Страница 200 из 316
А-ара догадывалась, что именно попросит То-нии. Она подумала об этом ещё тогда, когда Господин говорил, что последователю, несущему его к новым воротам, полагается в награду исполнение одного желания и… Горячая волна нахлынула на голову. И защита Господина до самой смерти! Как она могла забыть! Господин должен защищать То-нии, он обязан её защищать!
— Да, мне есть что попросить.
То-нии положила руку на живот, и А-ара припомнила с какой тоской сестра смотрела каждый вечер на юг. Она никогда не говорила о своих терзаниях вслух, не мучила себя словами. Но в беспокойных снах иногда звала сына, оставленного в становище хуани-са.
— Я хочу, чтобы ты слышал мои мысли.
А-ара изумлённо вытаращилась на сестру.
Та смотрела на растерянного Господина с насмешливым самодовольством и явно не собиралась загадывать другое желание.
— Твои жалкие мысли? — дух непонимающе уставился на неё. — Какой в этом смысл?
— Я хочу, чтобы ты слышал мои мысли, — повторила То-нии. — Это моё желание. Больше я ничего не хочу.
— Ты всё же глупа, — презрительно фыркнул дух. — Иди сюда.
Позабыв о недавних страхах, он сам шагнул к То-нии и, крепко прихватив её за плечи, прижался холодными губами к её лбу. Женщина возмущённо распахнула рот и, отклонив голову назад, ударила духа лбом в лицо.
— Ах, ты мерзкая! — взвыл дух, отшатываясь и прикрывая рот ладонью. — Ты что творишь⁈
— Это ты что творишь, ничтожество⁈ — завопила побелевшая от злости То-нии.
— Я касался твоего разума, дурная! Строил связь с тем, что у тебя в голове катается!
— Настроил? — оскалилась женщина и, дождавшись кивка, зарычала: — Теперь держись подальше.
— Я должен исполнить только одно желание, — насмешливо искривил губы дух. Но злое веселье довольно быстро сменилось тревогой, и Господин закрутился на месте. — Что это… что это за знакомое ощущение? — растерянно забормотал он.
А затем вскинул голову и зашипел как кошка.
С неба спускался окружённый серыми завихрениями мужчина. Сердечко А-ары в очередной раз сражалось, в этот раз, истомлённое испытаниями, сжалось болезненно, даже дыхание перехватило. И ноги подкосились, когда она увидела выражение лица своего Господина. Тот посерел, губы его задрожали, а иглы зрачков почти исчезли.
Спускавшийся с неба не был другом.
Неужели их ждёт ещё один бой? А сколько этих боёв впереди? Сможет ли она всё это выдержать? А То-нии? Зачем им такая сложная судьба?
Добрый Руа-ха-ш придержал её и прошептал что-то успокаивающее, но А-ара смогла лишь слабо ему улыбнуться. Он ещё не понимал законы этой страны, где разговорами редко можно было что-то решить.
— Тебя поздравить, Расххеридан? — с улыбкой спросил незнакомец. — Слышал, ты полвека не мог выйти из мира бессмертных.
— Что тебе нужно? — голос Господина дрогнул. — Я не чинил тебе зла. И не знаю, где Истаридан.
А-ара с удивлением взглянула на него. Сейчас казалось, что Господин трезв рассудком.
— О, я здесь не из-за мелочных обид прошлого, — благодушно отмахнулся незнакомец, ступая на пятачок уцелевшей травы. — Семейные дела.
А-ара невольно сжалась. Она заподозрила, что красивые Господа самые страшные и опасные.
— Один из моих потомков умер и освободился от плоти на территории Хоётора.
— Его тронул не я! — тут же вскинулся Господин.
— Я знаю, — безмятежно отозвался незнакомец. — Но мой потомок всё ещё где-то здесь. Я хочу забрать его домой.
И Расххеридан оживился. Серость лица сменилась прежней белизной, зрачок нервно запульсировал в хрустальной радужке, и дух даже растянул губы в слабой улыбке.
— Что ж, я рад тебе, пока ты не чинишь тревогу мне и моему народу, — мягко пропел он. — А твоему потомку буду рад, даже если причинит тревогу. К детям стоит быть снисходительнее, верно? Он где-то рядом?
— Ох, я пока его не нашёл, — беспечно отозвался давний знакомый Господина. — Моих детей не так просто поймать. Здесь же я по чужому семейному делу.
С другой стороны Дома Духов бесшумно и безмолвно вынырнул дракон и сразу пошёл на посадку. А-ара прихватил покров, рвущийся с головы из-за поднятого ветра, а Господин сердито зашипел на ящера и, обхватив оторопевшую То-нии, отошёл в сторону, держа её навесу.
— Руахаш?
Дракон сложил крылья, и стало видно, что на его спине сидят двое мужчин. Один весьма стар, второй несколько моложе. Окликнутый Руахаш лишь чуть изумлённо приподнял брови, но будто бы не очень-то удивился.
— Фоший, похоже, мы прибыли в нужное место, — обрадовался господин Шерех. — Помоги-ка мне сползти. Ах, кости мои… Года уже не те.
— Ага, — вторил домоправитель, за руку придерживая спускавшегося консера. — По молодости-то и без крыльев летали. Помните, как с башни Черепа в реку сигали?
Господин Шерех наконец оказался на земле и, хромая, потопал к внуку.
— Где Миана и Мхян? — спросил он без приветствия.
— Пока не знаю, — отозвался мрачный Руахаш.
— Дитя, — озарило Расххеридана. — Они тоже здесь из-за девочки? Из-за одного крохотного ребёнка?
— Так ты уже знаешь? — порадовался Исхедиар.
Господин Шерех правильно оценил напряжённую, но дружественную обстановку и с широкой улыбкой повернулся к Расххеридану.
— Руахаш, ты представишь нас своему другу?
«Друг» покосился на улыбающегося Исхедиара, и глаз его нервно дёрнулся.
— Властитель этого города. Он милостиво обещал помочь с поисками.
Расххеридан бросил взгляд на жреца, и тот в ответ посмотрел весьма спокойно. За многие годы общения с богами Руахаш вынес главное: об обещанных благах всегда нужно напоминать.
Господин взглянул на Исхедиара и неожиданно расплылся в благодушной улыбке.
— Я взял власть в этом городе совсем недавно, ещё не знаю всего, что здесь произошло. Но готов помочь вам как можно скорее вернуть дитя в лоно семьи, — и проникновенно посмотрел на Исхедиара.
Казалось, в воздухе прозвенело: «Чтобы и ты убрался отсюда побыстрее».
И Исхедиар обладал воистину замечательной особенностью не слышать того, что не прозвучало. Чем-то заинтересовавшись, он шагнул ближе к Расххеридану, и тот, позабыв о своих опасениях, сердито зашипел и оттащил То-нии ещё дальше, будто боялся, что Командир Выжигающего полчища доберётся до неё.
— Не тронь, — Господин вообще задвинул оторопевшую То-нии за спину, — в ней зреет жизнь.
— Твоя? — поразился Исхедиар.
— Все жизнь здесь мои, — прищурился в ответ Расххеридан.