Страница 27 из 74
— Карина.. шесть утра, воскресенье! – простонав, отвечаю на звонок. – Ты точно моя сестра? Где твоя совесть? – ворчу сквозь сон.
— А твоя? – Карина шепчет. – Ты где?
— Дома.. – открываю второй глаз. – Но не у нас.
— У тебя десять минут, чтобы вернуться.
— Я же отпрашивалась у папы к Ленке с ночёвкой.. – машинально шепчу в ответ.
— Да, только тебя там нет.
— Ну он же не знает.
— Знает, потому что думает, что ты дома, спишь, а вместо тебя под одеялом подушки! Поэтому мигом домой, пока родители не проснулись, где бы ты не была!
— Они помирились?
— Думаю, да.
Санта Клеопатра!
Папа, похоже, был так увлечён своими проблемами, что машинально мне разрешил, а сам не понял, что именно. Значит, и мама тоже не духом! И будет совсем не в духе, если узнает, где я ночую.
— Ладно, если что – прикрой, скажи, я решила по утрам бегать. Почти не соврешь, потому что я уже бегу.
— Дверь открыта.
Я сбрасываю вызов и, вскочив, натягиваю джинсы, хватаю худи, остальные свои вещи и на цыпочках, чтобы не услышал Ромка, сбегаю из квартиры.
Через одну ступеньку, что очень опасно делать с нашей лестницей, поднимаюсь домой. Неслышно захожу в квартиру, как нашкодивший малыш. Каринка стоит в дверях нашей комнаты и, сперва вертит пальцем у виска, а когда у меня от этого начинается приступ смеха, шикает в палец у носа и показывает кулак.
Я аккуратно вешаю куртку и с остальными вещами на носочках крадусь в комнату.
— Чьё это платье? – сестра брезгливо морщится, рассматривая футболку на мне.
— Ромкино, – я расплываюсь в улыбке, будто напакостила у всех на виду, но никто не заметил. Нет страха, что за это прилетит.
Знала бы, что это так весело – выпускала бы своих демонов на прогулку раньше и чаще, а не держала бы на цепи.
Каринка растопыривает глаза от такой новости:
— Жду подробности! Вот правду говорят, что в тихом омуте.
Бросаю худи на кресло:
— Нагло врут! – подхожу к своей кровати, вытаскиваю подушки из-под одеяла и заправляю постель. – Я вчера так расстроилась, что родители поругались.. хотелось сбежать из дома, но к Ленке оказалось нельзя. А тут Ромка появился, поэтому я будто никуда и не уходила, просто спустилась на этаж ниже.
— А я? Про меня ты забыла!
— Ты так сладко спала, не хотела тебя будить.
— Само милосердие!
— Да уж.. и Ромке ничего не сказала. Удивится, когда проснëтся, что меня нет.
— Напиши ему, сбежавшая невеста.
— Позже, – я залезаю в шкаф за чистыми вещами. – Мне надо в душ.
— Значит, что-то было?
Буравлю сестру недовольным взглядом:
— Был сон в разных комнатах. Мы даже не целовались, если ты про это.
— Почему, вы же вместе?
— Он уважает мои принципы, настоящий мужчина, – оправдываю нас. Уважает в отличии от некоторых. Невольно вспоминаю Никиту. – Рома боялся, что может зайти дальше поцелуя.
Мой герой! Улыбаюсь, вспоминая вечер. Испытание грудью и шизанутостью – зачет сдан!
— И ты не боялась, вот так, остаться с ним наедине?
— Ой, всё, Карин! Я мыться, – не люблю неудобные вопросы и сбегаю с вещами из комнаты.
Стараюсь не топать и прячусь в ванной.
Ромину футболку оставлю себе, как трофей, на случай, если сбежит. Ещë несколько подобных выходок и он сам понесëтся в рекламное агентство.
Моё тело – это мой храм, вход только для посвященных. Ему долго придется искать ключи.
Включаю воду, а на телефон приходит сообщение.
Вспомнишь.
Червячок Якин:
«Хотел накормить тебя вкусным завтраком.. куда сбежала, итальянка? ?
Верона:
«Домой. Как спалось?»
Улыбаюсь, вспоминая его нервозность».
Червячок Якин:
«Занимался во сне с тобой любовью.. подробности нужны?»
Верона:
«Я в душе. Мне не удобно читать, Роман, твой эротический роман. Боюсь, после этого тебе придëтся на мне жениться».
Мне кажется, он плохо на меня влияет. Никогда и ни с кем не флиртовала так откровенно.
Червячок Якин:
«Тогда расскажу при личной встрече. ?»
Боже, зачем он это делает?
Может, это ещё один его метод раскрепощения? Под этим соусом можно что угодно подать!
Теперь кровать, стучащая о стену, будет преследовать весь день.
В глазах смотрящего.. Верона, соберись!
Холодное сердце, только бизнес.
Ничего не отвечаю и просто отключаю телефон.
* * *
После душа мы с Каринкой валяемся на диване и читаем смешную переписку с Фабио. Он больше не пишет, возможно, занят. Сестра бывает такая душка, когда мы заодно.
— Помоги мне с Никитой, – просит, глядя щенячьими глазами.
— Ты уверена, что он тебе нужен? Он же максимально безответственный. Присмотрись к Лёше, его другу. Помнишь восьмое марта?
— Не хочу вспоминать.
— Я не про это.. Ты не замечаешь, что нравишься ему? Он же совсем не как Никита.
— Он – Санчо Панчо, его оруженосец.
— Панса! – смеясь, поправляю. – Вот только твой Никита совсем не наивный сумасшедший рыцарь, а скорее Дон Жуан, который оттачивает своё мастерство на таких глупышках, как ты.
— А я не против.
Что за глупость..
— А что потом? Будешь страдать, как я по Ромке.
— Тебе было сколько? Десять или одиннадцать?
— И что? Тебе может быть больнее, чем мне..
— Что ты меня отговариваешь? – она злится. – Это моя жизнь. Можно я сама буду учиться на своих ошибках? Бесишь!
— Ладно, учись. Ты права, прости. – обнимаю её и целую в щеку. – Помогать не буду, но если нужен будет совет в виде «Карина, стоп!» – я к твоим услугам.
— Так и я могу, тоже мне советчик.
Я не имею права давать ей советы. Моя жизнь – полный хаос и всё, что я знаю о ней, что я не на своём месте.
* * *
Родители всё-таки помирились, за завтраком сидят, как голубки, близко-близко. Я должна научиться замораживать своё сердце во время их ссор, а то меня надолго не хватит. Брать пример с Каринки – наушники в уши и спать. Смотрю на неё. Она, как и я довольная, улыбается.
— Папа пригласил меня в ресторан и погулять по городу, по набережной, – щебечет мама, поглядывая на нас. – Вы же не против, что мы только вдвоëм проведём последний выходной?
Папа подмигивает мне, намекая на согласие.
— Нет, конечно! – мы с Кариной воодушевляемся.
Это один из самых вкусных завтраков в моей жизни. Люблю, когда так.. все молчат, загадочно улыбаются, а в глазах счастье. Утро!
* * *
Не успеваем мы с Кариной проводить родителей за дверь, как в них появляется Ромка с букетом ярко-красных роз.