Страница 26 из 69
Глава 13. Дары мёртвого леса
Глава 13. Дары мёртвого леса
Грун явился без предупреждения.
Старый шаман редко покидал своё логово, которое находилось в подземельях замка. Его постоянным местом обитания было в сырых, пропитанных запахом трав и плесени катакомбах. Там он хранил свои амулеты, свитки и прочие магические артефакты. Если он поднимался наверх, да ещё и в тронный зал, да ещё и в неурочный час, то значит, случилось что-то действительно важное.
Гор'тах как раз заканчивал утренний приём. Скучное, но необходимое занятие: выслушивал жалобы старшин, разрешал споры о границах пастбищ, подписывал какие-то бумаги. Когда шаман возник в дверях, король сразу понял: день перестаёт быть скучным.
— Оставьте нас, — приказал он, и советники поспешно вышли, бросая на Груна любопытные и опасливые взгляды.
Старый орк прошёл через зал, опираясь на посох, и остановился перед троном. Его лицо, изрезанное ритуальными шрамами, было мрачнее обычного. В морщинах залегли тени, а обычно спокойные глаза горели тревогой.
— Нам нужно поговорить, — сказал он — О твоей нимфе.
Гор'тах напрягся. Он ждал, что кто-нибудь из советников снова поднимет эту тему. Но Грун это другое. Грун никогда не говорил просто так.
— Я слушаю.
Шаман помолчал, собираясь с мыслями.
— Ты заметил что-нибудь странное? — спросил он наконец — В последние дни. За пределами замка.
Король нахмурился. Он был занят, слишком занят, чтобы обращать внимание на то, что творится за стенами. Война с людьми, переезд нимфы, бессонные ночи, разбитые руки… Он почти не выходил из замка уже неделю.
— Говори прямо, — потребовал он.
— Земля умирает, — произнёс Грун, и эти слова упали в тишину зала, как камни — Я был у восточного леса вчера. Того самого, где охотники поймали её. Деревья чахнут. Листва желтеет, хотя сейчас не осень. Ручьи пересыхают. Птицы ушли все, до единой. Даже насекомые исчезли.
Он сделал паузу, давая королю осознать услышанное.
— Я прошёл дальше, на север, к Чёрному ущелью. Там всегда было мрачно, но теперь… Теперь там мёртвая зона. Трава не растёт. Мох осыпается с камней. Земля трескается, и из трещин не сочится влага, только пыль.
— При чём здесь нимфа? — спросил Гор'тах, хотя внутри у него уже всё похолодело.
— Нимфы не просто духи леса, — сказал Грун — Это не красивая легенда, не поэтический образ. Они часть экосистемы. Живой элемент природного баланса. Их магия не просто существует в мире, она питает его. Когда нимфа живёт в лесу, лес процветает. Когда нимфа умирает, лес скорбит. Но когда нимфу запирают…
Он осёкся.
— Что? — голос короля прозвучал глухо.
— Когда нимфу запирают, особенно в камне, особенно с браслетом, который блокирует магию, она становится… Как бы это объяснить… Чёрной дырой. Её природа требует обмена. Нимфа получает энергию от земли и возвращает её обратно, преумноженной. Это круговорот. Но если обмен заблокирован, она все равно продолжает тянуть. Бессознательно. Непрерывно. Как растение, которое высасывает из почвы все соки, но не даёт ничего взамен.
Гор'тах молчал. В его голове медленно складывалась страшная и неумолимая картина.
— Ты хочешь сказать, что она убивает мои земли?
— Она не виновата, — поспешно добавил шаман — Она не делает это намеренно. Это её природа, которую ты запер в каменной клетке. Это всё равно что перекрыть реку плотиной: вода найдёт выход. Или разрушит то, что её держит. В данном случае вода не может разрушить браслет, и поэтому разрушает всё вокруг.
Король поднялся с трона и подошёл к окну. За мутным стеклом простирались горы, покрытые серым, чахлым кустарником. Он всегда считал этот пейзаж суровым, но прекрасным. Теперь же, глядя на склоны, он вдруг заметил то, чего не замечал раньше: жёлтые проплешины на склонах, сухие русла ручьёв, странную, неестественную тишину.
— Как далеко это распространяется? — спросил он, не оборачиваясь.
— Пока на несколько миль вокруг замка. Но зона расширяется. Медленно, но неуклонно. Если ничего не изменится, к следующему лету пустоши начнут поглощать пастбища. К зиме, через год, поля. А потом…
— Что потом?
— Потом здесь будет мёртвая земля. Как в Эпоху Раздора. Как после Великой Войны Магов. Ничего не растёт. Ничего не живёт. Только камень и пыль.
Гор'тах опустил голову. Его перевязанные руки сжались в кулаки, и сквозь бинты снова проступила кровь. Раны ещё не зажили.
— Есть ли способ остановить это? — спросил он — Кроме как…
Он не закончил. Не смог.
— Кроме как отпустить её? — закончил за него Грун — Да. Есть. Но он не простой.
— Говори.
— Ей нужна связь с землёй. Живая. Постоянная. Она должна иметь возможность отдавать магию. Не через браслет, не через стены замка, а напрямую. Как дерево отдаёт плоды. Как река отдаёт воду морю. Пока она заперта, она только берёт. Нужно позволить ей давать.
— И как это сделать?
Грун помолчал, теребя амулет на груди.
— Есть ритуал. Древний. Я нашёл его в свитках Эпохи Раздора, что лежат в твоей библиотеке и которые ты, вероятно, никогда не открывал. Если провести его правильно, можно создать канал. Временный, но достаточный, чтобы сбросить напряжение. Нимфа сможет отдавать магию земле, и земля перестанет умирать.
— Что для этого нужно?
— Во-первых, вывести её из замка. Хотя бы на несколько часов. Она должна коснуться живой земли. Не камня, не кадки с деревом, а настоящей почвы. Во-вторых, браслет. Его нужно ослабить. Не снять, это пока невозможно, но временно приглушить. Я знаю заклинание, но оно рискованное. Если ошибиться, браслет может среагировать агрессивно.
— Насколько агрессивно?
— Она может пострадать.
Король резко развернулся.
— Нет.
— Гор'тах…
— Я сказал: нет. Я не буду рисковать её жизнью.
Грун долго смотрел на своего повелителя. В его старых глазах читалось сложное чувство. Смесь уважения, печали и лёгкого удивления.
— Ты изменился, — сказал он наконец — Раньше ты бы не колебался. Риск одной пленницы ради спасения королевства, ты бы счёл это приемлемой ценой.
— Раньше я был дураком.
— Ты был королём.
— Я и сейчас король. — Гор'тах выпрямился во весь рост — И я сказал: мы найдём другой способ. Без риска для неё.
Шаман поклонился.
— Как прикажешь. Но помни: времени мало. Я могу сдерживать распространение, но недолго. Месяц. Может быть, два. Потом будет поздно.
Он повернулся и направился к выходу. У двери задержался.