Страница 32 из 79
Щелчок. Дверь резко распахнулась. Он услышал.
— Ты зря просила вернуться, Недоразумение! Тут кровать большая, а обстановка интимная. Не маленькая, всё понимать должна! — Лукавый взгляд Ника заставил глубоко пожалеть о том, что уже сделала. — И ты даже представить себе не можешь, какие мысли на этот счёт посещают мою голову.
— Извращенец! — выпалила я и сжала кулаки. Пусть только попробует подойти ближе — я за себя не ручаюсь.
— Мне остаться? — прозвучал наводящий вопрос.
— Убирайся к чёрту, Ник! Нет, стой! — я ухватилась за руку молодого человека, который уже был готов покинуть это мрачное помещение. — Отпусти меня, пожалуйста, — стала молить. Чувствовала, как слёзы обжигают уголки глаз и катятся по щекам. — Я не чудовище… Я всего лишь невинная девушка, которая хотела счастья!
— Невинная?! — зло усмехнулся Маэстро. — Ты правда не понимаешь? Или прикидываешься глупенькой? Ты преступница, Юла! Играть людскими эмоциями в своё благо — это преступление!
— Да что я такого сделала? Всего лишь использовала свой дар по назначению! — возмутилась вдруг я, сама не ведая, откуда только смелость взялась. — Алла говорит, что… — не успела я договорить о том, что хозяйка лавки не плохая, как парень оборвал меня на полуслове.
— Задайся вопросом, Юла: где и как твоя наставница Алла достаёт нужные ей эмоции. Подумай своими куриными мозгами об этом, а на рассвете поговорим, — произнёс Ник. — Если задержусь ещё хоть на минуту, придётся остаться и составить тебе компанию в этой уютной и такой манящей постели, — подмигнул он, нагло ухмыльнулся и ушёл, закрыв дверь на два оборота.
Что же это такое происходит? И куда я успела вляпаться?..
В общем, теперь я находилась в таком шоке, что слова просто отказывались складываться в предложения. Нелепость ситуации зашкаливала. А Ник — это просто отдельная история! Произнёс три фразы и исчез. Гений! В голове от тех слов остались лишь обрывки: манящая постель и его извращённые мысли. Может, это был фирменный, искромётный юмор Маэстро, который плохо усваивался в моём сознании?
Упоминая об Алле, парень не забыл и про эмоции. Действительно, как она их добывала? Возможно, люди сами, по доброй воле, отдавали их, а Маэстро специально наговаривает на бедную женщину, чтобы вызвать у меня сомнения. Хозяйка лавки вряд ли могла кому-то навредить. Скорее всего, этот ненормальный человек всё выдумал. Именно он почему-то не хочет моего посвящения. Алла предупреждала, что парень опасен, и оказалась права на все сто процентов. Нужно выбираться отсюда. Немедленно!
Я резко вскочила с кровати и бросилась к окну. Металлические прутья казались неприступными. Трясла железки изо всех сил, но они не поддавались. Тогда ринулась к двери. Но на что я надеялась? Маэстро явно не собирался отпускать меня, и так просто отсюда не выбраться. Вытащив невидимку из волос, я, словно шпионка из блокбастера, попыталась вставить её в замочную скважину. Джеймс Бонд в юбке, не иначе! Но и это не сработало. Зато я услышала голос Крис, которая с кем-то спорила. Это был Маэстро.
— Мы убиваем таких, как она, Ник! — доносилось через дверь, к которой я прижалась ухом. — Или же лишаем воли, подчинив их магию себе. Твоя влюблённость в эту недоделанную ведьмочку ни к чему хорошему не приведёт!
— Замолчи, Крис! — рыкнул Маэстро. — Это моё дело! Она не безнадёжна. Юла сама не знает, что делает!
— Иди и расскажи ей, — грубо буркнула Крис. — Чего молчишь? Не уверен?
— Она не готова к правде.
— Она потомственная, а ты знаешь, что это значит! Расскажи о нас, Ник. Пусть всё её мерзкое племя придёт и перебьёт Братство Ночных проповедников. Тогда эта вечная война закончится нашим трусливым поражением, — зло шипела блондинка, но я не понимала, о чём она говорит. Какое ещё ратство? Неужто секта сатанинских фанатиков? Интересно, а Паршин знает, чем тут его закадычный дружок занимается? А может, и сам Стас состоит с Маэстро в сговоре?
— Да, я — её антидот. Но снять проклятие смогу, лишь если сама ведьма даст на то согласие. Юла ещё не готова, её посвящение не завершено. Если я сделаю это насильно, то её убью!
— Выбор за тобой, Ник: любовь и поражение, или продолжение борьбы и укрепление твоей власти в Братстве. У тебя есть время до рассвета. После этого я буду обязана доложить обо всём Верховному пророку. Он не станет слушать оправданий или проявлять снисхождение. Он сделает то, что должен! — угрожала девушка.
— Ты ревнуешь, Крис! Всё, что было между нами, осталось в прошлом. Месть — худший путь.
— Думай, что хочешь. Я своё слово сказала!
Так вот во что я вляпалась! Убийцы, маньяки, извращенцы! Если к рассвету я не отдам Маэстро свой дар — меня казнят. Бежать! Немедленно. К Алле. Она должна всё объяснить, защитить, посвятить. Только после ритуала я стану достаточно сильной, чтобы противостоять Ночным проповедникам.
За дверью воцарилась тишина. Разошлись. Я снова дёрнула ручку, потом с раздражением пнула створку — она, как нерушимая стена, даже не дрогнула. Безнадёжность. Я сползла по стене, отрешённо уставившись на коричневый ковёр у кровати. Вдруг заметила маленький, почти незаметный бугорок. Подползла, отбросила край плотного шерстяного полотна, и под ним обнаружился замок, запирающий ход вниз.
«Спасенье!» — промелькнула мысль. Но как же открыть этот чёртов люк? Быстро осмотрев комнату, я нашла то, что показалось мне подходящим: тяжёлый стальной подсвечник. Несколько резких ударов по замку — и препятствие слетело с петель. Обернувшись, я убедилась, что шум не привлёк внимания недруга, и скользнула в узкий проход, ведущий в подвалы этого злодейского логова. К счастью, я успела прихватить толстую свечу и спички, пока искала свой импровизированный инструмент. Умница!
Я неслась вперёд, прорезая мрак мерцающим светом восковой свечи. Каменные стены, объятые липкой, тягучей паутиной, казалось, сжимались, грозя поглотить меня. Через несколько шагов я упёрлась в очередную запертую дверь. Парадокс. Пути назад не было.
Ни за что не вернусь! Лучше умереть здесь, чем дать Маэстро такую возможность. Мысли о неминуемой гибели уже затуманивали разум, но тут сработал древний инстинкт самосохранения. Хрупкая, почти истлевшая створка двери древнего туннеля разлетелась на щепки от одного удара ноги. За ней открылся узкий коридор, освещаемый тусклым, призрачным светом. И клетки. Множество клеток по обеим сторонам, а в них — узники, тянущие ко мне свои иссохшие руки. Они впивались в мои плечи, в волосы, и я едва успевала отмахиваться. Кто-то вырвал из моих пальцев горящую свечу. Ужас.