Страница 256 из 316
— Идоара воспользовалась тем, что в тебе зреют две жизни, и запихнула Ирреса и его друга в эти комочки плоти. Опять сковала их смертным телом.
Свет померк в глазах. Лирка сжала ладонь на своём животе и тяжело навалилась на духа. Кровь застучала в висках.
— Ах, тебе не стоило так волноваться, — как сквозь толщу воды донёсся до неё голос духа. — Это вредно в твоём положении.
— Но духи же не могут перерождаться, — слабым голосом напомнила она.
Услышанное никак не хотело укладываться в голове.
— А разве это перерождение? — удивился господин Исхедиар. — Перерождение — это когда душа уходит из тела, проходит через мир душ и возвращается в этот мир с новым рождением. В мир душ они так и не попали. Вообще Иррес после гибели смертной оболочки должен был освободиться и вновь стать духом. Но он так долго был сплетён со своим другом, что им нужно было время, чтобы расплестись.
— Подождите… — ужасное озарение посетило Лирку.
— И Идоара этим воспользовалась. Ей очень повезло, что рядом было сразу два готовых вместилища, в которые не успели прийти души. Сама-то она жизнь создавать не умеет, — господин Исхедиар продолжал беспечно болтать. — Так что она взяла Ирреса и его друга и, пока они были сплетены и уязвимы, разделила их на две равные части. И поместила в едва начавшие расти смертные тела.
«О, они ещё нескоро заговорят с тобой».
— Но зачем, зачем ей это? — Лирка никак не могла поверить.
Она уже успела убедить себя в лживой натуре Многоликой, и теперь разум отказывался верить в то, что та действительно выполнила уговор. Пусть и так своеобразно.
— Ну как же, — Исхедиар протянул это таким тоном, будто ответ был очевиден. — Она боится Ирреса. Ведь Иррес-дух значительно сильнее неё. А если он узнает о том, что она сотворила в прошлом? А это такая хорошая отсрочка. Пока он родится, пока проживёт смертную жизнь, пока освободится от оков смертного тела и опять станет духом… Времени достаточно, чтобы придумать что-то другое. Да и сил у него теперь будет в два раза меньше.
— Но почему? — Лирка не могла остановиться и щупала свой живот, пытаясь понять, правду ли говорит господин Исхедиар. Как же ей сейчас не хватало магии!
— Ну я же сказал. Идоара взяла их и разделила на две половины. Она не отделяла душу и духа. Она взяла что есть и разделила. Так что у Ирреса будет ещё один брат-дух.
Голова пошла кругом, и Лирка, закрыв лицо руками, горестно застонала:
— Боги, что я натворила⁈ Что я наделала⁈
— А разве ты сделала что-то плохое? — удивился дух.
— Из-за меня Иррес не смог освободиться! — в ужасе прошептала Лирка. — Из-за меня он теперь лишится половины силы. Из-за меня…
— А может оно и к лучшему?
— Что к лучшему⁈ — в отчаянии закричала Лирка. Но несмотря на ужас от содеянного, её распирала и радость. Правда, пока недоверчивая. — Что он опять будет смертным? Ещё и половины сил лишится?
— Но что плохого? — не понимал Исхедиар. — Ну лишится…
— Я не имела права так с ним поступать!
Крик взлетел над поверхностью реки. Бог дрогнул, но не пришёл в себя. Лирка, тяжело дыша, уставилась перед собой.
— Думаешь, он тебя осудит?
Она посмотрела на духа очумевшим взглядом.
— Вспомни, какие ошибки совершил он. Правда, думаешь, что он тебя осудит?
Повисла тишина, прерываемая лишь шумным дыханием.
— Ты отдала свою магию за то, чтобы они жили, верно? Ты сожалеешь об этой плате?
Нет! Именно сейчас она не сожалела о ней ни на каплю! Эта такая мелочь в сравнении с… остальным.
— Он получил шанс прожить вторую жизнь, — продолжил Исхедиар. — Шанс, который мало кому из бессмертных выпадает. Нынешняя жизнь у него не очень удалась. Так, может, теперь он проживёт хорошую жизнь? Получит счастливое детство с самыми настоящими родителями, которые всегда будут рядом, которые защитят, накажут, объяснят и помогут прожить эту жизнь правильно. Он сможет беспечно лазить по деревьям, рвать штаны, таскать зелёные яблоки, до слёз ругаться с братом, а потом с этими же слезами с ним мириться. Он сможет прожить новую жизнь без тягостных воспоминаний прошлого. А когда придёт время опять становиться духом, он будет уже укреплён любовью и поддержкой своих близких и рядом с ним будет стоять его брат, бывший ему другом в этой жизни. Разве это плохо?
Лирка слушала его затаив дыхание. Перед глазами проносились картины возможного детства двух юных сорванцов. Она вообразилась их белокурыми, как Ханёна. И такими же хулиганистыми. Сердце забилось медленнее, и ужас отступил.
— У него же будут хорошие родители, правда? — господин Исхедиар улыбнулся. — Уверен, ты сможешь рассказать ему обо всём, что когда-то произошло в его прошлой жизни, так, чтобы он смиренно принял эти ошибки. Чтобы, когда память вернётся к нему, это не стало для него неприятным сюрпризом. Уверен, ты постараешься, чтобы прошлое не ранило его так сильно, как могло бы. Ты сделаешь всё, чтобы эти дети прожили хорошую жизнь, так ведь?