Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 81 из 92

Глава 30. Иванов

Макс влетает в раздевалку за пять минут до тренировки с улыбкой до ушей. Знаю, когда Барсук злой, то надо опасаться. А когда очень счастливый? Не помню его таким, но думаю, – это ещё хуже.

— Здоров, пацаны!

Его рот вот-вот порвётся.

— Привет!

Переглядываемся с «восточным экспрессом». Макс впопыхах раздевается, переодевается.

— Ты выиграл миллион, чего такой довольный? – не могу не спросить.

— Лучше!

— Женька дала?

Вот нахрена, Алик..

Делаю фэйспалм – чую, что кого-то придётся оттаскивать.

— Ща всеку, понял?!

Барсук бросает в него кроссовок, но Алиханов успевает увернуться.

— А что я такого сказал? – Алик пожимает плечами и пинает кроссовок обратно Барсуку. – Что может быть круче кекса?

— Да много чего, – смеюсь. – Кекс с двумя.

— Вы дебилы озабоченные! Про Женьку либо хорошо, либо не сметь!

— Я не про Женьку, а про кекс вообще, – оправдываюсь.

Версия Алиханова насчёт Женьки меня тоже напрягает: и то, что она не такая, и то, что это с Барсуком.

— Ладно, чего ты? – встревает Роб. – Мы просто хотели за тебя порадоваться.

А я – нет.

Макс больше не улыбается, и сидя на корточках завязывает шнурки, недовольно косится на нас.

— За это я без вас как-нибудь порадуюсь, ясно? – Макс поднимается и лезет в карман куртки: – А вот за тачку разрешаю.

Он светит перед нами автомобильным ключам на брелке.

— Опа! – вскакиваю с лавочки. – Беру слова обратно. Тачки круче кекса.

— Вай, красава! – Карамян одобряет мою мысль. – Что за агрегат?

— Батина старушка.

— Жигулятор, что ли? –– усмехается Алик.

— Если у твоего жига – это не значит, что у других такая. – Фыркает Макс. – Мицубиси Лансер.

— Вы не припухли? Тренировка уже началась.. – Тренер влетает в раздевалку и, схватив с локера чью-то вязаную шапку, швыряет в меня. – Или вам особое приглашение нужно?

Мне одному кажется, что он не любит только меня?

— Всё-всё тренер, мы идём.

— Вы не идёте, а бежите.. . Двадцать кругов. Быстро!

Тиранозавр!

Не раздумывая, выбегаем из раздевалки. Алиханов, отхватив на бегу подзатыльник, ржёт как придурок.

Оглядываюсь на Макса, который дышит мне в спину.

— Так, а с Женькой у тебя что?

— Тебе нужен подробный отчёт?

— Ясно..

— Что тебе ясно?

Он психует, а меня бесит его скрытность.

— Я думал, мы снова друзья.. А ты ведешь себя, как мудак.

— А я думаю, что мои отношения с моей девушкой к дружбе с тобой не имеют никакого отношения. Я же не сую свой нос в твою личную жизнь.

— Пошëл ты, Барсук.. Из-за тебя у меня теперь вообще никакой..

— Ща расплачусь. С твоей рожей – быстро найдешь.

— Иди в задницу.. Со своей рожей!

Ускоряясь, отрываюсь от него.

Тренер ставит нас в пару отрабатывать удары: барсук бьёт, я принимаю, потом меняемся.

— Ты, может, не в курсе, но Женька тоже ко мне неровно дышит, – бью в лапы правой, левой, правой.

— И что? – он усмехается, блокирует мой новый удар коленом в бедро. – Целуется она всё равно со мной, а не с тобой.

Его довольная улыбка выводит из равновесия. Стиснув зубы, я рьяно вбиваю в лапы джеб, кросс, джеб. Барсук скалится в ответ, потому что мои удары без перерыва его сдвигают с места метра на полтора.

Пот стекает со лбов обоих.

— Поменялись! – кричит тренер.

Не в силах сдерживать злость, я с остервенением отрываю липучки и смотрю ему в глаза. Но это его только раззадоривает.

— Всё равно я ей нравлюсь, понял? – отбросив перчатки, жду, когда наденет свои, и поднимаю лапы.

Прищурившись, Макс всматривается в моë лицо:

— Посмотри мне в глаза и скажи, что ты еë любишь настолько, чтобы послать к чертям весь остальной мир. Сдохнешь за неë? Или твоя любовь ровно столько шагов, сколько до твоей постели?

— Да что ты знаешь обо мне?

— Ровно столько, сколько и ты обо мне – достаточно!

— Ладно, так и быть.. я посижу во френдзоне и подожду, когда ты ей наскучишь, потому что ты ужасно душный, Макс.

Толкаю его лапой в плечо, и вижу за спиной Барсука спонсора соревнований и наших горящих задниц – отца Тихоновой с парой каких-то накачанных типов.

— Походу нам кабзда, Барсук.

Снова толкаю его в плечо, привлекая внимание к входу:

— Что ты там говорил про сдохнуть?

Барсук оборачивается.

Тренер жмëт руку Тихонову, и тот, не отрываясь взглядом от нас, садится на лавку и внимательно за нами наблюдает.

— Чëрт. Думаешь по наши души? – Барсук вытирает футболкой пот со лба и надевает вторую перчатку.

— Хватит шушукаться.. работаем! – кричит нам тренер и идёт к «восточному экспрессу» и другим парням в противоположную сторону зала.

— Валим, или..?

— Или, – обрубает Барсук и становится в стойку.

Мы будто невесты на выданье – показываем всё, что можем, по очереди выкладываемся на полную катушку, до самого конца тренировки. Пот льётся водопадом, прямо конкурс мокрых маечек – ткань липнет неприятно к телу, зараза.

Тренер снова перетирает что-то с Тихоновым, а мы толпой уходим в раздевалку.

Молчим и переодеваемся – ждëм, когда свалят лишние уши, ненужные свидетели предстоящего разговора.

— Что делать будем? – спрашиваю, когда остаёмся одни.

Озадаченно смотрю на Барсука и Алика с Робом.

— А что мы такого сделали? – Карамян не догоняет суть проблемы и, поглядывая на остальных, застëгивает спортивную сумку.

— Мы контору его спалили, вот что. А Макс отмудохал Ржавого – по-твоему мало?

— За дело.

Барсук почувствовал себя бессмертным, или ему после поцелуя с Женькой уже не страшно умирать?

— Не думаю, что твой подвиг его сильно впечатлил.

— Впечатлил, – усмехается Макс. – Так бы не припëрся.

— Может, он просто пришёл посмотреть на тренировку, как готовитесь к соревнованиям. Он – всë-таки спонсор и имеет право знать, в кого вкладывает нечестно заработанные.

— Ага.. с двумя качками? Алик, не тупи. Припугнуть пришёл, ясен хрен. Что делать будем, спрашиваю?

— Запись удаляй и всё – мол, наша совесть чиста.. – решает Роберт.

— Ага, мы ей не пользуемся.. . Ещё идеи есть?

Надеваю куртку и жду предложений.

— Ничего не будем делать, по ситуации будем действовать.

Глянув на меня скептически, Макс кидает грязные вещи в сумку.

— Бить или не бить – вот в чëм вопрос, – Алик в своей флегматичной манере включает клоуна. – Макс прав. Сперва выясним, что хочет, а потом будем паниковать.

— Или отхватим люлей. Пошли уже, а то жрать охота, – добавляет Карамян.

— Пошли, Иванов, хватит пессимиздить, – Макс застегивает куртку. – Мне тоже домой надо, у меня дела.