Страница 57 из 149
— Это точно не здесь, тут при всем желании не утонешь. Мой Васек бы не утонул. Заводь выше по течению и ниже, там карпы вотакие! — он раскинул руки.
— Феденька! Мы здесь, отзовись! — прокричали совсем рядом.
— Встречаемся у магазина, если что, — сказала я. — Если что-то подозрительное обнаружите, зовите.
А сама взобралась на глинистый склон и двинулась дальше, присматриваясь к следам. Тут сосем недавно прошли взрослые, а потом свернули, посчитав, что место неопасное. То есть мне досталась необследованная территория.
Я переступала через сухую колючую траву, даже не ощущая, что ноги все исцарапаны. Нет, это точно не место из видения. Тут склон отвесный и глинистый, там мальчик скользил по траве. Клены, да, есть, они тут везде. Но даже если он сорвется, то упадет на берег, потому что летом речка мелеет и отступает. Чем ближе я подходила к заводи, тем становилось страшнее.
Вот и оно. Вода тут спокойная, темная, еще подернутая туманом. Сказочная такая вода, так и кажется, что вылезет русалка или какие умертвие. Берег был отвесным, практически без растительности. На нем следы должны быть отлично заметны. Я присмотрелась. Ничего. Даже намеков на падение.
И вдруг со стороны поля раздался истошный крик, словно с кого-то живьем сдирали кожу. Сердце сорвалось в галоп, я сама чуть не скатилась прямиком в воду, но удержала равновесие и побежала на крик. Наверное, Ане не повезло обнаружить тело. Если оно там, откуда доносится крик, то это не утопленник. Мальчик мог попасть под поезд, его могли разорвать собаки, а видения — ошибаются!
Или, может, тут орудует маньяк, и тогда страшно представить, что обнаружила бедная Корефаночка.
Ломанувшись сквозь малинник, я разодрала плечи и ноги, и увидела Аньку, стоящую в поле. Истошно вопя, она крутилась на месте, била себя по телу, сдирая халат. Со всех сторон к ней бежали взрослые. Увидев, что ей ничего не угрожает, отступали. А вот Никита не отступил, подбежал к подруге и замер в нерешительности. Я остановилась рядом и вскоре поняла причину истерики: по Анькиным ногам, спине, рукам расползались сотни микроскопических паучат, даже в волосах они копошились, и в брошенном в траву халате. Выпучив глаза, девочка билась в истерике, тщетно пытаясь их смахнуть.
— Аня, Анюта, успокойся. Они ж крошечные и сами в шоке, — попыталась я ее успокоить.
Я начала помогать ей их стряхивать. Когда мы справились, и она немного успокоилась, сзади послышался голос Никиты.
— Ань, я уж думал, что…
Анька снова заверещала и, обхватив руками плоскую грудь, рухнула в траву.
— Уйди, уйди отсюда! — заорала она на друга.
Мальчишка растерянно захлопал глазами, а до меня наконец дошло, что вторая волна истерики из-за того, что Анька осталась в одних трусах.
Ох, идиотская идея брать детей в помощники, лучше б сама пошла.
Я, встряхнула халат, вытрясая паучат, протянула его ей и обратилась к Никите:
— Пошли, тут его нет. И не было, скорее всего.
Мы оставили всхлипывающую Аньку одеваться и направились за мост. Надежды уже не осталось. Я не понимала, где искать.