Страница 64 из 72
Глава 10
Дверь открываю я
— Возможно, я хочу проверить, способны ли мы построить другой.
Максим не ответил сразу.
Он стоял возле подъезда, положив одну руку на крышу машины. За стеклом Миша пытался объяснить Илье правила игры, которую только что придумал. Илья не слушал и включал фонарик прямо себе в лицо.
Обычный вечер.
Обычные дети.
Ничего торжественного.
Елена только что произнесла слова, которые ещё утром показались бы ей невозможными.
Она ждала, что Максим подойдёт.
Возьмёт за руку.
Спросит, когда можно переехать.
Возможно, наконец позволит себе улыбнуться так, будто долгие месяцы ожидания закончились.
Он не сделал ничего.
— Что для тебя значит «проверить»? — спросил Максим.
Елена почувствовала раздражение.
— Ты мог бы хотя бы обрадоваться.
— Я обрадовался.
— Не видно.
— Ты сама говорила, что чувства не становятся менее настоящими только потому, что их не видно.
— Не используй мои слова против меня.
— Я не использую.
Он выпрямился.
— Просто боюсь понять тебя неправильно.
Елена посмотрела на него.
Раньше Максим не боялся понимать неправильно.
Он понимал так, как считал правильным, а потом действовал.
Теперь спрашивал.
Не слишком романтично.
Зато честно.
— Это не приглашение вернуться домой, — сказала она.
— Понимаю.
— И не обещание, что мы снова поженимся.
— Понимаю.
— И не награда за то, что ты стал заниматься сыновьями.
— Я не жду награды.
— Все так говорят.
— Я не все.
— Иногда хуже.
Максим почти улыбнулся.
— Возможно.
Елена скрестила руки.
— Мы продолжаем жить отдельно.
— Хорошо.
— Не отвечай на всё сразу. Я ещё не закончила.
— Слушаю.
— Мы не изображаем счастливую семью ради мальчиков.
— Согласен.
— Если отношения не получатся, ты остаёшься их отцом.
— Да.
— Не используешь детей, чтобы добраться до меня.
— Никогда.
Елена подняла брови.
Максим исправился:
— Не буду. Если замечу, что делаю, остановлюсь.
— Лучше.
Она посмотрела в сторону машины.
Миша стучал ладонью по стеклу.
— Мама! Мы долго?
— Ещё минуту!
— Ты сказала это две минуты назад!
— Значит, ещё одну!
Максим открыл заднюю дверь.
— Миша, мама разговаривает.
— Я вижу.
— Тогда подожди.
— Я жду долго.
— Три минуты.
— Это долго.
— Для тебя — да.
Он закрыл дверь.
Елена продолжила:
— Мы идём к семейному терапевту.
Максим нахмурился.
— Анны Викторовны недостаточно?
— Она работает с детьми.
— Хорошо.
— Это не должно быть «хорошо» только потому, что ты боишься спорить.
— Я не боюсь спорить.
— Тогда спорь.
— Я не вижу причины отказываться от терапии.
— Вообще ни одной?
— Вижу. Мне будет неприятно обсуждать личное с чужим человеком. Возможно, я буду сопротивляться. Но понимаю, зачем это нужно.
Елена кивнула.
Так звучало честнее.
— Во время конфликта ты не исчезаешь.
— Не исчезаю.
— Не перестаёшь отвечать.
— Да.
— Не закрываешь разговор словами «вернёмся к этому потом», если потом никогда не наступает.
— Мы можем делать перерыв?
— Можем. Но называем точное время, когда продолжим.
— Хорошо.
— Не скрываешь тяжёлую информацию под видом защиты.
— Да.
— Даже если думаешь, что она разрушит отношения.
Максим посмотрел прямо.
— Даже тогда.
— Не решаешь за меня.
— Понял.
— Нет. Ты говоришь это уже несколько месяцев. Я хочу, чтобы ты услышал шире. Не только не подаёшь документы без моего ведома. Не договариваешься о моей работе, не отменяешь мои планы, не вызываешь мастера в мою квартиру, не предлагаешь Полине то, что касается меня, прежде чем спросишь.
— Я никогда не вызывал мастера.
— Это пример.
— Очень конкретный.
— Потому что знаю тебя.
Максим кивнул.
— Хорошо.
— Теперь про меня.
Он замер.
Возможно, не ожидал.
Елена продолжила:
— Я не использую детей как наказание.
— Ты уже признала это.
— Признать мало. Если мы поссоримся, график встреч не меняется.
— Согласен.
— Я не говорю: «Раз ты такой, сегодня не увидишь мальчиков».
— Хорошо.
— И не заставляю Полину выбирать сторону.
— Да.
— Если мне страшно или больно, я говорю об этом, а не делаю вид, что ничего не чувствую, пока не перестану чувствовать вообще.
Максим смотрел внимательно.
— Это условие для тебя?
— Да.
— Самое сложное.
Елена нахмурилась.
— Почему?
— Потому что остальные ты умеешь выполнять приказом.
— Я не выполняю отношения приказом.
— Иногда выполняешь.
Она хотела возразить.
Не стала.
— Каждый из нас имеет право остановиться, — сказала Елена. — Без угроз. Без обвинений. Без «после всего, что я сделал».
— Согласен.
— Прежняя любовь ничего не гарантирует.
— Знаю.
— Нет, Максим. Если нам однажды было хорошо, это не означает, что будет снова. Если мы всё ещё любим, это не означает, что должны жить вместе.
— Я понимаю.
— И последнее.
Он ждал.
Елена почувствовала, как голос становится тише.
— Ты не переезжаешь ко мне, пока я сама не предложу.
Максим несколько секунд молчал.
— А если никогда не предложишь?
— Значит, не переедешь.
— Хорошо.
На этот раз в его ответе не было ни обиды, ни попытки скрыть разочарование.
Просто принятие.
Елена смотрела на него с подозрением.
— И всё?
— Что?
— Никакого торга?
— Ты предлагаешь начать отношения. Не подписать капитуляцию.
— Звучит именно как капитуляция.
— Некоторые условия неприятны. Некоторые кажутся очевидными. С некоторыми, возможно, будем спорить позже.
— С какими?
— Например, с тем, что только ты определяешь момент, когда я могу войти в дом не как гость.
— Это мой дом.
— Да. Поэтому спорить сейчас не буду.
— А потом?
— Если отношения будут развиваться, скажу, что мне больно оставаться человеком, который каждый раз уходит. Но не потребую ключ.
Елена почувствовала, как что-то внутри сжалось.
— Хорошо.
— Это всё?
— Пока.