Страница 205 из 316
Но в следующий миг из песка вышел ещё один мужчина, и сердце в груди Мхяна чуть не остановилось. Подсознательно он узнал его даже раньше, чем смог опознать глазами в заросшем щетиной лице знакомые черты. На Мхяна обрушилось облегчение такой силы, что на глазах выступили слёзы, и парень бросился к мужчине с полузадушенным:
— Учитель!
Руахаш нёсся за Виканом по коридорам древнего храма. Сердце колотилось в рёбра с такой силой, что это было больно. Он не смел поверить, боялся надеяться, что его малышка жива. Губы дрожали, волк нетерпеливо рвался вперёд, злясь на медлительность двуногого, и Руахашу чудился лёгкий, пока ещё молочный запах дочери.
— Они здесь… — Викан только и успел указать на дверь. Дожидаться предупреждения дядя не стал и ворвался внутрь. — Свои! — только и успел крикнуть запыхавшийся Викан.
Высочество, поражённая наглым вторжением, возмущённо встопорщила гребень, но Руахаш не видел её. Никого не видел. Видел только свою дочь и руки, её удерживающие.
Он буквально вырвал её из чужих рук и глухим рыком прижался носом к животу малышки, а затем отстранился и жадно осмотрел дочь. Та сморщила поцарапанный носик, скуксилась и наконец позволила себе расплакаться, жалуясь на свою горькую судьбу единственному, кто точно мог её защитить.
Обессиленный Руахаш рухнул на пол, прижимая к себе ребёнка, и расплылся в сумасшедшей улыбке, смаргивая слёзы радости.
А Викан уже нёсся назад, торопясь к ожидавшим только его путникам, готовым прямо сейчас отправиться в Рото-Ё.
И даже Леший больше не спорил.
Всё-таки в Рото-Ё теперь была не только невеста младшенького, но и почти вся их семья. Слишком долго они были в разлуке, пора воссоединиться.
Господин Земли не разрушил последний возведённым им город. Он песчаными бастионами оплетал позабытую и уже ненужную сферу. На миг его накрыла тень.
Одна из змеиных голов заглянула в пролом в потолке и негодующе зашипела, обнаружив изменения. Её ума не хватило, чтобы понять, какую угрозу несёт куча песка, и она метко плюнула на неё вязким ядом.
Плевок попал в самый центр сферы, разрушив постройки, и яд стремительно принялся переползать с песчинки на песчинку, пока не накрыл собой две трети шара.
Через четверть часа он начал твердеть, и вскоре сфера уже была покрыта твёрдой оболочкой, кое-где украшенной затейливыми домами и садами.