Страница 20 из 92
На первый урок опоздал. За этот проступок биологичка вызывает меня к доске, просит рассказать о качественных отличиях человека от животных. Тихонова на меня не смотрит, дуется со вчерашнего дня. Я тоже не в настроении.
— А можно я на примере Тихоновой покажу?
— Уу! – класс ликует.
— Тишина! – обрубает Анна Пална. – На картинке покажи, Алексей! Твои познания Тихоновой никому не интересны.
Озираясь по сторонам, Лерон краснеет, как томат.
Улыбаюсь ей, и подмигиваю, но она продолжает корчить из себя «нетакусю».
— Мне очень интересны, Анна Павловна! – усмехаясь, с последней парты кричит Батон, за что Лерка кидает в него ластик, но попадает в голову Алфёровой. А та в отместку кидает в Лерку ручкой, но попадает в Майку.
И пошло, и поехало.
Люблю девчонок! Они умеют из ничего закатить истерику. Начался перекрёстный канцелярский огонь, вопли, маты. К перестрелке присоединяются парни по приколу.
И вот биологичке теперь не до меня. Она пытается всех успокоить, но писклявый голосок никто не слышит. Был бы у неё травмат, уверен, сделала бы предупреждающий в воздух.
А я у доски с улыбкой полного блаженства смотрю на этот балаган. И настроение само поднимается.
— Тихо! – не желая мириться с подорванным авторитетом, неожиданно визжит Анна Пална. – Тихонова, Алферова, сели на место!
Все замирают и садятся за свои парты.
— Иванов ты тоже! Провокатор... – часто дыша, она резко вскидывает руку в сторону моей парты и пальцем тычет в Батона. – Вы, своим поведением, ничем не отличаетесь от животных! Чтобы быть человеком – ходить на двух ногах недостаточно!
М-да, разозлили хомячка.
— Вам это понятно? – она издаёт контрольный писк.
— Да.. .
Мычим всем классом.
Взглядом я делаю Лерон трепанацию черепа. Она чувствует, оборачивается и таращится долго, внимательно, пока не получает замечание от биологички.
На перемене Лерон подкатывает ко мне. Разворачиваюсь к ней, а она садится на место Мирошиной.
— А где твоя соседка, заболела? – её голос наигранно милый. – Какое счастье, правда?!
— А чего ты радуешься? Или это все-таки твоя заслуга? Давай, колись, Лерон.
Она пожимает плечами. Я не понимаю этих инопланетянок. Это да или нет? Прямо сказать нельзя? Чего все такие загадочные, с полунамеками?
— А ты типа за неё впрягаешься?
— Типа да. А что?
— Леш, зачем она тебе?
— А тебе?
— Мне? Мне параллельно. Но мне не нравится, как она на тебя смотрит, и как смотришь на неё ты. Чего тебе не хватает?
Она демонстративно расстегивает верхние пуговицы рубашки. Сглатываю. Смотрю долго и внимательно в глаза, потом с лица опускаю взгляд ниже: на грудь, еë колени. И правда, чего? Анатомия идеальная.
Загрузила.
Тема дня: качественное отличие Лерона от Женьки? Садись, Иванов, ты не готов. Нет достоверных сведений о втором объекте наблюдения.
Лера соблазнительно облизывает губы и вызывающе вскидывает причесанную бровь, отодвигает ткань рубашки.
— Хочешь ко мне сегодня пойдём? Моих днём не будет.
— Не сегодня.
Отстраняюсь и разваливаюсь на стуле. Она провокаторша похлеще меня.
Звенит звонок на урок.
Без Морошки как-то скучно на уроках. Она нет-нет да глянет дерзко, от этого настрой боевой. А так. Даже в столовке поглазеть не на кого. Какая-то стадия пресыщения что ли, не только едой.
Тихонова со своей компашкой косятся на наш столик, о чём-то хихикают. Я отстранённо тыкаю вилкой в макароны, задумчиво пялясь на неё.
Интересно, когда Барсука выпишут, Морошка с кем в столовке будет сидеть: со мной или с ним? Думаю, с ним. Утром даже не скрывала, что его общество важнее. Ну ничего, покидаю пару раз её на мат, поваляемся, побесимся и сразу определится.
А если я на неё залипну? Если у неё найдётся какое-нибудь явное преимущество перед Лероном?
Подмигиваю, когда та оборачивается.
— Чего с тобой? – Батон кидает в меня макарошку.
— Отвали Батон, я не тебе.
— Да, понял, что не мне. Чего вялый, как мой рукав. Лерка бортанула?
Он на мгновение оглядывается на их столик.
— Майка, ты выдел? Прям расцвела. Роза-мимоза.
— Удобряешь? – усмехаюсь.
— Ну да, как ты советовал. Холодно-горячо-холодно. Реально работает.
— Это, если зацепить. А дальше не проворонь вспышку.
— А с Мирошиной что? Майка говорит, Лерка вчера лютовала. Грозилась её закопать. Может закопала, раз та не пришла?
Он ржёт с полным ртом.
— Да всё с ней в порядке. Утром заходил.
— Опа! А чего это ты к ней заходил?
— Да так.. .
— Она с Барсуковым мутит, ты в курсе? Сама на весь класс вчера призналась.
— В курсе.
— А-а! Понял. Ну ты стратег!
* * *
Избавляюсь от Тихоновой, проводив её до подъезда, а сам закидываю рюкзак домой, переодеваюсь в повседневку.
У родителей сегодня выходной, малой в саду.
Подкатываю к бате. Падаю на диван рядом с ним, и усердно пытаюсь уловить сюжет боевика.
— Че смотришь?
Изображаю полную включенность. Он недовольно вздыхает и лениво поворачивает голову:
— Сколько?
— Тыщи три, две.. Пять. Короче, сколько не жалко, – пожимаю плечами.
— Умом надо их покорять и харизмой, а не деньгами.
— Пап, ты цены видел?
— Видел, и в твоём возрасте подрабатывал. Машины мыл..
— Не по статусу, бать.. так дашь или к маме подкатывать?
— Не по статусу.. Тоже мне, мажор.
— Я бой выиграл? Выиграл. С малым посидел? Посидел. Там просто девчонка непростая, и батя у неё – тиранозавр. С пустыми руками нельзя.
— Я думал, ты с Леркой.
— И с Леркой.
Отец усмехается:
— Предохраняться не забывай, Ромео! Учись на моих ошибках.. ошибка молодости!
— Да, не.. там другое.
— Ну-ну.. – отец переводит внимание на экран. – В куртке трëшку возьми. И давай, поэкономнее!
— Принято! – довольный вскакиваю с дивана.
— Стой!
Торможу, оборачиваюсь.
— На завтрашний вечер ничего не планируй. Гости придут.
Подумав, соглашаюсь.
* * *
Несусь на этаж Морошки с двумя букетами: для неё большой, для матери поменьше. Хз, что за цветы, но всё по красоте. Путь к сердцу строгого отца девушки лежит через сердце её матери. Теорема Иванова.
Стою у Женькиной двери. Пригладив волосы, с улыбкой на лице настраиваюсь на успех. Замираю с кулаком в нескольких сантиметрах от дверного полотна, готовлюсь стучать.
— По башке себе постучи!
Фак! Голос Женькиного бати вглубь по коридору. Поворачиваюсь. Он стоит в проёме прачечной, по деловому сложив руки на груди.
Оттолкнувшись от косяка, Женькин отец направляется в мою сторону.
— Здрасьте!