Особенный

— Цепа, дорогой, доброе утро! Есть минутка со мной поговорить? Отлично. У тебя знакомые во всей Москве, почти в каждом доме. Пожалуйста, очень тебя прошу, звони, езжай, стой на коленях, но узнай, не улетала ли наша Зоя в Турцию. Или в любую другую страну. Или в любой город в России. И еще… — она задумалась, — узнай, не покупала ли она билет на какой-нибудь поезд дальнего следования. Это очень важно… Рада, что ты меня понял. И не говори об этом ни следаку, ни Михалычу. Я потом тебе все объясню. И я тебя целую.

Она положила телефон на стол, на минуту задумалась, потом взяла кружку, сделала большой глоток.

— Извини, что я тебя прервала. Так какие у тебя еще идеи?

Никаких других идей у меня не было. А вот идея проверить самолеты и поезда мне очень понравилась, о чем я ей сообщил. Она махнула рукой.

— Не отвлекайся, думай.

— Есть еще дурацкая мысль… Давай проверим дверь квартиры нашего Шефа.

Наташа рассмеялась.

— Вот уж кто вне подозрения, так это Шеф. Сам подумай, зачем ему вызывать следака? Чтобы разоблачить самого себя? Но твоя идея мне нравится. Тем самым, мы проверим идиотизм наших противников. Если он у них зашкаливает, то прослушку поставят и на его дверь. А если у них есть хоть капля ума…

Она опять задумалась, допила кофе, поставила кружку на стол.

— Узнать домашний адрес Шефа — это непростая задача. В отделе кадров нас пошлют куда подальше. Об этом может знать Михалыч, но он сразу начнет спрашивать, на какой хрен нам это надо? А я и сама не знаю, зачем нам это надо. Давай так, это решение оставим на потом. Дождемся звонка Цепы и решим окончательно. А сейчас давай еще идеи.

Я пожал плечами. Жениха мы исключили, Шефа исключили, Пал Палыча исключили. Отец Зои? Не знаю. Остается еще Ирина, но вряд ли она будет держать Зою у себя в квартире. Может быть у нее есть дача? Я сказал об этом Наташе.

— Я, конечно, не Фрейд и не Юнг, — Наташа вздохнула, — но девяносто девять процентов, что Ирина и правда не знает, где Зоя. Пока мы будем узнавать, где находится ее дача, если таковая существует, то пройдет два дня, а это наш срок, в который мы должны уложиться.

Тут ко мне пришла еще одна мысль.

— Мне кажется, что люди, которые ищут Зою и ставят прослушки, это те же люди, которые хотят заполучить пять кубиков моей кровушки.

— С этим я согласна, — кивнула Наташа.

— А если так, то можно устроить еще одну охоту на живца. Я могу помаячить во дворе дома Ирины, обратить на себя внимание парня в бейсболке. Он сообщит об этом своим хозяевам, получит ланцет, подойдет ко мне, а тут и ты с пистолетом и наручниками.

— У меня нет ни пистолета, ни наручников, — сказала Наташа. — Все мое оружие — это пилка для ногтей и перцовый баллончик. Но я и без наручников обойдусь. Бегаю я хорошо, легко смогу догнать злодея и вырубить его минут на двадцать. Это идея неплохая, но об этом должны узнать как можно больше людей в институте. И еще… — она взяла ручку, повертела в руках, — неплохо, чтобы об этом узнали братья Карамазовы.

— Братья Карамазовы? — удивился я. — Они же наши главные спонсоры, больше всех заинтересованы в результатах эксперимента. Зачем им моя кровь или Зоя с журналом? Когда все будет закончено, то они имеют полное право получить все протоколы и начать производство нужных лекарств.

— Тут все не так просто, — сказала Наташа. — Мы не знаем, какой у них с Шефом договор. Возможно, им обещано только лечение их самих. А как это делается — этот секрет останется в руках Шефа. Думаю, что комбинация протокол плюс Зоя или протокол плюс Шеф, стоит очень больших денег, и братья Карамазовы смогут продать все это за большие миллионы заинтересованным фирмам. Или у нас, или за бугром.

— Так давай намекнем Шефу и остальным, что надо продолжать охоту.

— Может и надо, — кивнула Наташа. — А может и нет. Я пока не знаю.

Я ткнул пальцем в блокнот.

— А ты что придумала?

— Что я придумала… — Наташа рассеянно смотрела куда-то в сторону. — Я придумала, что сначала нам надо узнать планы нашего следака. Давай поедем в институт, поговорим с Михалычем, узнаем новости, а потом примем решение.

— В институт? Так тебе же запретили появляться в институте.

— Об этом не беспокойся, — Наташа поднялась со стула. — Нам вчера весь день везло. Должно повезти и сегодня.

Глава 25

Перед входом в институт с унылым видом шагали Гога и Магога. Было видно, что ничто их не радовало — ни ясное свежее утро, ни собственная молодость и здоровье. Увидев нас, они остановились, вытянулись и отрапортовали, что за время их дежурства никаких происшествий не было. Наташа, изо всех сил стараясь придать своему лицу серьезное выражение, поблагодарила их за службу и спросила, не пришел ли следак? Гога и Магога сообщили, что следака еще нет, а вот и Шеф и Михалыч уже на рабочих местах.

Мы вошли в вестибюль, и Наташа попросила меня остаться, сесть в дальнем углу и повернуться так, чтобы проходящие не могли меня узнать.

— Здесь безопасно, — сказала она, — посиди минут пятнадцать, а я узнаю новости и оценю обстановку.

Она вернулась через двадцать минут, взяла пустое кресло, придвинула ко мне.

— Получила выговор от Михалыча, — начала она. — Вчерашние наружники заметили, как мы выходили из подъезда. Наделали кучу фотографий и прислали следаку. Он нас узнал и устроил разнос Михалычу — что-то делается без его ведома. Михалыч, правда, оправдался, сказал, что это мы узнали про парня в бейсболке и зашли к Ирине, чтобы успокоить ее и убедиться, что все в порядке.

— Больше никого не встретила? — спросил я.

— Встретила Пал Палыча и Вахтанга, — сказала Наташа. — Пал Палыч набросился на меня, просил рассказать ему все новости и прочитал короткую лекцию, что без Зои работа в институте практически остановлена. Вахтанг стоял, глупо улыбался и поддакивал своему начальнику. Я посмотрела в его ясные глаза и убедилась, что он для нас пока не интересен. Когда Пал Палыч закончил, этот джигит попросил меня беречь себя и напомнил, что его предложения о замужестве остаются в силе.

— А что нового сообщил Михалыч?