Страница 19 из 56
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Наконец, он разжал свои объятия и сделал шаг назад, отступая от Роксаны. Та покачнулась, удивленно глядя на Дауда. Он вытянул руки вперед, вновь хватая женщину за плечи, опасаясь, что та упадет. Но она не упала. А снова замерла, поднимая на Дауда взор печальных, темно-карих глаз. В них застыли боль и немой вопрос. Мужчина вновь убрал руки.
– Ты продолжаешь находиться под моим покровительством, Роксана. И вот тебе мой совет – когда твоя боль немного стихнет, подумай о своем замужестве. Хоть я и покровительствую тебе, признаюсь, как есть – моя жизнь полна сражений и смертей, и может в любой миг оборваться, поэтому отнесись к моим словам серьезно. Выбери себе достойного мужа.
Не давая ей ответить, Дауд резко отвернулся от женщины и стремительно покинул ее.
– Госпожа! – Айсель подбежала к Роксане. – Почему вы не сказали ему? Я ведь все вижу. Вижу, что вы неравнодушны к нему. Скажите – и мучения закончатся.
Роксана спрятала лицо в дрожащих ладонях.
– Я боюсь. Он стал другим, теперь Дауд – человек власти, а не простой воин. Я боюсь, если он отвергнет мои признания, это добьет меня, – она убрала руки от лица, – К тому же, я не могу иметь детей – и это веская причина. Дауд достоин того, чтобы иметь продолжение. Которое я, увы, не смогу ему дать.
Оставалось тридцать семь дней. Тридцать семь дней, после которых Роксана сможет выйти замуж. Дауд нахмурился, размышляя. Кто из его окружения достоин ее? Помимо Карима, то и дело намекавшего на свой интерес к женщине, в войске Дауда было, как минимум сотня мужчин, которые ждали его разрешения, что бы попытать счастливую судьбу. Пора выпустить птичку из клетки, дабы она смогла сделать выбор. Дауд усмехнулся над собственной, не свойственной ему поэтичностью. Но она и, правда, была похожа на прекрасную птицу. Да, решено, он попросит ее показаться на людях – пусть под его контролем хотя бы попытается общаться с потенциальными женихами. Не все такие плохие и негодные, каким был Саид.
Стоял солнечный денек, в этот раз прохладный, северо-восточный воздух разбавлял жару, делая прогулку приятной. И все же, несмотря на это, Роксана чувствовала себя отвратительно. Она понимала, почему Дауд в приказном тоне «попросил» ее гулять «отныне каждый день на людях». Все было банально. Мужчина твердо был намерен выдать ее замуж. И это осознание больно укололо женщину, подтверждая ее мысли, что его чувства к ней не имели ничего общего с тем, что она испытывала к Дауду.
Что ж, это лучше, чем лгать о любви. Роксана ценила его честность и была благодарна мужчине за это. И это не меняло ее чувств по отношению к Дауду.
Она надела просторные одежды – темно-вишневое платье и такого же цвета платок. Окинула задумчивым взглядом свое отражение – на нее смотрела грустная красавица. Ее сердце было преисполнено тоски. Роксана заставила себя улыбнуться – улыбка показалась ей вымученной.
– Госпожа? – Айсель протянула на раскрытых ладонях золотые браслеты. Роксана отмахнулась от них со словами:
– Спасибо, не нужно. Пойдем, Айсель.
Служанка обреченно вздохнула. Она видела печаль Роксаны и не знала, как ей помочь.
Они, минуя городские сад и площадь, вышли к южным стенам города – возле них был посажен миндаль и грецкий орех, а так же абрикосовые и персиковые деревья, образуя, таким образом, длинную аллею. Она, изгибаясь, простиралась до самой восточной стены. Сама дорожка была выложена овальными, белоснежными камушками. Когда Роксана вместе со служанкой подошла к аллее, женщина заметила ожидавших ее мужчин. С болью в сердце она увидела Дауда в компании Карима. Если первый мужчина сохранял непроницаемое равнодушие, то лицо второго выражало радость и восторг. Темные глаза Карима заблестели, когда Роксана несмело приблизилась к ним.
Дауд кивнул головой, приветствуя женщину. Он, не задерживая на ее нежном лице взгляда, посмотрел на Карима – тот широко улыбнулся и сделал шаг навстречу к Роксане.
– Роксана, благодарю вас, что нашли время на прогулку, – галантно произнес он.
Дауд сдержал усмешку – слова Карима источали сладость и лесть. Это было чуждо воину, но судя по Роксане, которая вежливо улыбнулась наместнику правителя, ей это было по нраву. Тем лучше. Дауд пропустил Карима и молодую женщину с ее служанкой вперед, а сам пошел в нескольких шагах позади них. Он шел, погруженный в собственные мысли, но его внимание, то и дело отвлекалось на мелодичный, чрезвычайно женственный голос Роксаны.
– Вам нравится эта часть Бактрии? – начал Карим, как только они начали прогулку.
– Да, здесь красиво. Обилие цветов радует глаза, – отозвалась Роксана. Она шла неспешно, и Кариму приходилось подстраиваться под ее шаг.
– А что еще могло бы порадовать ваши прекрасные глаза? – мужчина заглянул в ее лицо, любуясь совершенной красотой Роксаны – вблизи она была еще прекраснее.
Женщина чуть нахмурилась, размышляя над вопросом. Она не могла не заметить, как на нее смотрит Карим, но Роксана заметила еще кое-что. Вернее, ощутила. Ее спина покалывала от пронзительного взгляда шедшего позади Дауда. Как бы она хотела сейчас обернуться и посмотреть ему в глаза! Но не могла. Это было слишком дерзким поступком.
– Я не знаю, пока у меня есть все для радости, – наконец, смогла ответить красавица.
– Тогда почему вы так несчастливы, Роксана? – проницательно заметил Карим, и молодая женщина отвела взор в сторону. Ей стало неловко от его вопроса. Она – то думала, что ее грусть видна лишь ей одной.
– Я… не могу ответить на этот вопрос, – Роксана посмотрела задумчивым взглядом на темноволосого мужчину – тот качнул головой, а затем продолжил беседу:
– Быть может, это звучит неожиданно, но я посмею сказать это. Роксана, ваша красота пленила меня. Я хочу, чтобы вы стали моей женой.
Молодая женщина испуганно отвернула лицо. Она действительно не ожидала такого напора со стороны Карима. Чуть успокоившись, Роксана произнесла негромко:
– Разве Дауд не сообщил вам о моем изъяне? Я не могу иметь детей.
– Говорил, – Карим вежливо улыбнулся, – но это не имеет значения для меня. У меня уже есть дети. К тому же, беременность иногда может усложнять общение с прекрасной женщиной. А я бы не хотел этого. Так что ваш изъян – на самом деле подарок для меня.