Страница 69 из 72
— Реальный.
Полина обняла её.
— Только не исчезай снова.
— Куда?
— В человека. Ты умеешь.
Елена поняла, что дочь говорит не только о Максиме.
О её привычке становиться частью чужой жизни и считать собственные желания второстепенными.
— Не исчезну, — сказала она.
Слишком уверенно.
Поэтому добавила:
— Постараюсь.
Новые отношения не превратили Максима в другого человека.
Он по-прежнему иногда решал быстрее, чем спрашивал.
Однажды Елена вернулась домой и обнаружила нового мастера, который менял протекающий кран.
— Кто это? — спросила она.
Максим вышел из кухни.
— Сантехник.
— Вижу.
— Кран тек.
— Знаю.
— Мог затопить соседей.
— Я собиралась вызвать завтра.
— Я вызвал сегодня.
Елена почувствовала, как внутри поднимается знакомая ярость.
— Ты вошёл в мой дом и организовал ремонт без моего согласия.
— Полина открыла.
— Не в этом дело.
— Кран действительно был опасен.
— Не в этом дело!
Мастер замер.
Елена повернулась:
— Продолжайте. Раз уж начали.
Потом увела Максима в спальню и закрыла дверь.
— Мы это обсуждали.
— Да.
— Ты не принимаешь решения за меня.
— Я не принимал решение о твоей жизни. Вызвал сантехника.
— Именно с таких мелочей всё начинается.
— Елена, не сравнивай кран с разводом.
— Я сравниваю принцип.
— А я считаю, что ты преувеличиваешь.
— Тогда уходи.
Слово прозвучало слишком быстро.
Максим замер.
Елена тоже.
Они смотрели друг на друга.
Старый сценарий стоял между ними.
Он мог уйти.
Она могла закрыть дверь и несколько дней не отвечать.
Максим медленно произнёс:
— Ты хочешь, чтобы я ушёл сейчас и вернулся к разговору позже, или хочешь закончить отношения?
Елена не ожидала.
— Не знаю.
— Тогда я не буду додумывать.
— Я злюсь.
— Вижу.
— Ты опять сделал, как хотел.
— Да.
— И считаешь, что прав.
— В вопросе крана — да. В том, что не спросил, — нет.
Елена отвернулась.
— Я не хочу тебя видеть.
— Хорошо. Уйду после мастера.
— Почему не сейчас?
— Потому что я его привёл и должен закончить.
— Опять ответственность.
— Да. Не вся она плохая.
Елена хотела спорить.
Не смогла.
Через сорок минут кран был исправлен.
Максим оплатил работу.
Подошёл к ней в прихожей.
— Я ухожу.
— Хорошо.
— Завтра в семь продолжим?
Она вспомнила условие.
— Да.
Он ушёл.
На следующий день позвонил ровно в семь.
Елена ответила.
— Я не хочу, чтобы ты решал бытовые вопросы в моём доме, — сказала она.
— Понял.
— Даже если проблема срочная.
— Если вода хлынет на пол?
— Тогда перекрываешь и звонишь мне.
— Хорошо.
— Не Полине.
— Хорошо.
— И не называешь это заботой.
— Это было заботой.
Елена напряглась.
Максим продолжил:
— Но забота не отменяет нарушения границы. Я должен был позвонить.
Она выдохнула.
— Да.
— Теперь моя часть.
— Говори.
— Не произноси «уходи», если на самом деле хочешь, чтобы я перестал спорить.
Елена молчала.
— Это угроза разрывом, — сказал Максим. — Даже если ты не имеешь в виду.
— Я хотела, чтобы ты ушёл.
— На сколько?
— На вечер.
— Тогда так и скажи.
— Хорошо.
— И не используй дом как доказательство того, что моё мнение никогда не имеет значения.
— Это мой дом.
— Да. Но иногда я нахожусь в нём как твой мужчина, а не сантехник или отец детей.
Формулировка заставила сердце ударить быстрее.
— Ты мой мужчина?
— Я надеялся.
— Не торопись.
— Поэтому спрашиваю.
Елена закрыла глаза.
— Да.
— Что?
— Иногда ты мой мужчина.
— Очень конкретно.
— Не злоупотребляй.
Они продолжали.
Иногда удачно.
Иногда нет.
Максим мог замкнуться после сложного разговора с Анной Викторовной. Елена замечала.
— Ты исчез.
— Я рядом.
— Физически.
Он начинал отрицать.
Потом признавал:
— Мне стыдно.
— За что?
— Что Илья боится, когда я повышаю голос.
— Тогда скажи ему.
— Не хочу делать ребёнка свидетелем моих проблем.
— Не нужно рассказывать всё. Достаточно сказать, что голос был слишком громким.
Максим говорил.
Оставался.
Елена тоже ошибалась.
После одной ссоры она отменила совместную прогулку, сославшись на усталость мальчиков. На самом деле не хотела видеть Максима.
Он не стал спорить при детях.
Вечером позвонил.
— Они правда устали?
Елена молчала.
— Нет.
— Ты отменила из-за меня.
— Да.
— Это нарушение нашего условия.
— Да.
— Почему?
— Потому что злилась.
— Мы можем провести время с детьми отдельно от твоего желания видеть меня.
— Знаю.
— В следующий раз?
— Не буду.
— Хорошо.
— Тебе не хочется сказать что-нибудь неприятное?
— Хочется.
— Говори.
— Ты требуешь от меня не использовать детей, но сама пока не доверяешь, что я останусь их отцом без тебя. Поэтому иногда проверяешь.
Елена почувствовала злость.
И узнала правду.
— Возможно.
— Что проверяешь?
— Придёшь ли ты, если я не буду рядом.
— Приду.
— Уже знаю.
— Тогда зачем?
— Страх не исчезает сразу после доказательства.
Максим выдохнул.
— Понимаю.
На этот раз она не раздражилась на согласие.
Лето пришло незаметно.
Мальчики готовились к четвёртому дню рождения.
Миша хотел праздник с машинами, динозаврами и настоящим пожарным автомобилем.
Илья хотел, чтобы никто не приходил.
После долгих переговоров решили устроить небольшой праздник во дворе дома Елены. Несколько детей из развивающего центра, Полина, няня, Максим.
Ирина сообщила, что сможет приехать с Лизой.
Девочка чувствовала себя хорошо. Контрольные обследования не выявили новых осложнений. Она уставала быстрее сверстников, но уже ходила в небольшой сад и гордо рассказывала всем, что у неё железное сердце.
— Она мне не сестра, — объяснял Миша.
— Двоюродная племянница, — сказала Полина.
— Это что?