Страница 122 из 149
Марина от радости даже забыла, что рядом папа, бросилась ему на шею и расцеловала. Таня захлопала в ладоши и расцеловала меня. А папа наконец положил шашлык на подготовленный заранее пакет, разложенный на покрывале.
– Денис, спасибо тебе огромное! – расчувствовалась я. – Ты спас мою мечту.
Мне хотелось тоже его расцеловать, но я сдержалась – Марина не поймёт.
– Значит, банкет продолжается? – возликовала сестра. – Достаю всё назад?
Она распаковала овощи и сыр, сокрушаясь, что так красиво разложить уже не получится. Папа отошёл к палатке и принёс нам бутылку красного сухого «Каберне».
– Ничего себе! – не сдержалась Марина.
– Ну, сегодня день особый. По глоточку можно.
Папа достал одноразовые стаканчики и разлил вино. Мы разобрали их, и я вдохнула забытый запах.
Отец начал говорить:
– Дочь, сегодня твой праздник. Но и мой тоже, конечно. Потому что я обрёл свою маленькую талантливую девочку, такую хрупкую и беззащитную, но с огромной душой и открытым сердцем. Ты наполняешь нашу жизнь светом, как маяк светит в пасмурную ночь. У тебя впереди вся жизнь, я хочу, чтоб ты была счастлива. Сегодня я исполнил одну твою мечту, а желаю, чтоб исполнялись все. И рождались новые, потому что без них жизнь скучна и невзрачна. Давайте выпьем за Алёнины мечты! Пусть они исполнятся.
– Ура‑а‑а‑а! – закричала Танюша, и её поддержали Марина и Ден. Мы чокнулись стаканчиками и пригубили вино, закусывая шашлыком.
– Обалденный шашлык! Вы мариновали? – смакуя, обратился Ден к папе.
Папа покачал головой и кивнул на меня.
– Нет. Алёна.
Ден чуть не подавился от удивления.
– Ничего себе! Во даёшь, малая. Поделись рецептом?
Я кивнула, принимая комплимент и прислушиваясь к ощущениям. И в прошлом, и в будущем меня хвалили редко.
– Не превращайте закуску в еду! – прервала наше пиршество Марина. – Систер, теперь я скажу. Знаешь, я всегда считала тебя мелкой и не воспринимала всерьёз. До этого месяца. Ты не перестаёшь меня удивлять. В тебе скрыто столько таланта, силы и мудрости, что смело могу передать тебе звание старшей сестры, несмотря на твой возраст. Пусть твой талант развивается, и на небе всегда горит твоя звёздочка. Пока маленькая, но очень яркая! А мы будем смотреть, как она становится больше и ярче с каждым днём! За тебя!
Она подошла и обняла меня. В горле свернулся ком. Вот, на свой день рождения я опять плачу, но теперь – от счастья.
Когда она меня отпустила, я незаметно смахнула слёзы.
Первая партия шашлыка заканчивалась. Вино тоже. Осталось немного для тоста Тани и Дена.
Таня торжественно подняла стаканчик.
– Моя любимая рыба! Ты уж прости, если тебе не нравится, как я тебя называю. Но ты уже не мышка. Ты – рыбка. Золотая и очень милая. Как сказал твой папа, пусть твои желания исполнятся, ведь золотые рыбки исполняют желания других, а ты исполни свои. Вот, сегодня уже происходят чудеса. И я благодарна судьбе, что у меня есть такая подруга, которая всегда рядом. Без гнили и понтов. С кем можно и посмеяться, и поплакать. Знаешь, ты самый близкий для меня человечек, и я вот здесь, – она приложила руку к сердцу, – клянусь, что никогда тебя не предам и всегда буду рядом, даже если окажусь далеко.
И ведь она не обманула! Слёзы снова побежали, предатели, пришлось отворачиваться и делать вид, будто я что‑то там забыла.
Ден поспешил добавить, пока было что пить:
– Малая, я красиво говорить не умею, но попытаюсь. Ты – классная. Я мало с тобой общался, но чувствую, что это так. Я желаю тебе безоблачной юности, чтоб никто, – он выделил слово «никто», – не смог тебе её испортить. А мы с Маришкой будем рядом.
Мы ещё раз стукнулись стаканчиками и принялись доедать мясо, пока оно ещё тёплое.
Смеркалось. Ден подложил в костёр новую партию дров, они разгорелись и затрещали. Из‑за горы показалась луна и бросила на воду серебристую дорожку. В детстве я считала, что, если луна коснётся моря, по этой дорожке можно до неё дойти.
Мелкие волны накатывали на берег, ударяясь о камни, и разбрасывали серебро брызг. Ден расчехлил гитару и коснулся струн, проверяя строй. Немного подкрутил колки и заиграл перебором незнакомую мелодию. Марина подсела к нему поближе и опустила голову на его плечо. Таня легла около костра, подперев голову рукой. Папа заслушался, иногда качая головой в такт. А я сидела и просто тихо радовалась тому, чего у меня никогда раньше не было, и благодарила судьбу за подаренный второй шанс.
Гитара в руках Дена шептала свою историю любви. Именно шептала, и каждая нота звенела в тишине оттенками выплеснутого чувства. Бас звучал протяжным вздохом, иногда – сердечным глухим ударом, а верхние ноты звенели, как невидимые колокольчики, в которые звонили летающие эльфы. Каждый слышал в мелодии сокровенное, глубокое и очень личное.
Ден закончил играть, прижав струны ладонью к грифу.
Папа не сдержал эмоций:
– Денис, браво! Что это за произведение?
Ден улыбнулся и посмотрел на огонь:
– Импровизация. Я сочиняю музыку.
Папа зааплодировал, мы подхватили. Все, Ден вырос в его глазах из физрука в возможного зятя.
Посмотрев на часы, папа перевёл взгляд на Марину с Деном, потом на меня с Таней:
– Ребята, я, наверно, пойду. Вы тут со мной и расслабиться не можете.
– Куда ты пойдёшь, уже темно? – попыталась остановить его Марина, но в голосе послышались фальшивые нотки.
– Да пока мама думает, что мы в походе, съезжу к приятелю. Посидим, пива выпьем в кои‑то веки. Если я раньше переживал, как вы будете тут без меня, то сейчас я вижу, что вы в надёжных руках, – он кивнул на Дена и протянул руку. – Приятно было познакомиться, Денис!
Ден пожал руку:
– И мне очень приятно. Вам фонарик нужен?
– Спасибо, у меня есть, – отказался папа. – Да и зачем, когда такая луна! Каждый камешек виден. Всё, молодёжь, отдыхайте, не шалите. Завтра я к вечеру за вами приеду.
Он накинул отощавший рюкзак и поспешил к машине.
А я посмотрела в звёздное небо и ещё раз мысленно поблагодарила за день исполнения желаний.