Страница 22 из 76
Тетя Нина возмущенно замахнулась на вредного жениха полотенцем, но Чепайкин только захохотал и не унимался:
— А Тайра Терентьевна у нас, смотрю, из сторожа в ткачиху переквалифицировалась! Четыре мотка шерсти, надо же! Небось решила всех внуков до пенсии шерстяными носками обеспечить?
— Зато, в отличие от некоторых, я хоть что-то полезное делаю, — фыркнула Тайра Терентьевна, — а не диадемы с вуалетками для баб по картинкам выбираю!
Чепайкин сделал вид, что это его совершенно не касается, и переключился на другой объект:
— Зато Алена Петровна у нас, как всегда, экономная! Вот бы нам такого министра финансов, она бы быстро весь санаторий в рамки бюджета поставила. Только боюсь, тогда мы бы на одном хлебе и воде сидели, хе-хе-хе!
Алена Петровна покраснела, но промолчала.
— А Ева! — аж привстал от воодушевления Чепайкин. — Тихая-скромная, а тоже, смотрю, что-то у Гришки присмотрела. Ну-ка, признавайся, Ева, чего заказала? Может, тоже ободок для свадьбы? Так у нас, глядишь, тут скоро все замуж повыскакивают!
Ева зарделась и что-то пробормотала про «кое-какие мелочи для работы», все засмеялись, а тетя Нина снова погрозила ему половником.
Пока все возбужденно обсуждали покупки, я набрал родителей. Когда они отдыхали в Персидском заливе, Серегина мама сильно переживала, что звонить будет дорого, невзирая на вай-фай на ресепшене, и поэтому старалась меня не дергать. Сейчас они как раз вернулись, и можно было поговорить, а то они-то ни слова не скажут, но обижаться будут, я их уже хорошо изучил.
— Сережа, сынок! — радостно воскликнул Николай Семенович, когда я дозвонился. — Как дела у тебя?
— Послушай, Сережа, — явно вырвала у него трубку Вера Андреевна, не дав мне сказать ни слова. — Ты представляешь, Танюша нам такой ремонт в квартире сделала! Она такая умничка. Мы с отцом как приехали, а тут такая красота!
Она еще несколько минут болтала без умолку, словно пулемет, выплескивая все свои эмоции. «Как мало старикам для счастья надо: на море съездили, в квартире порядок и ремонт новый, и они уже на седьмом небе», — подумал я. Но, как оказалось, ошибся. Потому что, закончив восхваление ремонта и Танюхи, Вера Андреевна внезапно добавила:
— И Танечка такая хорошая девочка, ты бы присмотрелся к ней повнимательнее, сынок.
А Николай Семенович авторитетно добавил в трубку:
— И ребенок у нее есть, мальчик такой хороший, Степа. Нам бы внуков уже давно хотелось. Подумай, сынок, ты не молодеешь, а одному век куковать тоже неправильно.
Я аж подвис от неожиданности. Вот это поворот! Вот Серегины родители дают — решили меня на Танюхе женить! Я не знал, как говорится, плакать или смеяться.
Но надо было что-то отвечать, и я сказал:
— Я обдумаю этот вопрос, спасибо за советы.
— Ты не отмахивайся! — строгим педагогическим голосом сказала Вера Андреевна. — А давай-ка, сынок, приезжай к нам на следующие выходные. Я пирог с яблоками испеку, сделаю праздничный обед, и ты придешь к нам в гости. И Танюша со Степой придут как раз. Вот и посидим по-семейному, поговорим о будущем…
Видимо, она уже все на сто лет вперед распланировала. Чтобы не обнадеживать родителей, я сказал:
— В Казань на следующих выходных не выйдет: у нас после московской проверки ворох предписаний, и вырваться никак. Как только разгребусь, сразу приеду. А насчет того, чтобы мне не куковать одному, не беспокойтесь. Все будет хорошо, и внуки у вас появятся, обещаю.
Не дав им сказать даже слова возражения в ответ, я быстренько распрощался, торопливо свернул разговор и отключился. В Казань зовут! Да щаз! Представляя, как они будут меня третировать на этом обеде, да и бедную Танюху тоже, я внутренне усмехнулся.
А когда поднял глаза, увидел в коридоре Элен.
— Сергей, — тихо позвала она. Судя по всему, она терпеливо дожидалась все это время.
— Слушаю вас, Элен, — подошел я к ней.
— Нам бы перекинуться парой слов… — От нее так и веяло напряжением.
Я мысленно вздохнул: этот чудный день, состоявший из хороших мелких дел, явно грозил перерасти в какую-то неприятную фигню.
— Тогда давайте отойдем к окну, — сказал я.
Мы отошли, и она сказала дрожащим голосом:
— Вы слышали последние новости из Казани?
— Что там случилось? — нахмурился я.
— Алиса…
— Что с Алисой?
— Она пыталась покончить с собой и сейчас в больнице, в тяжелейшем состоянии, — выпалила Элен и с надеждой посмотрела на меня расширенными от ужаса глазами, полными слез.