Страница 25 из 115
Минуты растягивались в вечность под тяжестью его безмолвного взгляда. Я чувствовала, как слёзы начали высыхать на щеках. Весь этот день, все унижения, вся ярость — всё это сжалось в один-единственный вопрос, рождённый не логикой, а инстинктом, последней надеждой.
Я наклонилась вперёд, и слова сорвались с губ шёпотом, в котором таилась вся моя уязвимость и вся моя надежда:
— Ты же не работаешь на Валуа?
Казалось, даже шум с улицы на мгновение стих. Я не отводила взгляда, ловя малейшую тень реакции на его невозмутимом лице.
Слова повисли в воздухе тяжёлыми, ядовитыми гроздьями.
— Ещё как работаю. Валуа всё-таки Верховный Ловец Душ... и мой отец.
Мир сузился до крошечной точки. Звуки с улицы — гул голосов, скрип повозок — пропали, заглушённые оглушительным стуком крови в висках. Я поперхнулась; а оставшаяся слеза, которую я только что размазывала по щеке, внезапно показалась позорной меткой, последней слабостью, которую он сейчас использует, чтобы добить меня.
«Отец. Он сын Валуа, плоть от плоти того, кто хочет увидеть меня мёртвой»
Каждую клетку тела пронзило льдом, когда минутную надежду сменил животный, всепоглощающий ужас. Взгляд скользнул по его обнажённым рукам — массивным, с выпуклыми костяшками и коротко остриженными ногтями. Рукам, с которых он зачем-то снял перчатки. Неспроста, ничего в его действиях не было спонтанным.
«Он убьёт меня. Убьёт прямо сейчас. Вот почему Гримоальд сбежал, заикаясь и кланяясь! Он знал! Он знал, что лорд Кайл не просто страж, а палач, получивший особое задание от отца. Избавиться от меня тихо, здесь и сейчас, без свидетелей»
Я неосознанно рванулась в сторону и спина больно ударилась о спинку кровати. Руки сами собой обхватили колени; сжалась в комок, пытаясь стать меньше, незаметнее, в надежде защитить жизненно важные органы инстинктивным, древним жестом. Дыхание перехватило, в груди закололо, я ждала, когда он поднимется, когда его тень накроет меня, когда эти сильные пальцы сомкнутся на горле.
Но Кайл не двигался, а просто сидел, наблюдая за моей немой пантомимой ужаса с тем же холодным безразличием. Его ладони неподвижно лежали на коленях, и в этом было что-то... странное. Совсем не этого ждёшь от убийцы, готовящегося к прыжку.
И тогда он нарушил тишину снова. Его голос не изменился, в нём не было ни злорадства, ни гнева — лишь всё та же утомлённая, ледяная констатация факта.
— Но назначил меня сюда не отец.
Я застыла, не веря своим ушам. Мозг, уже смирившийся с неминуемым концом, заскрипел, пытаясь переработать эту информацию. «Не отец, но кто? Кто ещё может отдавать приказы сыну Верховного Ловца?»
Сын моего главного врага выдержал паузу, дав время переварить информацию. Его взгляд, всё такой же пронзительный, словно выискивал момент, когда я наконец сложу два и два.
— А дядя.
Слово отозвалось эхом в пустоте моего сознания.«Брат Валуа. Единственный человек в этой стране, чья власть могла перевешивать власть Верховного Ловца. Император»
Воздух с шумом хлынул обратно в мои лёгкие. Я распрямилась, всё ещё сидя на кровати, но уже не сжимаясь в комок. Глаза расширились, пытаясь прочитать на его каменном лице подтверждение этой безумной догадки.
Император, этот слабый, больной, находящийся под каблуком у брата старик... тайно приставил своего племянника охранять меня. Не убить, а охранять.
Весь ужас, всё оцепенение разом ушли, сменившись обжигающим осознанием того, что я стала пешкой в партии, масштабы которой даже не могла представить.
Взгляд скользил по нему — лорду Кайлу, сыну Валуа, человеку императора. И вдруг леденящие мурашки пробежали по спине, когда до меня дошло: я оказалась в самом эпицентре чудовищной дворцовой игры.