Страница 23 из 31
А Джаред – дядя Патрика. Но я как-то даже… Не то, чтобы не знала, но не придавала значения. Знала, что дальние родственники, и Йозеф в моей жизни появился не совсем случайно, но… Как-то Йозеф при мне это особо не обсуждал. Уровень слишком уж разный, и какие-то давние семейные споры.
- Отлично! – Ульрих довольно потер руки. - Мы можем написать? Патрик с дядей не очень, но не настолько, чтобы тот ему сообщение не передал. Если удастся вызвать Патрика сюда, то мы справимся.
Справимся. Мне очень хотелось верить.
Они ушли с Гораном сначала Джареду Блакбери писать, потом в подземелья, изучать камни. А моя задача – убедить всех покинуть поместье. И как можно скорее. Без паники, лишних вещей не брать, скоро они вернутся снова. Но пока лучше отсидеться в тихом месте.
Паника, конечно, началась, но, к счастью, не слишком. Мне кое-как удалось справиться. Где-то к обеду уже большая часть наших людей погрузилась на телеги, и двинулись в сторону ближайшей деревни. Ульрих сказал, чтоб даже охрана уходила, они против магов все равно не помогут, лишние жертвы только.
Несколько раз я чувствовала, как тихо вибрирует земля – это где-то в подвале Горан пытается с древними камнями взаимодействие наладить. Судя по всему – у них это надолго, такое не происходит вдруг.
Кухарка наша все утро прорыдала, сначала из-за Вима, потом из-за скорых сборов, так что с обедом не задалось.
Но как раз где-то к обеду приходил Ульрих, набрал лепешек, колбасы и сыра, чтобы им там без отрыва от дел перекусить.
- Патрик нам ответил, - сказал он, колбасу на ходу откусывая. – Будет здесь где-то дня через два, ему быстрее не успеть. Так что нам нужно выиграть время. Должно получиться. Вибрацию чувствуешь? Вот… Камни Горану отзываются, но пока силы не хватает защиту запустить. Или мы делаем что-то не так. Попробуем еще разобраться. Ты сама-то чего не собираешься?
- Я? – удивилась даже. – Я не поеду.
Он нахмурился.
- Тебе не стоит тут оставаться.
- Стоит, - твердо сказала я. – Это мой дом, я прожила тут двадцать лет. Мой сын здесь остается, значит, и я тоже.
- Это опасно, - сказал Ульрих. – Тебе нет никакого смысла тут быть.
Да, я знаю.
Очень хочется злиться на него, потому что из-за него ведь! Это его брат затеял, и его герцогство, в итоге, делят. Хочется сделать его виноватым. Хоть кого-то. Но правда в том, что Горана втянули совершенно независимо от Ульриха. Горан тоже не виноват, что ему было делать? И если бы не Ульрих, то Горана убили бы уже у Барсучьего брода. Когда речь идет о таких деньгах, как в Риверхилле – лишние свидетели не нужны. А по слухам, казна Ульрихова герцогства больше, чем казна короля.
И вот, этот герцог стоит тут, мою чесночную колбасу дожевывает.
- Я все равно останусь.
Ульрих кивнул. Дернулся уйти, но не ушел, стоял, глядя на меня.
- Как ты? Страшно? – спросил тихо.
И вот как-то… Я всхлипнула. Потому что – да. Очень страшно. Я впервые… вот так… и страшно. Я не понимаю, как быть и что делать. Я сегодня все утро пытаюсь быть спокойной и твердой, успокаиваю людей, рассказываю всем, что бояться нечего, нужно просто немного переждать. Но мне все равно страшно.
- Страшно.
Ульрих поставил корзинку с едой на пол, положил колбасу сверху и обнял. Просто обнял, уверенно так и тепло.
Я всхлипнула снова, уткнулась ему в плечо.
- Ну, что ты, - сказал он. - Все хорошо будет.
Я попыталась кивнуть, но только всхлипнула еще больше. Никак справиться с этим не могла. Слезы подступили.
- Прости, - я попыталась слезы вытереть.
- Да все хорошо, - сказал он. – Ты поплачь, иногда надо поплакать. Тут любому страшно будет.
Осторожно губами моего лба коснулся. О волосы мои носом потерся.
Ульрих… Когда он так обнимает…
- От тебя чесноком пахнет, - сказала я, и как-то чуть отпустило немного. И чуть смешно даже.
- Ага, - сказал он. – Колбаса у тебя вкусная.
Улыбнулся в ответ.
А потом наклонился и поцеловал по-настоящему. Я даже дергаться не стала, обняла его сама, ответила. Вдруг поняла, что именно этого мне не хватало. Не знаю, что будет потом, но ужасно нужно сейчас.