Страница 84 из 207
Нахальство, дерзость, самоуверенность… Она ведь знала и раньше, что это не все стороны Сильнейшего. Возможно, из-за того, что тогда, одиннадцать лет назад, она была вынуждена мириться со злым Ирресом и своим незавидным положением, она и позволила себе забыть
из-за чего
плакал этот мужчина.
Но теперь она не могла забыть, что этот нахальный и самоуверенный оборотень любит своего отца и обожает свою семью. Как кусочки пазла стали всплывать картинки его отношений с семьёй, которые ей невольно довелось увидеть. Старший сын, старший брат… друг. Крохотные мозаичные воспоминания о ехидных перепалках с мастером Илишем и заботой о безопасности бесценного Саврия. Едва слышимая горечь в словах о сарене Ринаре. Вольное Виканово «дарен», хотя Сильнейший уже и не дарен. Даже колкая свобода Майяри в словах, когда она говорила с хайнесом.
Сейчас Лирке казалось, что она воспринимала хайнеса как нарисованного, в одной плоскости. «Вот, посмотрите, это портрет хайнеса Узээриша». И наконец смогла оторвать взгляд от картины и посмотреть на стоящего рядом живого оборотня, который был не только хайнесом. И она была бы рада вновь остаться наедине с портретом, но уже не могла забыть, что успела увидеть.
И появившаяся ниточка оказалась слишком крепкой. Она прилипала как паутина, тянулась, покорно дрожала и гнулась, но не рвалась.
— В тот момент я вспомнила причину, по которой поддалась вам тогда, — всё же нашла слова Лирка. — И на какой-то миг вновь ей поддалась. Мне жаль. Я помню о ваших чувствах, и мне вдвойне жаль, что я могла дать вам надежду.
— Моя надежда неугасима, — задумчиво протянул хайнес. Он смотрел на неё из-под полуопущенных век, слегка вскинув подбородок, и словно что-то обдумывал. — А можно узнать эту причину?
— Нет, — резковато ответила Лирка.
Незачем задавать ему в руки такое оружие. Хотя Лирка плохо представляла, как это можно использовать, но лучше придержать язык за зубами. Между ними и так всё слишком осложнилось.
— О, — тихо выдохнул Сильнейший и слегка приподнял брови в ответ на её реакцию. — Тогда я попробую угадать. Не смотри на меня так грозно. Я
не буду
говорить о своих догадках. Можешь не переживать. Я совершенно точно не обижен, а надежды мои и прежде были непоколебимы.
— Тогда прошу вас забыть…
— О невозможном не проси, — покачал головой мужчина, и Лирка досадливо закусила губу.
— Тогда у меня всё, — женщина взялась за ручку двери.
Она сделала всё, чтобы утром они могли спокойно общаться и ей не пришлось всю ночь ворочаться и мучаться мыслями «как же теперь объясниться». И теперь хотела сделать то, о чём думала, когда входила в дом: сбежать.
— Выпей что-нибудь горячее перед сном, а то мы сегодня сильно промокли.
Лирка вздрогнула и обернулась. Хайнес смотрел на неё исподлобья светящимися в полумраке глазами. Со спины его обливал лунный свет, и неестественно белокожий и беловолосый мужчина здорово смахивал на призрака. Глаза прищурились чуть сильнее, и мужчина прошептал:
— И не ходи босиком. У тебя, — уголки губ дрогнули, — быстро замерзают ноги.
И Лирка будто наяву почувствовала на своих стопах горячие ладони. Щёки вспыхнули, ей не удалось удержать реакцию внутри. А глаза мужчины ещё больше сощурились, став светящимися щёлками, и губы разошли в торжествующей, воистину змеиной улыбке.
— Угадал, да? — едва слышно прошелестел его шёпот.
Лирка вылетела из спальни пробкой. В груди гулко колотилось сердце, а пальцы дрожали от напряжения. Боги, да чего она так отреагировала?
— Эй, что такое?
Женщина вскинула голову на обеспокоенный вопрос Ирреса и растерянно заморгала, увидев рядом с ним господина Шидая. Судя по выражению лиц обоих, они вполне мирно болтали. Может, лекарь выспрашивал что-то интересное о силах духа.
— Всё х-хорошо, — выдохнула Лирка.
— Эй, хвыба! — Иррес решительно потопал в спальню на разборки. — Ты чего… — дверь за ним захлопнулась, и женщина с запозданием сообразила, что не убрала печать.
— На тебе лица нет, — заметил лекарь. — Точно всё хорошо?
— Да… — Лирка осеклась, воровато посмотрела на дверь и решила воспользоваться отсутствием Ирреса. — Хотя меня кое-что тревожит. Я… — она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. — Меня в последнее время начали волновать м-мужчины, — всё же ужасно неловко обсуждать это с кем-то, но господин Шидай лекарь. Он может подсказать что-то дельное.
— И что странного? — не понял тот. — Ты совсем молоденькая, кровь у тебя не то что бурлить, брызгать во все стороны должна от желания попробовать жизнь.
— Но раньше такого не было, — растерянно заморгала Лирка.
— А вот это странно, — насторожился господин Шидай и оценивающе её осмотрел. — Организму, может, чего-то не хватает? Сходим чуть позже ко мне в кабинет, кровь твою посмотрю. Если что, зелья кое-какие попьёшь, восстановишься…
— Нет! — Лирка пошла на попятную. — У меня всё нормально.
— А должно быть хорошо…
Но девушка уже шла на выход, будто испугавшись, что лекарь прямо сейчас начнёт её лечить. Чтобы кровь бурлила.
— Ну чего ты сегодня всё бегаешь? — недовольно проныл Иррес, вытягиваясь из спальни невидимым поводком.
— Хотя… — Шидай задумчиво посмотрел им вслед. — С силами духа она должна быть здоровее самых здоровых… — он прицокнул. — Тут скорее лекарь душ нужен.
Сработал чуйка на опасность. Рихан пытался успокоить скачущее сердце и не бежать по улице так откровенно, но выходило дурно.
Он заприметил ошивающегося у дома оборотня, когда возвращался с рынка. Вроде бы ничего странного. Ну, приезжий. Ищет приметы какие-то, чтобы опознать дом родичей. Но Рихан аж к месту прирос и сдвинуться не мог.
Почуял.
Он бы и домой не вернулся. Хотел сразу сбежать, но Господин именно в этот момент решил навестить его. И бросить женщину не позволил. Вынудил! Надавил и заставил вернуться. От пережитого страха Рихана так трясло, что Господина он уже не боялся.
«Сколько можно чего-то ждать⁈»
«Хватит трястись, жалкий!»
«Я, жалкий, рискую своей жизнью! В то время как вы ничем не рискуете и сидите себе в безопасности! Вам-то что? Учителя разорвали, а вы живёте! Меня поймают и убьют пытками, а вы даже не заглянете! Сколько ещё ждать⁈ И чего⁈»