Только с тобой

— Ты дружишь с парнями из баскетбольной команды? — спрашивает он, и в его голосе слышится неподдельное удивление, почти изумление. Несколько раз моргаю, потому что мне кажется, что зрение предательски подводит меня, искажая реальность, но, когда очертания вокруг немного проясняются, вижу, как его зеленые глаза сверкают, в них пляшут озорные искорки. Значит, я не ослышалась. О, Боже, только не он.

— Нет, не они, а девочки, которые с ними, — уточняю я, и его лицо заливается ярким румянцем.

— Это все равно довольно круто. Ух ты, — говорит он, и я вижу, как его щеки горят. — Извини, я просто большой фанат баскетбольной команды и..

Прежде чем успеваю вставить слово, он начинает говорить о команде. Кажется, он упоминает, что у него есть занятия с ТиДжеем и Джаггером, и что он встречался с тренером. Я не совсем уверена, потому что в какой-то момент начинаю отключаться.

Опираясь локтем на барную стойку, я кладу подбородок на ладонь, рассеянно кивая.

— ..Лэндон.

Мой подбородок чуть не соскальзывает, когда я слышу его имя.

— Что?

— Лэндон — единственный, с кем я не общался в команде. Он просто такой.. — он делает глоток пива, обдумывая, что сказать дальше. На его губах появляется робкая улыбка. — Устрашающий.

Я хихикаю и качаюсь на стуле, почти проливая на себя напиток.

— Пожалуйста, не позволяй его мрачной личности заставить тебя думать, что он устрашающий. Он совсем не такой, — я морщусь. — Ты ничего не теряешь. Он так-то мудак. Если бы была на твоем месте, я бы держалась от него подальше. Было бы несправедливо, если бы я не предупредила тебя о нем.

Его брови поднимаются, глаза расширяются, он смотрит куда-то над моей головой с недоумением или, может быть, со страхом?

— Эй, — я сжимаю его руку, чтобы вернуть его внимание ко мне, но он отступает на шаг. — Что случилось?

— Несправедливо, да? — моя спина напрягается от знакомого британского акцента.

Я не смею обернуться, потому что хочу верить, что это всего лишь плод моего воображения. Но это всего лишь мечты, потому что он действительно стоит за мной.

— Черт возьми, Лэндон! Привет, так здорово тебя видеть. Я твой большой фанат, — говорит Ривер, его тон спокойный и сдержанный, но я вижу, как он пытается подавить свой восторг. От него исходит энергия, и я почти уверена, что только что заметила, как он вытер ладони о джинсы. — Меня зовут..

— Спасибо, что составил ей компанию, но я сам позабочусь о ней, — перебивает его Лэндон, вставая между нами.

Я издаю смешок, не веря своим ушам.

— Мы уходим, — говорит он без всяких эмоций.

Ривер выглядит так же озадаченно, как и я. Его взгляд мечется между мной и Лэндоном, и вдруг в его глазах загорается искра, словно он соединил все точки.

— О, черт, вы, ребята..

— Боже, нет!

— Нет.

Между его бровями появляется складка, но затем они расправляются, и он улыбается.

— Наверное, мне стоит вернуться к своим друзьям.

Я хочу сказать ему, чтобы он не уходил. Уверена, что выгляжу отчаянно, глядя на него. Но это не имеет значения, потому что он принимает мое отчаяние за сигнал уйти.

— Было здорово познакомиться с вами. Увидимся, — говорит он с улыбкой, хотя Лэндон едва ли обращает на него внимание, когда тот уходит.

— Нет, не уходи, — умоляю я, но он уже пропал, а музыка заглушает слова. Я поворачиваюсь к гиганту перед собой, но тут же жалею об этом, когда все вокруг начинает кружиться.

— Вот почему мы уходим. Ты пьяна.

Я злюсь, держась за барную стойку, чтобы сохранить равновесие.

— Ты просто все портишь.. Ты мудак, уходи..

Мне кажется, он закатывает глаза, но я не уверена. Он подзывает бармена, и тот ставит передо мной прозрачный стакан, а затем уходит, чтобы помочь кому-то другому.

— Выпей это, — требует Лэндон, его голос жесток и непреклонен, но я отпихиваю стакан, будто он обжигает, и моя рука инстинктивно тянется к месту, где только что стоял коктейль, но он исчез, словно растворился в воздухе.

— Эй! Я еще не.. я еще не допила! — мой голос срывается на раздраженный писк. — Тебе придется расплатиться за это!

— Прекрати этот цирк и выпей воду, Джулианна, — бросает он, в голосе звучит неприкрытое раздражение, когда он снова ставит передо мной прозрачный стакан с водой, словно навязывая свою волю.

Не могу объяснить, почему мое имя звучит столь необыкновенно, почти сладко, слетая с его губ.

— Попробуй заставить, — усмехаюсь я, поднимая на него взгляд. — Уверена, ты был бы не прочь, верно?

Он делает шаг, сокращая и без того крошечное расстояние между нами, словно вторгаясь в самую суть моего личного пространства.

— Мне бы понравилось, если бы ты, наконец, осушила этот чертов стакан.

Я подаюсь вперед, запрокидывая голову и вглядываясь в его глаза снизу вверх, вкладывая вызов в каждый жест.

— А мне бы куда больше понравилось, если бы ты просто растворился в воздухе.

Мои глаза лихорадочно ищут бармена, потому что не собираюсь прерывать свой вечер, тем более подчиняться его нелепому приказу. Я снова призываю его, но он продолжает оставаться глухим к моим мольбам, его взгляд упорно избегает меня. Кажется, он сознательно игнорирует меня, словно получив негласный приказ.

Мои брови сводятся в гневной складке.

— Ты что, ему сказал..

— Ты пьяна, Джулианна. С тебя достаточно, — его взгляд пронзает меня, словно бросая вызов, призывая спорить с ним.

— Я сама решаю, когда мне остановиться, — голос дрожит от негодования. Я снова пытаюсь поймать взгляд другого бармена, но она упорно отворачивается, игнорируя меня. Громко выдыхаю, наполненная кипящим раздражением, вскидывая сумочку на плечо с демонстративным жестом. — Надеюсь, теперь ты полностью удовлетворен.

— В полном восторге. Теперь давай, пошли отсюда.

Я резко отбрасываю его руку, когда он пытается схватить меня за запястье.

— Стой, погоди! Я никуда не пойду с тобой.

— Я отвезу тебя домой, — бросает он, с такой обыденностью, словно это должно было мгновенно развеять все мои сомнения и успокоить.

— Ты имеешь в виду, что это ты идешь домой.

Он с досадой, почти с яростью, запускает пальцы в свои волосы, растрепывая их. Эл, конечно, была права — его волосы действительно были чертовски хороши.

— Они в курсе, что я тебя отвезу домой.

Я резко выныриваю из водоворота собственных мыслей и инстинктивно тянусь к стакану, ощущая жгучую, невыносимую жажду.

— Кто именно?

— Все ушли.