Страница 78 из 82
Глава 68
Сабина
Эта неделя кажется бесконечной — она гораздо тяжелее той, когда Глеб чуть не изнасиловал меня. Каждую ночь сны о случившемся на дороге врываются в сознание, как незваные гости: в них Марк не успевает меня спасти, а Андрея вообще нет в моей жизни… Холодный ужас сковывает тело, и я просыпаюсь от собственного крика — он рвётся из горла, будто пытается вырваться наружу, оседает тяжёлым эхом на стенах комнаты.
Андрей тут же оказывается рядом. Прижимает к груди, гладит по волосам, баюкает, шепчет что‑то успокаивающее. Так же делал отец в детстве, когда снились кошмары. Раньше я и представить не могла, что Андрей способен на такую тихую, глубокую нежность — она проникает в самую душу, понемногу растапливая ледяной комок страха. Теперь я знаю…
Всю неделю он не отходит от меня. Я ночую у него дома, и лишь днём езжу к себе под пристальным контролем охраны.
Конечно же, отцу и Нике мы не стали рассказывать о том, что произошло. Не хватало ещё папиной тревоги. Он бы тут же забрал меня домой, и мы с Андреем не смогли бы проводить время вместе.
А сейчас он рядом. И я всё время боюсь, что это закончится. Что настанет день, когда он скажет мне, что я ему больше не нужна.
Я не задаю вопросов. И он ничего не говорит.
Возможно, оставаться в этом неведении для меня гораздо лучше. Во всяком случае пока…
Андрей дарит мне поездку в Италию — на следующей неделе мы вылетаем. Может, он это сделал из‑за того, что натворил Вардов… а может, он просто хочет побыть со мной ещё немного вместе, подарить мне дополнительную каплю света. Не знаю. Но мысль о далёких улочках Рима, о тёплом солнце и его руках рядом заставляет сердце биться чаще. Так хочется забыться, стряхнуть с плеч этот груз, хотя бы на мгновение стать свободной.
Единственное, я пока не знаю, как сообщить об этом отцу.
Работа и общение с Никой тоже меня отвлекают. Я полностью оставляю ресторан отца и занимаюсь вечеринкой и свадьбой. Довожу организацию помолвки до конца — это мой якорь, то, что не даёт утонуть в кошмарах. Проводить её решили в другом месте: одна мысль о том, чтобы ехать через ту часть дороги, где на меня напали, вызывает приступ удушающей паники. Мы с Андреем быстро нашли базу отдыха у озера — тихое, светлое место, где, кажется, даже воздух другой. Он помог мне связаться с владельцами и арендовать помещение в последний момент.
Сейчас здесь всё усыпано цветами и гирляндами — они мерцают, словно маленькие звёзды, запутавшиеся в ветвях. Я безумно нервничаю: вдруг я что‑то упустила? В голове тысяча вопросов: всё ли готово, всё ли идеально? Но вокруг — счастье: папа и Ника светятся, гости смеются, столы ломятся от еды и шампанского. А я не могу присесть и расслабиться — хожу между столами, проверяю зал, консультируюсь с ведущим. Сегодня я не просто подружка невесты и дочь жениха — я организатор вечеринки и будущей свадьбы. Сегодня пробный вечер: каждая мелочь важна, каждая ошибка — урок, который поможет сделать настоящую свадьбу идеальной.
Официантка неожиданно вырастает передо мной и протягивает поднос с бокалами шампанского.
— О, спасибо. Я не хочу, — отнекиваюсь, махнув рукой.
Но девушка указывает пальцем на сложенный в несколько раз листок между фужерами.
— Вам просили передать.
Бросаю взгляд на отца с Никой — они поглощены друг другом, их глаза светятся таким счастьем, что на мгновение и мне становится легче. Открываю записку дрожащими пальцами: «Жду тебя в беседке номер 9, у самого озера». Губы трогает улыбка — Андрей приехал! Он говорил, что занят сегодня… но вот он здесь.
Я сглатываю.
Никогда не забуду, как увидела его разбитые руки после той ночи, в которую Вардов старший напал на меня. Я не стала спрашивать. Мне не захотелось слышать ответ. И сейчас я не желаю знать подробности. Хочу похоронить всё, что связано с этой семейкой, поглубже — и никогда не вспоминать. Пусть это останется в тёмном прошлом, а сейчас есть только настоящее и будущее.
Убеждаюсь, что на меня никто не смотрит, ныряю через арку в сад и быстро шагаю к беседке. Отвожу светящуюся тюль — и оказываюсь внутри. Открытая стена смотрит на озеро, закатные лучи окрасили воду в рыже‑красные тона, будто сама природа решила нарисовать для нас этот волшебный фон.
Андрей стоит спиной ко мне — высокий, красивый, в белой рубашке и чёрных брюках. Его силуэт чётко вырисовывается на фоне угасающего дня. Он медленно поворачивается. Серьга в ухе сверкает в лучах заката. Серебро в его глазах разливается оттенками от тёмно-серого до почти белого.
— Я уже заждался, — произносит хрипло, и от его голоса по коже бегут мурашки.
Подходит ближе, обхватывает за талию, прижимает к груди. Его губы находят мои — жадно, но в то же время так бережно, что внутри всё переворачивается. Язык проникает в рот, и мир сужается до нас двоих. Я жадно скольжу пальцами по его волосам, царапаю ногтями, вдыхаю запах духов — древесный, терпкий, такой родной. Кажется, ничего лучше в жизни я не знала. С ним я в безопасности. Здесь и сейчас — только мы.
Андрей проводит руками по моим ягодицам, сжимает, ныряет пальцами в вырез платья. Я громко хихикаю и шлёпаю его по плечу.
— Не здесь же!
— Почему же? — спрашивает он, лизнув меня по губам. В серых глазах пляшут озорные искры.
Внезапно за спиной раздаётся голос — резкий, ледяной, разрывающий наш хрупкий мир на части.
— Я бы тоже хотел знать, почему же не здесь, а, дочь?
Мы резко поворачиваемся. Перед нами стоит отец. Его лицо искажено гневом, глаза метают молнии. Он цедит сквозь зубы, и каждое слово звучит как удар:
— Можно было вообще при мне, верно?