Страница 167 из 207
Лирка всё же не выдержала и повернулась к мужчине лицом. Тот лежал на спине и смотрел на неё слегка светящимися глазами. Ворот рубашки широко расползся, открывая ключицы, а полы задрались, и свет волчьего месяц ложился на оголённый торс красивыми, рельефными волнами.
— Вам не стоило прилетать, — тихо сказала Лирка. — Не зачем. И про невесту… про всё это… не нужно всё это. Неправда же и…
— О боги, как я устал! — Риш с хрустом потянулся, зевнул и закрыл глаза. — Давай утром.
— Нет, — женщина решительно села. — Я хочу, чтобы не было неясности…
— А я хочу, чтобы она осталась, — мужчина вскинул на неё взгляд и прищурился. — Про то, что мы не пара, что я тебе не нравлюсь и вообще не вписываюсь в образ идеального мужа, я уже слышал. На память, как знаешь, жаловался только один раз. Повторять не нужно. Если что-то поменяется, буду рад выслушать.
— Вы невыносимо упрямы! — Лирка раздражённо выдохнула.
— Часто это слышу. А вообще… тебе меня совсем не жаль?
Переход был таким неожиданным, что женщина растерянно взглянула на опечаленное лицо хайнеса, но не прониклась. У неё десятилетний сын и Иррес, таким её не проймёшь.
— Почему я должна вас жалеть? Я вам ничего не обещала.
— Ну представь: я только недавно вспомнил, что произошло в
ту ночь
, — Риш игриво приподнял брови, — мои воспоминания так свежи, словно это произошло совсем недавно. А женщина, с которой я был так близок, совершенно ко мне холодна. Чувствую себя использованным.
Лирка непонимающе нахмурилась. Отношения между мужчиной и женщиной обошли её стороной, и она с трудом понимала, что имели в виду женщины, когда кричали: «Ты меня использовал!». Сейчас она понимала, что претензии хайнеса имеют сходство с ситуацией возмущённых женщин, но не понимала, в чём она могла его использовать.
— Я вас не использовала. Мы просто… провели ночь вместе. И это было давно.
— Тёмные, — Риш прикрыл глаза рукой. — Надеюсь, это не воздаяние по заслугам. Ты меня ранишь, Кая.
— Я не нарочно, — без малейшего раскаяния произнесла Лирка.
— Это ещё хуже!
— Мне жаль.
— Тебе не жаль, — не поверил Риш.
— Хорошо, мне не жаль. Я к вам холодна. Как видите, я не смогу ответить вам взаимностью. Может стоит одуматься?
Вздохнув, Риш приподнялся на локте и проникновенно посмотрел на Лирку.
— У тебя блестят глаза и щёки тёмные, — прошептал мужчина. Его шёпот странным, чарующим образом сплёлся с шелестом ветра за окном. — Ты нервно мнёшь рубашку и кусаешь губы. Ты совершенно точно не холодна ко мне. Цветы в твоём запахе распускаются всё больше. Надави я сейчас, поведи себя чуть более вольно, ты бы устояла передо мной, Кая?
Уши обожгло огнём. Лирка судорожно сглотнула и ощутила всплеск злости за его проницательность и самоуверенность.
— Да, — твёрдо заявила она.
— Да, устояла бы, — не стал спорить Риш. — Но, — светящиеся глаза хищно прищурились, — я пытался бы снова и снова. Мне почти четыреста, а тебе и сотни нет, Кая. В упрямстве я превосхожу тебя в разы. И между нами уже есть крепкая связь.
— Нет…
— Ханён, — перебил её Риш. — У нас есть Ханён. Очаровательный, бойкий и озорной птенец.
Мед-ве-жо-нок.
Это было нечестно! Он переманивал на свою сторону Шани, играл на звериных слабостях! Лирка оскалилась.
— Очень красивый ребёнок. Согласись? — Риш не считал себя хорошим оборотнем и нечестных методов не чурался. — Можно завести ещё одного. Или сразу двух, у сов часто рождаются близнецы. Прелестные как духи. Зиш и Иия маленькими были такими хорошенькими, что я едва не рыдал от умиления.
— Хватит! — процедила сквозь зубы Лирка.
— Обожаю, когда ты злишься, — по губам мужчины скользнула хитрая улыбка. — Твоя невозмутимость выводит меня из себя. Хочется постоянно тебя поддразнивать, чтобы видеть птичку Каю. Нежную злую птаху.
Что ж, злую птаху он раздразнил. Потому что он действительно умудрился растормошить и перетянуть на свою сторону Шани, которая и так была слаба перед крыльями, и поселить томное волнение в грудь Лирки. И лёгкость, с которой он это сделал, взбесила Лирку.
А в гневе хайнеса перед собой она не видела.
Она видела наглого мужчину, который имел смелость лежать рядом с ней и дёргать за хвост. Она видела мужчину, который самоуверенно заявлял, что превосходит её. И ей хотелось его…
Лирка сглотнула набежавшую слюну и опустила глаза ниже, на оголённый торс.
— Какой хищный взгляд… — заинтересованно протянул Риш.
Лирка вскинула на него светящиеся голубоватым светом Ирресовых сил глаза и тяжело обронила:
— Заткнись.
Ноздри Риша хищно шевельнулись, словно он учуял что-то новое.
— Моя… госпожа? — и вопрошающе вскинул брови.
Что-то острое и тёмное зашевелилось в груди и потребовало, возжелало власти над этим мужчиной.
— Госпожа Лиркаа любит вести, любит держать власть в своих руках? — по губам мужчины скользнула предвкушающая улыбка. — Я тоже люблю вести. Но… могу иногда уступать. Моя госпожа может делать со мной всё, что хочет.
Лирка опомнилась и отшатнулась. Тяжело задышала, пытаясь прийти в себя и запихать поглубже нежданно высунувшуюся тёмную натуру. И так странно проявившуюся. Плюхнувшись на подушку, она решительно повернулась к мужчине спиной и предупредила:
— Посмеете ко мне прижаться, и я сломаю вам ребро.
За спиной послышался хмык.
— Не самая страшная боль в мире.