Страница 41 из 149
Голоса стихли, воцарилась звенящая тишина. Я чуть сместилась и рассмотрела их лучше: два красивых зрелых человека стояли, касаясь плечами. Огонь между ними давно потух. Это были скорее партнеры, чем любовники.
Уйти или войти? Уйти — струсить, войти — наломать дров. О, как хотелось ворваться и уличить их во лжи, ткнуть носом в дерьмо… Но нет. Подними я сейчас скандал, это ведь и по отцу ударит, и по Марине. Есть и третий вариант, он позволит мне хорошенько все обдумать. Когда началась возня, я отошла от двери на цыпочках аж к лестнице и, нарочито громко топая, направилась к хоровому залу. Пусть думают, что меня тут не было, и успеют подготовиться.
Когда я шагнула внутрь, Константин двигал стулья, а мама переставляла вазы с цветами. Но все равно, увидев меня, оба невольно шарахнулись в разные стороны, но быстро взяли себя в руки.
Я сделала вид, что мне очень неловко и скорчила самую жалобную гримасу, на какую была способна.
— Что ты тут забыла? — бросила мать.
Так, шаг назад, втянуть голову в плечи и проблеять:
— Прошу прощения. Я хотела букеты забрать. Жаль, если завянут.
— И давно ты пришла? — спросила мать с вызовом.
— Только что, — соврала я. — Меня отец ждет, я заберу цветы и сразу убегу.
Константин Леонидович вперился в пол, а мать смотрела на меня так, будто пыталась просканировать мои мысли. Жаба и гадюка со сменой ролей, адский БДСМ длиною в двадцать лет. Кто кого больше нагнул — большой вопрос.
— Бери и иди, — сказала она обвинительным тоном. — Мне еще класс в порядок приводить.
Я забрала цветы и поспешила к выходу, ощущая, как мать сверлит меня взглядом — наверное, уже спина дымится.
У выхода ждал ничего не подозревающий папа в Жуже, видимо, его со стоянки прогнали таксисты. Жалко его стало до кома в горле. Он всегда был честен, старался, чтобы всем было хорошо, за что его так? За что так — Марину? Ладно, надо взять себя в руки и не выдать смятение, потому что папа счастлив, вот и пусть праздник остается праздником. Как говорила Скарлетт, подумаю об этом завтра.
Мы не спешили домой, поехали по объездной, наслаждаясь видами ночного города. Папа всю дорогу рассказывал мне что-то из своего детства, истории из института, спрашивал о друзьях, о том, есть ли у меня парень. Я слушала и односложно отвечала. Как же сложно было держаться! Как хотелось обнять папу и разреветься. В той жизни она убила его, тварь! Они с любовником! И у нее хватило наглости говорить о нем гадости после всего!
Никогда не прощу этого. И не позволю этому случиться, ведь у меня есть козырь в рукаве. И я могу воспользоваться им в любой момент, останавливала только Марина, она ведь любит папу, а он любит ее.
Во двор мы приехали ночью. Черные окна нашей квартиры сказали, что никого нет дома, Марина летает с Дэном, мать кувыркается с поганым альфонсом. Фу!
Нужно попытаться уснуть, но, чувствую, ночка мне предстоит веселая. А завтра я напомню маме про мой ультиматум.
Друзья! Ко нечно же, у нас выбрана линия поведения героини. Но интересно ваше мнение: как бы отреагировали вы, окажись (не дай Бог!) на месте Алены?