Страница 17 из 75
Первая и самая логичная мысль, которую диктовал устав — просто отрубить Врата. Сбросить настройки, заблокировать панель, завалить вход в пещеру и забыть как страшный сон. Безопасность превыше всего.
Но Корнева откровенно душила жаба.
Он помнил сводки дальней разведки. Парни докладывали, что команду любителей красных плащей зажарили драконы прямо возле арки малоран, ближайшие мосты взорваны, а сами малораны накапливают силы для генерального наступления на Империю.
И вот сейчас, благодаря удачному стечению обстоятельств, Корнев получил ключ от задней двери. Прямой выход в тыл или во фланг огромной вражеской группировки. Такими картами не разбрасываются.
Проблема заключалась во времени. Арка на той стороне явно была завалена землей долгие годы. Возможно, оползень, возможно, направленный взрыв. То, что сейчас там зияет дыра, светящаяся бирюзой, ушастые обнаружат очень скоро. Капитан не верил, что такая огромная армия живет без дозоров и патрулей вокруг лагеря. Счет шел на часы, если не на минуты.
— Давай за бойцом, — коротко приказал капитан шрамированному.
Кошак побледнел, но спорить не решился. Он глубоко вдохнул и снова нырнул в арку. Вернулись оба буквально через пару минут. Третий стражник, Рикс, тяжело дышал, но доложил четко:
— Вокруг тишина, господин. Никого не было. Лагерь шумит, но в нашу сторону пока никто не смотрит.
— Валим, — скомандовал Алексей, деактивируя арку. — Как зебры, галопом обратно в город.
Обратный путь прошел практически без разговоров. Корнев вскочил в седло своего вороного жеребца, даже не вспомнив про яблоки. Колонна сорвалась с места, ветки хлестали по лицам, снаряжение било по ребрам, но никто не сбавлял темп. Нужно было успеть запустить механизм, пока ушастые не сунули свои носы в их новую форточку.
В Новом Арзамасе — как мысленно уже окрестил безымянный город капитан — царила суета. Посадка вертолетов взбудоражила клан.
Корнев спрыгнул с взмыленной лошади у ступеней виллы, бросил поводья подбежавшему стражнику и быстрым шагом направился внутрь.
Узел связи развернули в бывшей столовой на первом этаже. Помещение было заставлено зелеными ящиками, тянулись толстые черные кабели, гудели бензогенераторы, выставленные на задний двор. Техники ползали на коленях, соединяя провода и настраивая шифраторы ЗАС.
Капитан вошел в комнату, стряхивая пыль с плеч.
— Так, орлы, — Корнев обвел взглядом потных связистов, подбадривая их ласковыми словами. — Кончаем перекур. Мне нужен устойчивый канал на штаб бригады. Через ретрансляторы, через орбиту, через астрал — мне плевать. Прямо сейчас.
Вид капитана явно не располагал к озвучиванию тезиса «без нас не начнут». Старший прапорщик, руководивший узлом, молча пнул ближайшего бойца, чтобы тот шевелил батонами, а сам бросился к пульту.
Техники довольно быстро собрали всё в кучу. Заморгали зеленые диоды на блоке шифратора. Прапорщик протянул Корневу тяжелую черную трубку.
Дежурный офицер на коммутаторе штаба бригады поначалу был довольно сонный. Уставным голосом он попытался объяснить, что комбриг сейчас на совещании, беспокоить его не велено, и вообще, оставьте заявку до утра.
Капитан популярно и в очень ярких красках, с использованием идиоматических выражений, объяснил дежурному, что именно с ним сделает полковник Дегтярев, если не услышит Корнева в ближайшие десять минут. Для убедительности Алексей пообещал лично прилететь на базу и использовать телефонную трубку не по назначению.
Сработало.
Дегтярев оказался у аппарата спустя девять минут.
— Барон, мать твою, ты время видел? — глухо прохрипел в трубке голос комбрига. — Я тут с московскими яйцеголовыми бодаюсь, а ты мне дежурного до инфаркта доводишь. Что у тебя стряслось?
— Товарищ полковник, у меня на руках козырной туз, — без вступлений начал Корнев. — Мы проверили малую арку на землях клана. Она рабочая. Выход — прямо в тылу или фланге у малоранов.
В трубке повисла тишина. Слышно было только тихое шипение эфира.
— Насколько в тылу? — голос Дегтярева мгновенно растерял всю сонливость. Тон стал сухим и рабочим.
— Они лагерем стоят в километре от выхода. Войска прут из их собственного портала. Там тысячи копий только лагерем стоят, не считая тех, что идут маршем через арку.
Снова пауза. Комбриг переваривал информацию, на ходу прикидывая, как можно использовать эту карточную сдачу на геополитическом столе. Ввязываться в масштабный бой без санкции Москвы — такое себе счастье. Но упустить шанс разгромить группировку врага малой кровью — преступление.
— Пропускная способность твоей арки? — отрывисто спросил Дегтярев.
— Только пехота, ширина метров пять. Сама арка сейчас заглублена под холмом.
— Контроль со стороны ушастых?
— Пока чисто, арка в яме. Но это ненадолго.
— Понял, — полковник шумно выдохнул в трубку. — Ничего не предпринимай. Жди. Дай мне полчаса, капитан.
Связь прервалась.
Всё отведенное время Корнев просидел в узле связи. Просто сидел на жестком деревянном стуле, глядя на мерцающие диоды шифратора. Леший привалился к косяку двери, молча чистя ногти ножом.
Полковник появился в эфире ровно через тридцать минут. И начал вещать как то радио.
— Слушай сюда, Барон, — бодро начал Дегтярев…
Когда Корнев наконец вышел на улицу, возле особняка собралось уже довольно много народу. Весть о том, что «зеленые» опять знатно суетятся, облетела город с невероятной скоростью. Местные зеваки толпились за кованой оградой виллы, вытягивая шеи.
— Тисса, — негромко произнес Алексей, сбегая по ступеням.
Милфа тут же материализовалась перед ним, словно выросла из-под земли. Ее глаза блестели — бывшая глава клана чуяла большую игру и свою выгоду в ней.
— Есть работа, надо срочно расчистить площадки, считай что вчера. Такие же ровные и твердые, как та, на которую сели наши винтокрылые машины.
— Сколько площадок, господин? — деловито уточнила Тисса, даже не моргнув глазом от сроков.
— Пять, — ответил капитан. — Сможете больше — будет замечательно. Скоро здесь будет не протолкнуться от людей и железа.
— Считайте, всё уже готово, — Тисса поклонилась.
Она тут же исчезла в толпе гвардейцев, и через секунду стал слышен ее мощный, начальственный голос, раздающий зуботычины и приказы на местном наречии с пулеметной скоростью.
Капитан повернулся к Лешему.