Страница 73 из 96
— Когда? — спросил он.
Бектемир пожал плечами
— Нам дадут знать. Имейте терпение. Бахчисарай — старый город, не любящий спешки.
Они снова уселись на подушки. Помолчали. Ахиллес с Бектемиром не хотели начинать разговор в присутствии офицера — всё-таки служебная выправка сидела в них крепко, да и сословное деление общества не располагала к свободной беседе между благородными и «погаными». Мирский всего этого не чувствовал и не понимал, поэтому занялся застёжкой на кобуре маузера, пытаясь сделать её не такой тугой и неподатливой.
— Ваше благородие, — обратился к нему Бектемир, когда пауза явно затянулась, — Что у вас в офицерской кают-компании говорят — когда война закончится?
— Скоро, — автоматически ответил Мирский, полностью погруженный в свои мысли и в текущий ремонт, — уже в следующем году. Как царя скинут, так и закончится…
Стало так тихо, что слышно стало жужжание мухи.
Мирский поднял глаза и увидел обалдевшие, круглые, как блюдца глаза отставных матросов
— Царя скинут? — переспросил татарин и закашлялся, поперхнувшись
— Ты понимаешь, что говоришь, крестник? — почти шепотом произнёс Ахиллес
— Да, а что? — удивился Мирский, ещё не понимая всей глубины своего падения.
— Ничего особенного, — усмехнулся яличник, — только ты себя только что военно-полевой суд нарисовал и нам каторгу. Статьи 263 и 270 Уложения про уголовные наказания нам после Очакова 10 лет в башку вбивали…
— Точно контуженный, — выдохнул Бектемир.
— А я что тебе говорил, — поддержал его Ахиллес.
— Простите, — только и смог вымолвить Мирский, наконец-то осознав, что ляпнул.(*)
Неловкость момента срезал резкий стук в дверь, от которого вздрогнули все трое, а Бектемир вскочил на ноги и затравленно оглянулся вокруг, словно ища запасной выход.
— Бектемир бей! — раздался звонкий подростковый голос, — ханум Айша просила передать, что она ждёт вас…
— Тьфу ты, шайтан! — с облегчением выдохнул татарин, — напугал то как! Пошли, ваше благородие, будем смотреть, ваша это невеста или нет…
* * *
(*)Ситуация сложилась серьёзной: за такие слова офицеру в военное время грозил расстрел, ибо царь, кроме прочего, в это время был ещё и главнокомандующим. Но даже если бы не дошло до крайних мер, всё равно наказание полагалось строгое:
В Российской империи действовали законы, защищавшие особу государя. В частности, «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» (1845 г.) содержало статьи (например, 263, 270), которые квалифицировали как преступление любой умысел свергнуть монарха, ограничить его власть или публично произнести дерзкие слова в его адрес. Когда началась Первая мировая война, законодательство дополнили: в 1914 году утвердили «Временное положение о военной цензуре», и в Уложение добавили статьи 275−2 и 1012−4. По статье 275−2 наказывали не только за разглашение военных тайн, но и за публичное возбуждение к прекращению войны — то есть за призывы, подрывающие моральный дух армии и государства в военное время. Виновному грозило заключение в тюрьме на срок от двух до восьми месяцев.
Дисциплинарные меры со стороны военного командования.
Даже если дело не доходило до уголовного суда, сам факт такого высказывания в армейской среде считался грубейшим нарушением. Командование могло инициировать внутреннее разбирательство. Последствия были суровыми: от строгого выговора и ареста на гауптвахте до увольнения со службы. Для офицера, чья карьера и статус напрямую зависели от доверия командования, это означало конец карьеры. Более того, в условиях войны, когда от сплочённости и лояльности командного состава зависела боеспособность частей, к таким сигналам относились с особой настороженностью.
Важный нюанс:
на практике всё зависело от обстоятельств. Если офицер в приватной беседе с близким товарищем выразил недовольство — это одно. А если он публично, на собрании или в присутствии подчинённых, призывал к свержению царя — это сразу переводило ситуацию в разряд серьёзного проступка, за которым почти наверняка последовало бы жёсткое взыскание.
* * *
Эта книга прошла через руки тех, кто сейчас держит небо над Донбассом.
Эксклюзивный тираж, подписанный бойцами-десантниками в зоне СВО.
На её страницах — не только авторский текст, но и почерк тех, кто прямо сейчас пишет историю своими руками.
Вы можете приобрести для себя кусочек этой истории, а мы на вырученные деньги сможем
1) Как и прошлый раз, купить нужную на фронте технику.
2) «Допилить» печать книги про Сталина, где на 300 страниц художественного текста приходится еще 350 страниц личных писем, заметок, речей генералиссимуса и генерального секретаря КПСС.
Приобретая книгу «Полное погружение», помогаешь фронту и сохранению исторической памяти!
Заявки принимаются здесь:
https://max.ru/join/VCSsdue9MzRdar0GOe-3BDUdlhLnTSmx2AZ0Ezz-HFU