Страница 104 из 207
«Она имеет отношение сейчас»,
— напомнил господин Наэш.
«Ты правда думаешь, настолько он настолько глуп, что надеется договориться со мной?
— Иррес напомнил, что Лирка, вообще-то, не одна.
— Он не в себе, но не дурак. Туда, где я, он точно не пойдёт. Да и какой ему смысл связываться с Лиркой? Чем она ему поможет? Даже если она вдруг станет дурой и выйдет замуж за хвыбу, а потом решит послать войско на Хоётор, то что с этого выиграет Истаридан? Хоётор — нелёгкая добыча, иначе бы его уже растащили по кускам. Если Салее и удастся захватить его, то Истаридан ничего не выиграет: здесь свои боги, среди которых он место не занял».
«Не мог занять»,
— поправил господин Наэш.
«Почему не мог?»
— не понял Иррес.
«Его же наказали…»
«Ты знаешь, скольких наказали?
— перебил его дух. —
Почти всех! Кроме тех, кто потерял слишком многое, и кроме сумасшедших, но нам просто плевать было на все наказания. Да, был кое-кто, кого наказали сильнее, чем остальных, но Истаридан не входил в их число. Вполне мог, как и другие боги, пойти искать себе новое пристанище и новых последователей. Но он остался с Хоётором и потерял всё. А самое главное — время! Другие Старшие успели расхватать самые сочные куски».
Рассказы о жизни богов звучали прозаично и очень похоже на то, что происходило в мире смертных. Лирка почувствовала, как тает в ней благоговение перед бессмертными, и заподозрила, что молиться будет теперь только Ваираку. И то лишь в благодарность за помощь.
«Я вообще считаю, что хвыба немного умом едет,
— дух даже искренне забеспокоился.
— Ему бы отдохнуть… Ну нечего Истаридану в Хоёторе ловить! Я представить не могу, что бы он там мог отхватить».
«А ты представь,
— с нажимом велел господин Наэш. —
Подумай хорошенько. Ты Хоётор знаешь лучше всех нас».
«Наэш, я несколько тысяч лет вообще мало что соображал!
— вспылил Иррес. —
Ты серьёзно думаешь, что я так уж много замечал⁈»
«Да,
— уверенно сказал бывший хайрен. —
Подумай. Какие-то возможности всегда есть».
«Ты из мёртвого ответ вытянешь,
— с досадой выдохнул дух. —
Хотя сам…
— Иррес осёкся и недоговорил. —
Я даже не знаю… Пока там безумные духи, делать в Хоёторе ему нечего. Их много, всех он не переборет, они его с лёгкостью задавят. Даже те, кто раньше ему симпатизировал».
«Но из-за чего-то же были гонения на чёрных медведей…»
«Да из-за ненависти, Наэш! Я понимаю, что ваша семейка без интриг жить не может, но у нас всё просто. Мы. Безумные. Злые. Духи. Которые ненавидят Истаридана и всё им созданное. Ну… почти всё,
— Иррес смешался. —
Лирка, вон, хорошенькая вышла».
Похоже, Иррес боялся, что теперь Лирка будет плохо к нему относиться и считать ужасным созданием. Ей на самом деле было жалко и правящую семью, которую уничтожил Иррес, и чёрных медведей, которые из-за гонений были вынуждены покинуть свои дома… Но всё это было таким глубоким прошлым, что ненавидеть Ирреса или хотя бы осуждать его она не могла. Сам Иррес был ей куда ближе. Да, она не могла одобрить то, что тогда произошло, но её сторона — это сторона Ирреса.
Мысли Лирки ободрили духа, он перестал нервничать и, наконец, задумался о том, чего от него хотел господин Наэш.
«Мы чёрных медведей ещё гнали потому, что атрибуты власти Хоётора пропали. Тогда среди населения единство ещё было и борьба за пустой трон тоже была. Но никто его удержать не мог. Крови правящей семьи нет, ни у кого нет перед остальными преимущества. Так и боролись, пока Хоётор на части не раздробился. Но до этого времени чёрных медведей и гнали из опасений, что среди них появится тот, у кого в руках окажутся атрибуты власти».
«Вот!»
— торжествующе воскликнул господин Наэш.
«Что „вот“?
— не понял Иррес. —
С тех времён несколько тысяч лет прошло. Сейчас всем не то что плевать на эти побрякушки. Про них никто не помнит!»
«Главное, что про них помнят те, у кого есть власть в руках,
— не согласился с ним господин Наэш. —
Они могут говорить что угодно, но всё равно в их глазах эти атрибуты будут иметь вес. Хотя бы потому, что простой народ, измученный бесконечными войнами, убедить куда проще в том, что наконец появился истинный правитель».
«Я вообще не понимаю, куда ты клонишь»,
— признался раздосадованный Иррес.
«Пока никуда. Но я пытаюсь собрать нити, из которых можно сплести что-то годное. Из одной ниточки ничего не выйдет, но если собрать несколько подходящих, то можно сплести крепкое полотно».
Иррес хотел было возрастить, но сравнение его зацепило, и он задумался.
«Нет, это дело прошлого,
— всё же сказал он. —
Слишком много воды утекло. Эти атрибуты власти стали просто драгоценными украшениями. Кто бы их ни нацепил на себя, он не будет иметь поддержки в нынешнем Хоёторе. Да даже если их хвыба наденет, наши только поржут и оставят как есть. Пусть красуется».
«Значит, нужен тот, кто будет иметь вес».
«Нет таких, Наэш! Нынешний Хоётор — это куча обособленных племён, у которых единая власть есть только в лице Главного Господина. И то, его не все и не всегда слушают. Даже если ставленник будет от него, власти у ставленника особо не будет. Ставленник от Истаридана же… Хе-хе-хе, Наэш. Над ним просто ржать будут».
«Уверен, у этой задачи есть решение,
— не сдавался господин Наэш. —
Хм-м-м… А если это будет другой бог?»
«Кто?
— изумился Иррес. —
Богам запрещено приходить на территорию Хоётора».
«Лазейки есть».
«Да было бы им интересно, давно бы пролезли! Не выдумывай».
«А Ваирак?»
Внутри воцарилось молчание.
«С его возможностями давно бы уже мог пролезть,
— всё же Иррес был не очень уверен. —
Вряд ли он собирается рисковать тем положением, что имеет сейчас».
«Сейчас он имеет такое положение, что может рискнуть»,
— не согласился с ним господин Наэш.
— Эй, я с тобой говорю!
Лирка вздрогнула и непонимающе посмотрела на раздражённую девицу, которая стояла перед ней и постукивала по столу. Точнее, не девицу, а барышню благородного происхождения. Не очень высокая, изящного сложения, с чёрными, слегка волнистыми волосами, одетая в изысканное платье нежно-лилового оттенка. Презрительно прищурив голубые глаза, она с негодованием смотрела на посмевшую игнорировать её магичку.
— Это ты — дана Лиркаа?