Роза пустыни

Он вновь улыбнулся, ощущая жар, расползающийся по телу. Воин не верил, что все это – сбывшаяся мечта. Его не покидало чувство, что он находится во сне. Какое счастье, что это было не так. Дауд приобнял жену, с мучительным наслаждением ощущая под своими пальцами ее мягкое тело. Жар усиливался, вынуждая воина подключать всю свою выдержку, которая, казалось, вот-вот иссякнет.

Они прошли за праздничный, импровизированный стол, на котором были различные угощения – грозди винограда, груши и яблоки, куски жареного и вяленого мяса, источавшие пряный аромат специй, различная выпечка, обсыпанная кунжутными семечками… И хотя еда выглядела аппетитно, Роксана не смогла проглотить больше одного кусочка.

Она была взволнована. Только теперь молодая женщина поняла, что совсем скоро ей придется уединиться вместе с Даудом в его шатре. И хотя Роксана была уже не девственница, она была напугана предстоящим событием.

Она боялась разочаровать Дауда.

Никогда не получавшая удовольствия от супружеского долга, Роксана начала сомневаться в своей нормальной физиологии. Быть может, такова была справедливость и цена Свыше за ее красоту? Быть самой красивой, но не знавшей радости от близости? А что, если и Дауд сочтет ее холодной и…

Поток коварных мыслей вихрем закрутился в голове молодой жены, вызывая у той пульсирующую боль в висках. Она попыталась отогнать их, думая о том, как ой же Дауд красивый мужчина. Он сидел рядом с ней, на покрывале и медленно ел лепешку. Уловив взгляд жены, мужчина повернулся к Роксане.

У него перехватило дыхание от ее уязвленного взгляда. Он заметил страх в глубинах ее темных глаз. Чего она боялась? Дауд хотел, чтобы рядом с ним Роксана забыла о страхе. Мужчина ласково провел ладонью по ее точеной скуле. Роксана затрепетала, а ее полные губы дрогнули в несмелой улыбке.

Дауд ощутил невыносимо болезненное желание. Мужчина медленно поднялся на ноги, протягивая широкую ладонь жене. Та вздрогнула.

– Уже? – прошептала она, вкладывая дрожащие пальчики в его руку и наслаждаясь прикосновением его шершавой ладони.

– Да, – сохраняя невозмутимый вид, ответил Дауд, утягивая Роксану за собой.

Молодой женщине показалось, что сотни и сотни глаз устремились на них. Стало столь тихо, что, кажется, и ветер, на время, перестал дуть. Все замерло. Все остановилось. Только сердце билось громко и часто – словно пойманная птица.

На нетвердых ногах, под ободряющий взгляд Айсель, Роксана направилась с Даудом к широкому золотистому шатру. Она не знала, что этот шатер был сделан по специальному заказу предводителя – сам он довольствовался более скромным жилищем. Но мужчина хотел позаботиться о комфорте своей жены. Особенно в столь долгожданную, их первую брачную ночь.

Внутри царил приглушенный свет от двух небольших масляных ламп. Роксана, ведомая Даудом, успела разглядеть гору маленьких подушек возле стола, на котором стоял высокий кувшин. Она заметила так же и аккуратно разложенное оружие – сабли, кинжалы. Затем, ее взгляд уперся в брачное ложе – широкое, устланное золотистой парчой.

Молодая женщина ощутила, как подкашиваются у нее ноги. Она шумно вздохнула, и Дауд обернулся, вопрошающе глядя на жену. Он, не сводя с нее пылающего взора, начал демонстративно медленно раздеваться. С грохотом на пол полетела кольчуга, а за ней – праздничная темно – зеленая туника. Мужчина остался в одних шальварах.

Роксана уперлась взглядом в затянувшиеся от стрел раны тело мужа. Затем, ее взгляд заскользил по крепкому телу Дауда, по его плечам с ярко обозначенными мышцами, по его рукам. Как часто она мечтала оказаться в его руках, почувствовать его тепло!

Мужчина шагнул к жене. Бережными движениями он освободил ее голову от платка, а затем приступил к платью. Дауд ощутил, как напряглась Роксана, когда его пальцы коснулись ее обнажившейся спины. Он подался вперед и медленно, очень чувственно поцеловал то место спины, где только что была его рука.

Роксана, судорожно сглотнув, резко повернулась к мужу, тут же оказываясь в его объятиях.

– Я должна тебе кое-что сказать, – прошептала она, бледнея.

– Я бы предпочел не говорить, а действовать, – улыбнулся Дауд, – но раз ты просишь. Говори.

Молодая женщина стыдливо опустила взор, а затем произнесла:

– Я не совсем нормальная. Прости, что вспоминаю, но Саид считал меня холодной женщиной в постели. Я… совсем забыла об этом, пока не поняла, что нас ждет супружеский долг. Прости. Мне стоило сказать раньше.

Дауд сжал челюсти и приказал себе сдержаться. Он молчал, обнимая жену бережно.

– Прости, – повторила она, поднимая на него влажные, от подступивших слез, глаза, – ты злишься на меня, я это заслужила.

Дауд больше не смог терпеть. Он прижал Роксану к себе, обхватывая ее лицо ладонями так, чтобы женщина смотрела исключительно на него.

– Роксана, нас не будет ждать супружеский долг. Нам предстоит испытать нечто другое – познание друг друга и наслаждение от этого.

Он припал к ее губам в томительно – страстном поцелуе, затем скользнул языком в ее рот, пробуя его на вкус. Мужчина улыбнулся – его жена была сладка и притягательна. Нежными руками, Дауд снял с нее платье и подхватил Роксану на руки. Она затрепетала. Потому что с ней никогда еще в жизни так не обращались. Женщина обвила шею мужа руками. Воин медленно опустил ее на ложе, окидывая восхищенно – голодным взглядом ее обнаженное тело.

– Я научу тебя пылать от страсти и наслаждения, – с жаром произнес Дауд, нависая над Роксаной…