Страница 173 из 207
— По своей глупости и самонадеянности, — Ёта не боялся нанести себе урон, — решил показать своим молодым жёнам Арван-Ё по дороге к большому поселению. Потешить взор былым величием. Грань там хранят неважно, каждый смельчак это знает.
Пошли шепотки, мол, да, знаем.
— Не чаял я столкнуться там с отрядом, по численности не уступавшим тому, что в твердыне сидит. Крик тот всего лишь эхо рванувшего в колодце Арван-Ё зажигательного снаряда. Меня спасла только крепкость тела, жён убило сразу.
— А точно ли убило? — спросил чей-то язвительный голос, Ёта даже не стал смотреть на говорившего. — А то может бросил жён-то живыми на потеху салея-са.
— С оторванными головами не живут даже химеры Восточных земель, — спокойно отозвался Хо-ёта-х. — Сам едва выйти живым смог.
— Бежал? — насмехался всё тот же голос.
Ёта всё же посмотрел на говорившего и беззлобно усмехнулся.
— Твой брат, жрец, погиб при битве за Арван-Ё от руки простого воина, даже не шамана. И ты почитаешь его как героя. А меня коришь за то, что проиграл целому отряду в нечестной схватке?
Насмешник зло поджал губы.
— Так что зря ты затыкаешь рот тем, кто говорит умные вещи, Ло-тиа-х, — Ёта вновь посмотрел на жрицу.
Та не выглядела смущённой или раздосадованной. Наоборот, смотрела на Хо-ёта-х с подозрительным прищуром, будто хотела понять, что он замыслил. У мужчины злость вскипела в груди, но он заставил себя оставаться спокойным. Не время для гнева.
— Слышала? — старик Ит-ло-х сурово посмотрел на жрицу. — Вместо того, чтобы звать всех глупцами, отправила бы сперва углядатаев на сторону салея-са.
— Да скаана-са всегда в стороне стоят! — крикнул кто-то. — Нет им дела до мучений Хоётора!
Ёта невозмутимо слушал нарастающий шум и возобновившиеся разговоры, а грудь распирало торжество. Слаб женский разум перед мужской хитростью. Удовлетворённый, он обвёл собравшихся взглядом, чтобы убедиться, что отношение к нему переменилось и презрительных взоров больше нет. И столкнулся с насмешливым чёрным взглядом Ли-риан-си. Некоторое время они просто смотрели друг на друга, потом Ёту привлекло странное поведение тьмы на плечах шамана. Она тянулась куда-то за спину, будто видела что-то. Ли-риан-си обернулся, и Хо-ёта-х тоже увидел, как среди травы поднимается тёмный сгусток. Напрягся, подумав о хоёторских тварях, но сгусток начал обретать форму и краски, и Ёта понял, что это всего лишь очередной отражение прошлого — мираж того, чего уже никогда не будет.
Сгусток расправился резко, словно встряхнулся, и мигом окрасился. Разговоры оборвались, все смотрели на женщину, красивую, черноволосую, с невероятными синими глазами. Она стояла и с самым решительным видом смотрела на собравшихся. Вроде бы все привыкли к миражам, но всё равно порой озноб проходил по коже.
А Ёту и вовсе сковало по всем членам под тяжёлым взглядом матери.
Он вмиг вспомнил событие, произошедшее на этой самой поляне много-много лет назад. Вспомнил именно это мгновение, когда мать поднялась с земли и сказала его отцу, что тот слабак.
Губы миража беззвучно шевельнулись, но Ёта услышал каждое слово. Только вместо имени отца в ушах почему-то прозвенело его собственное имя.
«Ты слабак, Хо-ёта-х!»