Страница 13 из 92
Отдаю в руки ей рюкзак. На выход. Закрываю дверь. Последний, так последний.
* * *
У малого, как всегда – путь домой через местный магазин, недалеко от остановки. Пять лет, а хитрющий, засранец! Манипулятор со стажем. Я в его возрасте, кажется, был скромнее: что дают, то и ем. А этот нет, вечно выбирает, что-то выпрашивает. Попробовал бы я выбирать, сразу стал бы бездомным.
Стоим уже минуты три в отделе с молочкой напротив холодильника с йогуртами. Выбрать не может, бедняга, с малиной ему хочется или банан с клубникой. Глядя на второй, сразу вспоминаю Лерона. Нет, ссориться с ней нельзя. Мало ли что.
— Кир, короче, берем оба, хорошо?
— Да! – довольно отвечает мелкий, аж подпрыгивает от радости.
— Только маме не проболтайся, – лезу в холодильник. – Если что, ты ел кашу, понял?
— Если для ребенка, то, бери те, что в самом конце – там самые свежие. А если себе – то и просрочка сгодится.
Опа! Замираю с упаковкой в руке, узнав голос Морошки. На ловца и зверь бежит. Кивнув ей, не глядя, мол, спасибо за подсказку, отодвигаю передние и тянусь за самыми дальними, но тут срабатывает ассоциативный ряд: йогурт – просрочка – тебе сгодится. Это типа, чтоб я обосра..
Оборачиваюсь, и с фэйсом немого возмущения, опускаю йогурты в тележку. Морошка стоит без неё и даже без корзины: в ее руках фарш и пачка макарон.
— Фарш из барсука? – усмехнувшись, беру Кира за руку.
— Смешно! – на удивление, она искренне улыбается.
Как-то не догоняю. А где ответная реакция, колкие фразочки, оскал с томным взглядом?
— Хочешь, клади в тележку, – придвигаю к ней ближе.
— Нет, спасибо. Это всё, что я хотела взять. Твой?
Она кивает в сторону мелкого.
— Мой. В смысле брательник, а не..
Не успеваю договорить, как она опускается на корточки перед ним. Да, братан, ты явно помазан, раз уже в твоем возрасте красотки у твоих ног. Я чего-то такого к себе не припомню.
— Как тебя зовут, красавчик?
Красавчик. Красавчик этажом выше, детка.
— Килил! – отвечает братец, сверкая десятью кривыми зубами, или сколько там в его возрасте.
Килил! Хоть бы не позорился...
— Кирилл, – реабилитирую малого.
Глянув на меня, как на дурака, она снова клеит брата:
— А я Женя!
Малой поплыл! Прячется за меня и лыбу давит.
— Ладно, Килил, нам пора!
Тяну его за руку, а Морошка встает.
— Я от Макса только что. Он впорядке. Вот, попросил завтра макароны по-флотски привезти.. Это я так, вдруг тебе интересно.
— Вообще-то не очень.
— Ну, ладно.
Зачем мне эта инфа? Что-то я пока не догоняю ее тактику.
— Червей ему накопай, на десерт. Барсуки любят, – усмехаюсь её энтузиазму и берусь за тележку, другой рукой сжимаю Кирюхину ладонь.
— Очень смешно!
А вот теперь отвечает совсем неискренне. Серьезная, как прокурор. Тэк-с, пора включать тепло.
— Хочешь, мы тебя проводим? Все равно по пути.
Женька пожимает плечами.
— Кир, проводим Женю?
— Да! – радостно восклицает мелкий, чем вызывает теплую улыбку на её лице.
Теперь поплыл я.
Даже залип ненадолго.
Расплатившись на кассе самообслуживания, неспешно идем втроем через парк. Естественно, пройти мимо детской площадки у нас не получается. Все карусели Кира. Предлагаю Женьке её крутануть, но она отказывается, говорит, вестибулярный слабый. Окей, записываем.
— Слушай, если я там, вдруг, чё ляпнул когда-то, то я это..
— Любя?
Зависаю. Усмехаюсь:
— Типа того, но не совсем.
Кир решает домой сегодня не идти, и провожать Морошку отказывается напрочь, закатывает истерику, а поджопник дать при Женьке как-то стесняюсь. Не по-пацански это. Потом вырастет и будет до старости припоминать мне свой позор. Дома отхватит: останется без мультов перед сном.
— Ничего страшного. Я сама добегу.
Морошка пожимает плечами и мило улыбается.
— Точно?
Она кивает, берёт с лавочки небольшой пакет со своими покупками, а потом стоит и смотрит, будто не хочет уходить.
— Мы могли бы дружить, – озвучиваю свои мысли.
Женька почему-то смеется, будто чушь ляпнул.
— Дружить телами?
Опа!
— Пока просто, а там..
— Чтобы меня твоя горгулья сожрала?
— Это ты про Лерку что ли?
— Угу.
— У нас с ней ничего серьезного. Это так, если тебе интересно, – подмигиваю, намекая на ее же слова.
— Вообще-то не очень.
Подловила..
— Ладно.. как там Барсук поживает? – всё-таки интересно.
Переживал вчера чутка, а то он так быстро отъехал...
Кажется, мой вопрос ее обрадовал.
— Сказал, пару дней подержат, а потом домой. Постельный режим.
— Мм! Будешь ему макароны стряпать?
— Не знаю.
— А вы..
— Немного друзья.
— Это как?
Так интересно стало, что даже про Кира забыл, который остановился и пинает песок, пытаясь раскрутить карусель.
Крутанул.
Заинтриговала прям.
— Пока Тринадцатый!
Загадочно улыбнувшись, она оставляет меня без ответа и сворачивает на дорожку в сторону общаги.
— А что это значит? Тринадцатый..? Женя? Морошка?!
— До завтра, Иванов!
Не оборачиваясь, Женька кричит и вскидывает руку на прощание, а я как идиот, застыл и смотрю ей вслед.
Но вопль Кира заставляет очнуться. Упал мелкий. Зашибись! Теперь до дома тащить не только пакет, но и брата, слушать стоны и дуть на ладошки.
Супернянь!