Страница 39 из 74
Кое-как исправляю ситуацию тональным кремом, тени, карандаш и тушь, лёгкий блеск на губах, задетых зубным ботоксом «Никита» и вуа ля! Я больше не китайская девочка, а у меня всего лишь аллергия. Аллергия на Никиту, Рому и на эту серую жизнь. Было бы смешно, если б не было так грустно!
Каринка с утра очень странная. Она ни разу не прикрикнула на меня, ходит молча и загадочно улыбается. Витает где-то в облаках.
Всë! С этого момента я думаю только о себе! Мне надоело причинять добро, а потом страдать, что оно никому не нужно.
Боже! Я оставила вчера в подъезде гели для неё и мамы?
Санта Клеопатра!
Запрыгиваю в тапки и, держась за перила, чтобы не упасть, быстро спускаюсь по лестнице. Хоть бы они остались на месте, и никто из соседей не забрал! Или того хуже, Ромка. А то подумает, что я не только сожгла мосты, но и взорвала остатки нашей дружбы.
Спускаюсь. Пусто! Черт! Этот Никита вечно всё портит!
Надеюсь, тот, кто забрал, намылся на годы вперед!
Поднимаюсь на пару ступенек и задерживаюсь у Ромкиной двери. Припадаю ухом. Тишина. Он, наверное, ночевал в своей квартире на своём неприличном диване. И надеюсь, что один.
А может, поехал к одной из медсестёр экстренной скорой помощи.
Вздыхаю: гели потеряла, ключи ему не отдала.. если что и спасет моё утро, то только шоколадка! Захожу домой и понимаю, что нет. Моё утро спасёт только супермен и то, если пульнёт меня до школы, потому что я очень опаздываю.
Я прощаюсь с родными и по лестнице сбегаю вниз. Неожиданно для меня, машина Ромки стоит у подъезда, а сам он, облокотившись, ждет меня. Прикрываю лицо и, выйдя из подъезда, резко сворачиваю налево.
— Верон, подожди! – он кричит в спину.
Останавливаюсь. Блин, если он сейчас пройдёт испытание моим опухшим лицом, то можно смело выходить за него замуж.
Шутка!
— Садись, довезу.
Ромка подходит, а я стою спиной, боюсь повернуться.
— Ром, мне некогда, опаздываю, – увиливаю, кручусь, когда он пытается встать передо мной.
Ладно, сам напросился! Останавливаюсь и убираю руку, задрав подбородок, с вызовом смотрю ему прямо в глаза.
— Ром, я же сказала, сама доберусь.
Он, насупившись, изучает моё лицо, опускает взгляд на губы.
— Хреново выглядишь, – задумчиво произносит.
Рычу, закатив глаза. Испытание не прошёл! До свидания!
— Чао Какао! – психанув, я обхожу его, чтобы свернуть за угол.
— Подожди, Верон! – Ромка догоняет и преграждает путь. – Садись, довезу, а то опоздаешь! Тем более я обещал твоему Ангелу и маме!
Моё лицо говорит, что ты не справляешься со своими обязанностями! Сержусь, но..
— Хорошо! – я разворачиваюсь и уверенным широким шагом иду к машине.
Сегодня я дежурная, опаздывать нельзя, а на маршрутке точно не успею. Осталось десять минут до начала уроков. На автобусе с остановками добираться минут двадцать. А на Ромкиной машине – всего пять-семь.
Жду, когда он подойдет.
Ромка замирает в ступоре от моей внезапной смены настроения, но быстро соображает, что оно в любой момент может измениться в обратную сторону, поэтому уже через секунды с улыбкой открывает мне дверь.
Чувствую себя принцессой бичей.
Ну, да ладно. Позориться – это моя суперспособность, а их не стесняются, ими гордятся!
Я сажусь на пассажирское сидение и уверенно смотрю вперед. Пусть позорится вместе со мной! Сам согласился.