Роза пустыни

Дауд ощутил некий укол совести – он отсутствовал целый день и мог бы навестить ее хотя бы для того, чтобы узнать, как она чувствует себя. Ничего, этой ночью он наверстает упущенное. Взгляд мужчины прошелся по широкому ложу и остановился на скрюченной женской фигурке. Воин нахмурился, чувствуя холодок в душе.

Мужчина медленно опустился рядом с женой. Он думал, что она спит, но как только его лицо поравнялось с ее лицом, Дауд заметил, что Роксана уже проснулась. Тем лучше. Предвкушая их близость, мужчина притянул жену к себе, целуя ее сперва нежно, а затем требовательно. Его пальцы начали ловко стягивать с нее платье, но Роксана резко отстранилась от Дауда, прошептав:

– Не сегодня.

Ее тон показался мужчине обиженным. Он сжал челюсти, размышляя – неужели и его коснулась женская хитрость, и Роксана, недовольная его отсутствием, решила «наказать» его? Эта мысль была неприятна Дауду, но, как назойливое существо, засело в его голове.

– У тебя что-то случилось? – мужчина попытался проявить столь несвойственную ему дипломатию.

– Я хочу побыть одна, – обняв себя за плечи и закрывая глаза, отозвалась Роксана, в надежде, что Дауд просто ляжет спать.

Ей было столь плохо на душе, что она, истощенная, не могла нормально мыслить. Молодая женщина вздрогнула, когда муж приблизился к ней, обнимая ее одной рукой за тонкую талию.

– Как ты знаешь, Роксана, я – воин, и я не привык убегать от проблем, – проникновенно сообщил Дауд, другой рукой гладя жену по волосам. – Скажи мне.

Молодая женщина покраснела. С ней никогда так не говорили.

– У меня кровь, – краснея еще больше, прошептала она, поднимая на Дауда виноватый взгляд.

Он улыбнулся – по – доброму. Поцеловав ее в лоб, задал вопрос:

– Тебе очень больно?

И тогда Роксана разрыдалась. Слова Дауда – искренние, с настоящей заботой о ней, пробили стену непонимания. Молодая женщина не стала носить в себе переживания, а открылась любимому.

– Дауд! Одна из твоих наложниц сообщила мне, что ждет ребенка от тебя, – плача, начала она, – и мне так страшно, так больно…

Лицо мужчины окаменело от услышанной новости. Он прижал лицо Роксаны к своей груди, позволяя той выплакаться и выговориться.

– Я не знаю, что со мной происходит, но мне так больно, – произнесла она, – прости мне мою слабость.

Когда, наконец, Роксана успокоилась и уснула на груди Дауда, тот не торопился уснуть. Он размышлял. Убедившись, что жена спит крепким сном, воин покинул ее.

– И какой срок твоей беременности? – раздался холодный голос Дауда.

Блондинка подскочила на ноги, испуганно глядя на мужчину – тот бесцеремонно ворвался в шатер. Она не ожидала, что его жена проговорится ему. Обычно, такое скрывают как можно дольше. Наложница облизала губы и выдавила из себя:

– Четвертый месяц, мой господин. Вы одарили меня ребенком в ту самую ночь в Бактрии.

По фигуре Аннет невозможно было сказать – беременна та или нет.

– Как такое возможно, – начал вслух Дауд, – ведь тебя, как и других наложниц опаивают специальными травами?

– Не знаю, господин, – пожала плечами женщина, – наверное, судьба.

– Да, ты права, – задумчиво глядя на нее, согласился мужчина, – видимо, судьба.

Удивленная такой переменой в его голосе, Аннет расплылась в улыбке.

– Твоя судьба тоже предрешена, Аннет, – вновь изменив тон, начал Дауд, – ребенка я заберу себе, тебя отдам замуж по истечению времени. Дитя ты не увидишь, я найду ему кормилицу, а ты забудешь о нем.

– Как жестоко, – ужаснулась женщина, во все глаза, глядя на Дауда. Она – то ждала, что тот отреагирует совсем по-другому. Какой мужчина не обрадуется будущему наследнику, и не одарит его мать подарками и вниманием? Но Дауд был другим.

– Напротив, очень милостиво с моей стороны, – усмехнулся мужчина, – ребенок не будет тебе мешать. Жаль, что ты обременена им, ведь я хотел выдать тебя замуж за одного мужчину, его родина – Иберия. Как и твоя родина. Но теперь тебе придется задержаться. К этому моменту ему уже вряд ли будет уже нужна жена.

Аннет побледнела, а затем упала в ноги Дауду, и с ее губ сорвалось признание:

– Я солгала, мой господин. Простите меня. Не знаю, что нашло на меня…

Все надежды женщины, что ее ложь испортит мир между Роксаной и Даудом, растаяли, оставляя горькие последствия.

Он смотрел на нее холодным взглядом, полным презрения. Дауд резко отвернулся от Аннет, бросая той на ходу:

– Мы больше не увидимся.