Страница 31 из 96
Капитан среагировал мгновенно. Он рванул ручку на себя и влево, одновременно сбросив газ. Гидроплан задрал нос и послушно лёг на поплавок с левым креном. Машину тряхнуло, вода захлестнула крыло, горизонт встал на дыбы. Самолёт мгновенно сбросил скорость, нырнув в волны недалеко от незадачливого стрелка, потом нехотя выровнялся, выдернув крыло из морской пены, переходя в режим водного транспортного средства.
— Держись!.. — выдохнул капитан, отчаянно вертясь в кабине в поисках этой несносной девчонки.
Василису в это время тащило на глубину, рот и нос залила солёная до горечи вода, в глазах плавали разноцветные круги, уши заложило. Она пыталась всплыть, но намокший реглан тянул вниз, став тяжёлым, как рыцарские латы. Кожа рукавов одеревенела. «Спокойно, Вася. Без истерики…» — приказала она себе. Пальцы судорожно перебирали застёжки и пуговицы, расстегнуть которые никак не получалось.
На грани паники она схватила отвороты воротника и рванула их в разные стороны. Пуговицы вылетели с мясом, стало просторнее, и она выскользнула из кожаного савана. Тело само, на инстинктах рванулось вверх. Вася поплавком выскочила на поверхность, жадно хватая ртом воздух. Где-то совсем рядом взвыл мотор — капитан аккуратно подгонял гидроплан поближе, стараясь её не задеть.
— Руку! — рявкнул он командным голосом.
Василиса подняла ладонь. Сильные пальцы схватили её за запястье так, что хрустнули кости. Её потянули вверх тяжело, как мешок с мукой. Она упёрлась коленом в борт, рывок — и вот она уже валяется на мокром полу кабины, кашляя и смеясь от стресса и только сейчас осознавая смертельную опасность, которой едва избежала.
Капитан, не отпуская ручку управления, перегнулся через переборку и одной рукой встряхнул её, как котёнка. — Ты… — начал он и замолчал, выбирая между криком и вздохом облегчением.
Василиса подняла к нему мокрое лицо: — Мишени… я же… все… почти…
— Почти, — повторил он, и в этом слове было столько всего, что ей стало стыдно. — Ты мне закрыла видимость. Отстегнула страховку. Вылетела из кабины! Ты понимаешь, что спаслась только чудом? А если бы ты на такой скорости ударилась о крыло? О корпус? О поплавок? Если бы тебя рубануло пропеллером?
Она попробовала пожать плечами, но мышцы свело, а зубы предательски застучали, словно от холода. Капитан коротко выругался, скинул свою кожанку и накинул ей на плечи.
— Сиди и держись, — сказал он сердито. — Сейчас к причалу. А потом… поговорим.
Василиса кивнула, закутавшись в чужую тёплую кожу. Над головой печально смотрел в небо «Максим», пахнущий порохом и смазкой. Аэроплан, порыкивая, лёг курсом к пристани под аплодисменты ждущих на берегу — зрители не поняли разыгравшейся драмы и решили, что стали свидетелями демонстрации лихого мастерства по приводнению на полной скорости.
Когда мотор затих у пирса, капитан долго не выходил из кабины. Он смотрел на свои дрожащие руки. «Это чёрт знает что! — думал он, глядя на мокрую макушку неподвижно сидящей перед ним девушки. — Эксцентричная сумасбродка! Чокнутая авантюристка! Но три очереди — четыре мишени. Это факт! Это неопровержимый железобетонный факт! Никто у нас так не стреляет! А как сгруппировалась при падении! Такое мастерство надо тиражировать! А ещё она чертовски везучая! Просто заворожённая! Готовый амулет на удачу!».
— Знаете, сударыня, — хрипло произнёс он, — я поменял решение. Подлодку на абордаж мы брать не собирались. Но, посмотрев на вас, я передумал…
* * *
(*) Мотолыга — МТ-ЛБ — многоцелевой транспортёр-тягач лёгкий бронированный, в строю с 1964 года.
(**) Известно, что на более ранних моделях Григоровича (например, М-9) лётчики выполняли фигуры высшего пилотажа. Так, в конце 1915 года лейтенант Ян Нагурский впервые в мире выполнил на гидросамолёте М-9 две «мёртвые петли» подряд. Однако информация о конкретных фигурах пилотажа для М-15 в исторических материалах не отражена.
* * *
Повесть про другую, абсолютно реальную героическую женщину, разведчика во время Первой Мировой войны, Анну Ревельскую, я включил в третью книгу «Эпохи перемен» — 1917.
#173639
— в отличие от реальной истории, наш попаданец спасёт её от гибели… А начиналась история Анны вот так:
"Весной 1915 года до немецкого крупномасштабного наступления в Прибалтике под именем Клары Изельгоф она устроилась кондитером в портовом кафе в Либаве. С началом немецкой оккупации в город со своим штабом перебрался брат кайзера, гросс-адмирал Генри Прусский, а вместе с ним и толпа морских офицеров разных рангов. Моряки стали частыми гостями в кофейне на Шарлоттенштрассе, где подавали хороший кофе, французский коньяк и аппетитные воздушные пирожные.
Один из них — лейтенант фон Клаус — напросился на постой к хорошенькой кельнерше. Накормленный и размягченный женской заботой, он доверчиво проглотил легенду о скоропостижно сбежавшем во время германского наступления русском начальнике порта, забывшем у Клары свой кожаный саквояж.
Проявив любопытство, лейтенант обнаружил в портфеле карты минных заграждений на Балтике. Документы отправились в Германию, подверглись самой тщательной проверке в Главном штабе ВМС и были признаны подлинными. Липовые проходы в минных полях были нанесены на оперативные карты и выданы на корабли.
10 ноября 1916 года в прорыв по Балтике была отправлена десятая флотилия, состоявшая из десяти новейших немецких эсминцев типа S-53 и легкого крейсера прикрытия «Страсбург». В итоге назад на базу смогли вернуться только 4 корабля. За одну ночь, названную «ночью бесславия», немецкий флот потерял на российских минных заграждениях 7 новейших эсминцев — больше, чем во всех морских сражениях с Балтийским флотом. В тот же день Клара Изельгоф благополучно исчезла из Либавы…"