Он там в порядке? В этой своей «лечебнице»?
Кайл поморщился, словно от неприятного воспоминания.
— Связывался.
— И?
— И всё в порядке. Пока что. Его «исследуют» целители, кормят кашкой и задают глупые вопросы. Стандартная процедура для тех, на кого навесили ярлык «одурманенного».
— А как эта связь работает? — не унималась я. — Вы что, обмениваетесь голубиной почтой? Магическими камнями? Телепатией?
Он посмотрел на меня с таким выражением, будто я спросила, почему трава зелёная.