Страница 112 из 135
Я стояла рядом с мамой на парадной мраморной лестнице, наблюдая, как через распахнутые ворота въезжает процессия. Солнце слепило глаза, играя на позолоте карет. Кавалькада выглядела богато: матовое золото на упряжи, бордовый шёлк знамён и полированный обсидиан.
— А они не умеют скромничать, — тихо заметил Юлиан, сделав шаг ко мне.
— Это не просто нескромность. Это демонстрация силы, — отозвалась я.
Из центральной кареты вышла женщина — высокая, с густыми тёмными волосами и безупречной осанкой. Самая обычная холёная аристократка, уверенная в своём статусе.
— Специальный посланник, леди Линора из Южного Миридана! — зычно объявил кто-то из глашатаев.
Южанка плавно поднялась по ступеням, шурша шёлковыми юбками.
— Верховный Председатель, — Линора мягко склонила голову перед моей матерью, и её голос лился как густой сироп. — Элларон прекрасен, как нам и говорили.
— Добро пожаловать, леди Линора, — вежливо ответила мама. — Надеюсь, долгое путешествие вас не слишком утомило.
Гостья обменялась короткими любезностями с отцом, вежливо кивнула застывшим рядом придворным, а затем перевела взгляд прямо на меня. Её улыбка показалась мне чересчур открытой, словно она встретила старую знакомую.
— Даниэлла, — произнесла она чарующим голосом.
— Леди Линора. Рада приветствовать вас в нашей столице Союза.
Она всматривалась в моё лицо несколько мгновений, а затем, чуть наклонив голову, совершенно буднично спросила:
— А где же ваш ребёнок?
— Простите?
Линора выглядела искренне удивлённой, в её глазах мелькнула растерянность.
— Ваш ребёнок, — терпеливо, чуть громче повторила она. — Я из весьма надёжных источников слышала, что вы уже благополучно родили.
Я открыла рот и закрыла, не находя, что ответить. Южанка смотрела на меня абсолютно серьёзно, без тени светской издёвки или политической шутки. Холодный пот выступил на ладонях; я вспомнила Лео, наше расставание, и внутри всё болезненно сжалось от дикости этого вопроса.
— Боюсь, леди Линора, вас бесстыдно ввели в глубокое заблуждение, — через силу выдавила я. — У меня нет детей.
— Любопытно... Значит, мои люди сообщили мне неверные, преждевременные сведения, — произнесла она безразличным тоном, будто мы обсуждали ошибку в прогнозе погоды.
После она лучезарно улыбнулась маме и как ни в чём не бывало перевела разговор на обсуждение дорожных квот.
К вечеру дворец зашумел. Большой дипломатический ужин в главном зале начался строго по расписанию.
Я сидела по правую руку от матери и рассеянно ковыряла серебряной вилкой запечённую форель. Мысли упрямо возвращались к Лео. Где он празднует свои победы? Думает ли обо мне?
Во главе стола сидел отец. Сегодня он выглядел немного лучше, ведь ведьмовские благословения мамы и Эвелин приносили свои плоды. Но это облегчение было призрачным. Его бледные пальцы, держащие кубок, судорожно подрагивали, а взгляд периодически уходил сквозь присутствующих гостей — туда, где обычные люди ничего не видели. Рядом сидела мама, запредельно внимательно следя за каждым его мимолетным движением. С другой стороны расположился мрачный, подозрительный ко всему Каин. Эвелин сидела чуть дальше — тихая, отрешённая, словно весь этот пафосный цирк её не касался.
Роберт тоже присутствовал за столом в окружении послов. После истории с Одержимым в Ригеле он безвылазно участвовал в обсуждениях вместе с Высшим Советом. А сейчас вовлеченно беседовал с Валерией, разместившейся рядом с ним. Шалость удалась?
Я отвлеклась от их разговора, скользнув взглядом по залу, и резко пересеклась глазами с Линорой. Южанка тепло улыбнулась мне — мягко, дружелюбно, почти по-матерински.
По спине волной пробежал леденящий холодок. В голове вспыхнуло странное ощущение: мне показалось, что эта улыбка мириданской леди предназначалась вовсе не мне. Будто женщина сквозь мои зрачки смотрела куда-то дальше, на кого-то прямо за моей спиной.
Я со стуком поставила кубок и резко обернулась назад.
Позади кресла находилась лишь каменная стена, украшенная знамёнами Элларии, несколько застывших гвардейцев и высокие окна, за стёклами которых медленно сгущались сумерки. Ничего необычного.
Когда я заставила себя повернуться обратно, Линора уже спокойно беседовала со своим советником, словно ничего не произошло. Но мерзкое ощущение осталось. Оно застряло маленькой ледяной занозой, мешая делать выдохи.