Печать Безумных. Белое и Чёрное

Глава 68

Дочь

Реакцию Узээриша на её положение Лирка смогла в полной мере оценить чуть позже, когда охрана сомкнулась вокруг неё плотным кольцом. И в первые она не почувствовала возмущение. Наоборот, ей стало чуть-чуть легче, потому что сейчас она хотела оказаться в уединённом и безопасном месте. Там, где ей и её положению ничто бы не угрожало. Всю ночь она крепко-крепко, без сновидений, спала в объятиях Риша. Но стоило ему встать и выйти из дома жреца, куда их пригласили на ночлег, и сон ушёл. Пришла тревога. Лирка боялась, что кто-то нападёт, что кто-то причинит ей вред, и она потеряет этих детей. Ей хотелось покинуть Хоётор и оказаться в безопасности. Шани внутри недовольно ревела и рисовала заманчивую картину тёмной и уютной берлоги, спрятанной глубоко в дремучей чаще вдали от чужих глаз. Хотелось прихватить с собой Ханёна и спрятаться в такой берлоге до самого рождения детей.

Но раз покинуть Хоётор пока было нельзя, то сойдёт и усиленная охрана. Сбегать или вести себя как-то столь же опрометчиво Лирка не собиралась и была готова просидеть взаперти до самого отбытия из Хоётора.

А задержаться пришлось.

— Вляпалось наше семейство по самые уши, — сказал Нарий, проходя в комнату под настороженно-испуганным взглядом хозяйки дома, молоденькой жены жреца по имени По-нари. — Мхян — жрец, ты тоже. Этот рыдающий бог цепляется за Лешиего так, словно тот ему отец родной. Ещё и Господин Ваирак припомнил, что Мхян его жрец, а ему в Хоёторе жрецы сейчас очень нужны, веру продвигать. Честное слово, думал, что Песчаный дух прямо у храма наваляет Господину Ваираку, когда тот сказал, что Мхян его. Мхян едва духа на месте удержал. А Ваирак ещё посмеивается и милостиво так: «Да ладно тебе, Рошшаад, на большую часть он твой жрец. Тут я на главенство не претендую».

Лирка нахмурилась. Осознав, что Иррес и господин Наэш остались с ней, пусть и таким своеобразным образом, она вновь могла волноваться за то, что происходит вокруг.

— Мхян сильно привязан? — спросила она.

— Не знаю, — честно ответил Нарий, потирая гладко выбритый подбородок. — Дух, его Господин, сильный. Он ночью хорошо так потрепал ту Госпожу. Она едва сама утащилась и сферы свои уволокла.

Внутри вроде бы зашевелилось злорадство, но оно быстро померкло и Лирке стало плевать на судьбу Идоары. Та и так была испорчена без возможности хоть как-то исправить всё сотворённое.

— Но сам Мхян к нему привязался. По правде сказать… — Нарий поморщился и всё же выдавил: — Ну, он даже трогательный, если не бесится. Только Мхяну нужно учиться, раз он, — тут голос вредителя по-братски посуровел, — показал такие впечатляющие способности к захвату позиций с помощью хитрости. Надо бы отправить его учиться в корпус при какой-нибудь миссии. Но сперва по наукам подтянуть, чтобы на фоне других недорослем не был. Я подумываю о дипломатическом корпусе, но виларий напирает на казначейский или подготовку высших военных чинов. Но зачем ему эти казначейства и военные? Тем более, как жрец Ваирака воинскую подготовку он всё равно проходить будет. Выйдет в отставку со службы и учиться. А то мозгов у него вон сколько, пусть учиться ими работать! — Нарий, будто с кем-то споря, последнее произнёс, как гвоздь в крышку вколотил. — Но и связи с Хоётором обрывать не стоит…

Лирка мрачно посмотрела на брата, и тот почему-то сразу вспомнил, кто глава семьи.

— Сама подумай, — Нарий тоже строго посмотрел на неё, — мы — семья без прошлого, без какого-то определённого будущего и без поддержки. Нам и опереться не на что. Но мы находимся под вниманием самого хайнеса и Вотых. Уже благодаря им постепенно, но поднимемся в обществе. Но, — мужчина закинул ногу на ногу, — наше положение будет твёрже, если мы не будем кому-то за него обязаны. Глупо терять то место, которые захватил Мхян. И те связи, которыми он по случаю обзавёлся. И, полагаю, он сам это понимает. Тут нашли тело жреца того духа, которого наша старая знакомая съела. Его тут знали, как папашу Мхяна. Так Мхян не дурак, вместе со своим «братцем» сейчас готовит его к похоронам, отдаёт последние почести как «сын». И местные уже считают его своим. Вон, даже невеста есть. Нет, я считаю, что мы должны здесь укрепиться. И виларий меня поддерживает. Остальные не то чтобы против… Сомневаются и опасаются.

Лирка тоже сомневалась. Но по другой причине. Доводы Нария она хорошо понимала и даже признавала их. Просто знала, какая роль будет отведена в Хоёторе для неё, как для жрицы вернувшегося Хозяина. Очень слабого Хозяина, которого пока поддерживал только Смотритель Леса. И, может быть, Двуликий. Лирка так и не поняла этого странного Господина. Сложно было думать о связи их семьи со страной, которая совсем недавно воевала против Салеи. Придётся ведь договариваться с недавними врагами. Риш, вероятно, сможет. Как сперва наследник, а потом правитель, он умел переступать через чувства в угоду миру. Она этого ещё не умела.

Но, похоже, придётся научиться.

— И с тобой и твоим новым статусом тоже нужно что-то решить, — взгляд Нария стал напряжённым.

Он ждал, что Лирка вскипит и пошлёт его куда подальше. Но она вела себя на удивление сдержанно. Похоже, недавняя потеря немного оглушила её. Он пока не напоминал, что вечером будут похороны не только «папаши» Мхяна. Подселенец тоже ожидал погребения.

— Я поговорил с Господином Ваираком.

Брови Лирки удивлённо приподнялись. Воистину, Нарий ни перед кем не стушуется, если ему что-то нужно!

— Он собирается развить здесь очень бурную деятельность. И готов поддержать Господина Истаридана. Союзников здесь у него всё равно нет, с чего-то начинать нужно. Он уже бросил кличь по своим жрецам, кто-то должен приехать сюда, чтобы собирать новую паству. Господин Руахаш пока не может остаться, но сквозь зубы признаёт, что вернуться придётся. Но если мы все уедем, то наше положение тут будет очень шатким. Нам нужно закрепиться и продержаться до того момента, когда сюда вернётся хотя господин Руахаш.

— Я не могу остаться, — сразу же сказала Лирка.

— Ну это очевидно, — с пониманием протянул Нарий, — тебя ждут дела в столице. Мне бы хотелось быть в это время рядом с тобой, но тебе придётся ограничиться поддержкой своих друзей, которые разбираются в мире высокородных. Я останусь здесь.

Женщина удивлённо посмотрела на него.