Страница 40 из 66
Глава 14
Уильям
Не думаю, что когда-либо в своей жизни я испытывал больший шок.
– Как вы только что назвали ее? – спросил я мужчину. – Кристина Монтгомери? И она ваша… дочь? Это значит, вы родственник Флетчера Монтгомери, так?
– Да, он мой племянник, – ухмыльнулся мужчина. – Хотя, думаю, он не в курсе того, что я до сих пор жив. Мы не видели друг друга почти сорок лет. И никогда не были близки. Я не видел ни его, ни кого-либо из его семьи с тех пор, как они уехали из этого дома… Что было много лет назад.
– А ваша дочь? Где она сейчас?
– Я не видел ее несколько месяцев.
Мы с Луизой озадаченно переглянулись.
– Вы знает, как ее найти? – спросила Луиза.
– Нет. Она не особо часто меня навещала, может быть один-два раза в год. Но звонила почти каждую неделю. Потом, несколько месяцев назад, ее звонки прекратились. Она перестала приезжать, и я не знаю, что случилось, – сказал он, его голос звучал обеспокоенно. На секунду мне показалось, что в его глазах блеснули слезы.
– Спасибо за помощь, сэр, – сказал я. – И еще раз извините, что побеспокоили вас. Мы не знали, что Дебора… то есть, мы понятия не имели, что Кристина здесь больше не живет.
– Зачем она вам? Она и мой племянник сделали что-то плохое?
– Почему вы так думаете? – спросил я, подойдя ближе к мужчине.
– Даже когда они были детьми, Флетчер всегда втягивал ее в неприятности…
– Так они продолжали общаться даже после того, как семья вашего брата покинула этот дом? – спросила Луиза.
– Да. Флетчер продолжал отправлять ей письма и поздравительные открытки на дни рождения. А потом, когда она закончила школу, она позвонила ему и он пригласил ее в Лос-Анджелес, где тогда жил вместе со своей семьей. Я умолял ее не ехать туда. Вы знаете, ее мать умерла, когда Кристине было пять, и я вырастил ее сам. Я не хотел, чтобы она уезжала, она была моей маленькой девочкой, даже став взрослой, она все равно оставалась моей малышкой…
Мужчина задумчиво посмотрел на дом позади меня, потом снова повернулся ко мне.
– Но когда она вернулась с дипломом в руках, я так гордился ею. Она сказала, что Флетчер помог ей поступить в колледж и после окончания хотел, чтобы она работала на него.
Готов поспорить, мы с Луизой подумали об одном и том же.
– Еще раз спасибо за помощь, сэр. – Я протянул правую руку, и мужчина пожал ее, кивнув.
– Всегда пожалуйста. Могу я попросить вас об услуге?
– Конечно.
– Дайте мне знать, если узнаете что-нибудь о местонахождении моей дочери.
– Конечно, сэр, – ответила Луиза.
Была одна вещь, о которой я не мог перестать думать. Я посмотрел на дом еще раз, потом на мужчину и сказал:
– Почему ваша дочь не помогала вам с этим местом? Не обижайтесь, но дом выглядит не ахти.
«Как и вы сами»,
– подумал я о мужчине.
Если бы я не знал наверняка, то решил бы, что мужчина бездомный. Он выглядел именно как бездомный, и я гадал, как же с ним могло произойти такое. Я был уверен в том, что у его дочери было предостаточно денег, чтобы дать ему все, в чем он нуждался.
– Я не хочу, чтобы она мне помогала, – ответил мужчина. – Я привык все делать сам, даже сейчас, когда я на пенсии и сломал обе ноги в автомобильной аварии, я не хочу, чтобы она помогала мне. Она присылал мне деньги на визиты к докторам, лекарства, еду и одежду, но большего я не приму. Большую часть денег, которые она присылала, я отдавал местным больницам для ветеранов войны. И да, может, я и рассуждаю как заноза в заднице и сумасшедший, но я такой, какой есть. Мне хорошо с тем, что у меня есть. Сейчас я хочу только, чтобы с моей девочкой все было в порядке.
– Мы сообщим вам, если что-нибудь узнаем, – сказал я. – Ты готова ехать? – спросил я, повернувшись к Луизе. Она кивнула и последовала за мной к машине.
– Это был самый странный разговор за всю мою жизнь, – сказала она, когда я отъехал от дома Монтгомери. – Тебе не кажется странным, что ни Дрю, ни Кристоферу не удалось узнать настоящий адрес Деборы, также известной как Кристина Монтгомери? И что насчет ее имени? Почему она его изменила?
– Думаю, я знаю, что случилось с настоящим именем Кристины и почему ей пришлось его изменить.
– Знаешь? – удивилась она.
– Готов поспорить, это твой отец сказал ей изменить имя, чтобы скрыть факт их родства. И если мои предположения верны, это было сделано, чтобы одурачить моего отца.
– Думаешь, Дебора шпионила за ним все то время, что работала на него?
– Я полностью в этом уверен. Единственное, чего я не могу понять, – что твой отец имеет против моего? Почему он хотел уничтожить его?
– Думаешь, это как-то связано с их бизнесом?
– Кто знает. Все возможно. Мне нужно попросить Кристофера глубже покопаться в прошлом моего отца и жизни Деборы. Оказывается, мы знали о ней еще меньше, чем думали.
– Как ты думаешь, почему Дрю никогда не рассказывал мне о Деборе или Кристине, ну или как там ее? Они выросли вместе. Он же не мог не узнать ее?
– Может быть, он не знал, что его брат с ней общался. К тому же, он знал ее как Кристину.
– Да, но как он мог не узнать адрес, который дал мне? Он жил там, он должен был спросить, почему я вдруг захотела посетить дом, в котором он вырос. И ты действительно веришь в то, что он не знал о том, что Дебора и Кристина – это одно и то же лицо?
– Почему бы нам не пойти и не задать все эти вопросы ему лично?
Но сегодня удача была не на нашей стороне. Когда мы приехали в «
Ле Папиллон»
, Кейт сказала, что Дрю нет.
– Ты знаешь, когда он вернется? – спросил я.
– Нет. Он только сказал, что будет отсутствовать не долго. А вы пробовали ему позвонить?
– Да. Как минимум раз десять. Все напрасно. Он не берет чертов телефон.
– Как насчет чашечки чая? Или может быть виски?
– Чашечки виски? – Я скорчился от выбора слов Кейт. – Спасибо, но не сегодня.
При мысли о том, чтобы снова взять в рот алкоголь, меня затошнило.
Луиза захихикала:
– Только не виски. Думаю, чай подойдет.
Луиза, Кейт и я пошли в бар, полный девушек в платьях, готовящихся к вечернему выступлению. Некоторые из них закричали, когда увидели Луизу.
– О, смотрите, кто здесь! – воскликнула одна из девушек, подойдя поприветствовать Луизу. Насколько я помнил, ее звали Наташа.