Страница 46 из 201
Ее муж в студенческие годы подрабатывал в фирме ее отца; ее отец снова и снова повторял, что хотел бы иметь такого сына — в дополнение к любимой дочери, конечно. Примечательно, что на своей свадьбе она танцевала с отцом больше, чем со своим «новым мужчиной». Между отцом и дочерью сохранилась очень сильно заряженная эротическая атмосфера, но оба были рады, что риск соблазнения был несколько уменьшен с помощью урегулированных отношений. Отец был очень доволен ее выбором, да и она сама тоже.
В браке Нора оказалась умеющей очень хорошо приспосабливаться. Отец научил ее, что хорошая жена должна приспосабливаться. Сначала она помогала мужу «навести порядок» в хаосе его жизни, и это привело к тому, что он защитил диссертацию.
Она рассказывала: «Мой муж часто менял образ нужной ему женщины. Сначала ему была нужна подруга. Затем оказалось, что по разным причинам это было не то и ему нужна мать. Затем ему стало лучше, и он стал искать во мне что-то вроде «сексуальной женщины-вамп». Я могла быть всеми ими». В ее голосе звучала гордость, как если бы она сказала мне: «Видите, как я умею быть разной!». Норе было приятно, что ее муж говорит о ней, что она «как воск в его руках». Когда я спросила ее, в какой роли ей больше всего нравилось или не нравилось быть, она не ответила. Все они ее устраивали, все было вполне приемлемо. Нора гордится тем, что у них с мужем хорошие отношения. На своем рабочем месте среди других женщин она была, тем не менее, более независимой и решительной, более значимой, более заинтересованной, чем дома. При появлении мужчин она автоматически начинала конкурировать со всеми остальными женщинами. Дома она в основном реагировала на желания мужа. Для исходно позитивного отцовского комплекса также характерно, что за пределами влияния комплекса эти женщины могут быть независимыми и вносящими в жизнь новое. Они могут играть политическую роль; они действительно хорошо понимают мужчин, они знают, как надо себя вести, чтобы добиться успеха в своих целях, но в личных отношениях с мужчиной такая женщина опять оказывается в роли послушной девочки (хотя бывают и протестующие девушки).
Раз в неделю они с отцом обедают вдвоем. Ее мать не играла и не играет «никакой роли». Нора даже не может вспомнить никакой трудной ситуации с матерью. Было «с самого начала ясно, что отец важнее». В последнее время она критикует все, что связано с матерью, и считает ее очень «старомодной». Вот и подруги считают также — правда, они для нее вообще-то не особенно важны. Проблематичным для нее является нарастающий страх принимать решения — не столько в профессиональной сфере, сколько в частной жизни. Это является верным признаком того, что наступает время отделиться от ее исходно позитивного отцовского комплекса ради собственного развития. Этот страх связан с тем, что Нора неоднократно влюблялась в старших мужчин и при этом переживала такие чувства, которые так и остаются не пережитыми в отношениях с мужем. Именно в этих «непредвиденных увлечениях» проявляется то, что в ее психике надвигаются изменения в сфере отцовского комплекса. Мужчины, в которых она влюбляется, — это люди слова, а ее отец — в большей степени человек действия. И ее муж — тоже. Конечно, она может легко перенести свой отцовский комплекс на этих старших мужчин — и восхищаться, и принимать восхищение, если можно так описать ее тоску. Однако ее завораживают не столько старшие мужчины как таковые, сколько определенный аспект отцовского комплекса, который в ее жизни до сих пор мало или совсем не пережит — это интеллектуальный, духовный аспект. Тут возникает еще одна трудность: Нора не может никем восхищаться, кроме своего отца, что также является типичным предписанием при такой констелляции комплекса, как у нее. Может быть, она перенесла этот запрет на отношения с мужем, потому что ее заботой сейчас являются именно отношения с ним. Эта проблема может проявиться где угодно; в любом случае, развитие и отделение от отцовского комплекса ставит вопрос, что останется в ее отношениях с мужем, если прекратить перенос отцовского комплекса; что их будет связывать, когда переноса в рамках комплекса не станет. Как бы то ни было, развитие должно происходить, потому что проблема страхов не оставляет Нору в покое и указывает, что она рискует пропустить что-то существенное в своей жизни.
С большой вероятностью, отец Норы находится под влиянием исходно позитивного материнского комплекса. Я понятия не имею, насколько он отделился от него в ходе возрастного развития. Отцы с позитивным материнским комплексом — это обычно чувственные и эротичные мужчины, умеющие наслаждаться жизнью и, конечно, дочерью. Восхищение для них является чем-то важным, и восхищение со стороны дочери, вероятно, получить и удержать легче, чем со стороны супруги. Дочь в такой ситуации идентифицирована с дочерней частью такой констелляции комплекса, выступает в роли привлекательной дочери отца, которого можно боготворить и у которого есть «savoir vivre», вкус к жизни — до определенной степени. Эти дочери становятся женщинами, которые в восприятии мужчин окружены сильной эротической аурой, привносят эрос в жизнь, обещают свое большое расположение и также его привносят. Они часто интеллектуально одарены, но недооценивают свою одаренность или научились ее «припрятывать» и пользоваться ею только при необходимости. Они получили много восхищения от отца и поэтому, предположительно, у них хорошая самооценка. Мать они не замечают и не пробуют ни объединяться, ни противостоять в отношениях с ней. Мать обесценена, но такие женщины никогда не соглашаются с этим утверждением. Они говорят: «Я считаю, что мужчины просто интереснее и надежнее, больше стимулируют...». Им не приходит в голову, что ни разу в жизни они даже не попытались вникнуть в отношения с женщинами.
Их высокая самооценка зависит от восхищения мужчин. Это является большой проблемой для женщин с такой разновидностью комплекса: если кто-то нам гарантирует самоуважение, то мы подчинены этому человеку. Вместе с таким человеком мы теряем чувство собственного достоинства. Более того, мужчины переживаются как стимулирующие и упорядочивающие, даже как «управляющие», они всегда решают, что произойдет. Чем больше один человек позволяет другому управлять собой, тем больше вероятность того, что его уведут вбок, а именно туда, куда управляющий им человек считает правильным и хочет направить, но необязательно туда, куда тянут человека его потребности в развитии. С другой стороны, есть риск того, что люди будут очень тревожно реагировать на то, чтобы отдать другому человеку право «управлять»