Страница 50 из 316
— Станцуем рету, — не стал привередничать хайнес и осторожно подступил ближе. — Нас же никто не видит, — искушающе прошептал он. — Только если вот эти мошки, — и весело посмотрел на летающие над их головами светящиеся точки.
— Нельзя, — неуверенно пробормотала женщина, — это танец невесты и же-жениха.
— Никто не видит нас, — повторил мужчина.
И Лирка поддалась. Шагнула вперёд, как зачарованная.
Она станцует с ним один раз, и он оставит её в покое. Да, именно так.
И, позволив этой мысли обмануть себя, она раскрыла объятия, обнимая мужчину за плечи и притягивая к себе.
«Как притягиваешь в свою жизнь»,
— воспоминанием прозвучал голос почтенного учителя танцев.
Лёгкая радостная улыбка появилась на губах Риша, и он сделал шаг навстречу и положил ладони на её талию. Мягко сжал пальцы, наслаждаясь этой хитростью выманенной близостью, и они медленно закружились на месте. Тихо и неспешно, как…
«… как возлюбленные, которые только узнают друг друга».
И тревога, сомнения и неуверенность вдруг исчезли. Мир исчез. Остался только мужчина напротив. И Лирка словно впервые видела его лицо и эту непривычно мягкую улыбку. А в его глазах увидела своё отражение. Он… смотрел на неё? Грудь захлестнуло удушающее удивление.
Он смотрел на неё. Лирка ощутила, как под этим взглядом с болезненным треском внутри просыпается что-то исконно женское, дремавшее в ней давным-давно, а может и вовсе никогда не просыпавшееся. Она с неожиданной остротой почувствовала, что на неё смотрит мужчина. Не похотливый заставник, не друг, не пугающий и напрягающий её поклонник, а тот в чьих глазах она была красивой женщиной.
И пальцы сами по плечам сдвинулись к шее и нежно огладили её сзади, зарываясь в завитки волос. От сжимающих талию ладоней по телу расползлось тепло. А у неё ведь красивая талия. Крепкая, гибкая. И бёдра упругие. И грудь высокая. И… Дыхание сбилось в груди. Она почувствовала себя такой красивой, манящей под этим взглядом. И когда Риш прикрыл глаза от её незамысловатой ласки, Лирка улыбнулась. Так легко и искренне, что, казалось, вся тяжесть прожитой жизни исчезла с её плеч. Она почувствовала себя лёгкой-лёгкой и ничуть не воспротивилась, когда мужчина слегка приподнял её и закружился, осторожно переступая по корням деревьев.
Наверное, то, что они танцевали, не было похоже на рету, но в медленном кружении для Лирки было куда больше радости и удовольствия. Ей чудилось, что она стала столь лёгкой, что может улететь. Тяжкий груз сомнений оставил её, напряжённость жизни исчезла, страхи если не истаяли, то спрятались на время. И эта свобода была такой непривычной, что Лирка чувствовала себя опьянённой.
— Нравится? — шёпотом спросил Риш.
Лирка медленно качнула головой, и улыбка мужчины стала шире.
— Танцуй со мной почаще, — попросил Риш. — У нас очень хорошо получается.
Да, у них прекрасно получается.
— Смотрите! — чужой восторженный голос был словно из другого мира. Лирка не хотела его слышать, но слышала. — Они рету танцуют? Значит, дана приняла предложение Сильнейшего?
Лирка обернулась так резко, что в шее хрустнуло, и уставилась на Вирьяра широко распахнутыми глазами.
— Это не рета! — сердито прошипела она и стрелой вылетела из объятий хайнеса.
Тот не стал удерживать её и выглядел искренне расстроенным. Его опечаленный вид тупым ножом резанул Лирку по самому сердцу, и она, всё ещё очарованная волшебством танца, замешкалась, но потом всё же развернулась и решительно потопала к Ирресу, уже не увидев, как печаль на лице хайнеса сменяется хитрой улыбкой.
Зато Иррес всё видел.
— У кое-кого сейчас морда треснет, — фыркнул он и закатил глаза к небу.