Страница 91 из 97
45
Восьмое правило
– Я тебя ждал, Смерть, ждал слишком долго, но… Наверное, могу подождать еще минуту, – сказал Джек и повернулся к Икс.
Она не знала, что сказать. Вдруг Морриган на нее накинулась, громко крича:
– Я думала, ты умерла!
Сложно было сказать, радуется Морриган или злится. Наверное, она и сама этого не знала.
– Как ты выжила, когда Мелла сломала твой Замок души? – спросил Олли, едва дыша от волнения.
– Похоже, у тебя еще много секретов, – шутливо произнес Темпест и потрепал Икс по волосам.
– Замок был поддельный, – объяснила Икс. – Капитан Кел мне его дал, чтобы я могла вступить в Орден Света, но до этого я много лет гуляла по Лабиринту без всякого замка.
Тут послышался знакомый низкий голос:
– Все еще хочется разобраться в том, как тебе это удается.
Капитан Кел подошел к ним, прихрамывая. В руке он держал плащ Меллы. Ему удалось уберечь все запечатанные в нем души от Двери Смерти. Икс коснулась одной из ценных заплаток, и на глаза у нее набежали слезы. Может, они наконец спасут ее отца?
Прозрачная рука Джека замерла над плащом. Теперь он выглядел совсем не страшным, а очень добрым… И печальным.
– Мне жаль, что мы с моей сестрой принесли всем столько горя, – сказал он.
– Она точно пропала навсегда? – уточнила Морриган.
– Да, – ответил Джек с грустной улыбкой. – Из-за той двери не возвращаются.
– Что с ней станет? Почему дверь ее забрала, если она не мертва? – спросила Икс.
– Пожалуй, лучше мне на это ответить.
Смерть скользнула к ним, высокая, даже выше капитана Кела. Морриган нервно отшатнулась и врезалась в Темпеста. Кожу Икс защипало, как всегда при Скорбях, но в то же время она ощутила странную связь со Смертью. Было что-то знакомое в этой фигуре в шапероне, в том, как она наклонилась к ней… Как будто они уже встречались раньше.
Голос Смерти шелестел, как листья на ветру, но больше не был хриплым и пугающим, как в то время, когда она была запечатана в Пожирателе памяти.
– Элисон Мелла обрекла свою душу, нарушив восьмое правило.
– Восьмое правило? – повторил Олли, и в то же время Темпест сказал:
– Я думал, их всего семь.
– Какое оно? – тихо спросила Икс.
– Не похищайте души у Пожинательницы. После того как душа человека перешла Смерти, вернуть ее уже нельзя.
Икс тут же поняла, почему основатели Ордена Света скрыли это правило. Сама возможность вернуть любимого человека звучала слишком заманчиво.
Джек погладил крестик на плаще Меллы.
– Сестра не могла принять того, что я умер. Она пришла в Лабиринт, готовая сразиться со Смертью и забрать мою душу, но не нашла Пожинательницу. Элисон совсем этого не ожидала, но она всегда умело обращалась со своим Тенегоном, и наша с ней связь, как близнецов, всегда была сильной. Она сшила наши души вместе, тем самым похитив меня у Смерти.
– Душа Джека не прошла через Дверь Смерти, восьмое правило было нарушено, а с ним и баланс Междумирья, – объяснила Смерть. – Меня долгое время не было, но я вернулась в Лабиринт, чтобы найти душу Джека и все исправить.
– И что пошло не так? – спросила Морриган.
Джек виновато опустил взгляд:
– Моя сестра понимала, что не победит Смерть в честном бою, поэтому она подготовила ловушку. Элисон подозревала, что Смерть сбежит из любой клетки, пока ее воспоминания при ней, и поэтому она втайне подкармливала Пожирателя памяти, чтобы тот вырос до невероятных размеров и мог поглотить даже Скорбь. А потом использовала меня как наживку.
– Я совсем не ожидала, что человек может представлять для меня угрозу, – призналась Смерть. – Мелла выпустила Пожирателя памяти в моих владениях, и он поглотил меня целиком, со всеми воспоминаниями, со всеми мыслями. Не осознавая, что происходит, я выскользнула в Явомирье, где Пожиратель памяти нападал на всех подряд…
– Так это были вы в Тумансмуте, – потрясенно произнес капитан Кел. – Столько лет я искал Пожинательницу душ, пытался наладить баланс в Лабиринте… А вы были совсем рядом, под нашей крепостью.
– Я хотел исправить то, что натворила моя сестра, – сказал Джек, – но успел сорвать всего несколько швов с Пожирателя памяти, прежде чем потерял собственные воспоминания. Я забыл о том, кто такой Джекор Мелла, о том, что был человеком. Много лет я бродил по владениям Смерти без возможности уйти, покинуть этот мир. Со временем Лабиринт исказился настолько, что я сумел выбраться на территории других Скорбей. Одиночество терзало меня подобно голоду. Тогда я начал поглощать Кошмаров, преображать себя по их подобию и сам превратился в чудовище.
Джек посмотрел на Икс:
– Ты напомнила мне о том, кто я на самом деле. Теперь, когда моя сестра прошла через Дверь Смерти, ничто не удерживает меня в Лабиринте. Я свободен. Спасибо тебе, Икс Таттерфол. Позволь и мне сделать хоть что-то, прежде чем я уйду.
Он занес руку над плащом Меллы, и нити начали постепенно расходиться. Олли вздохнул с облегчением, когда его заплатка сошла. Постепенно они все отделились от ткани, и в воздухе зажглись шары света, сиявшие намного ярче любого пламени Светлосна, что Икс доводилось видеть. Души, плененные Меллой, вышли на свободу.
Они замерцали, окружая Икс и танцуя в воздухе, как блуждающие огоньки. Один из них пролетел прямо над головой Морриган, но постепенно они начали ускользать и растворяться во тьме Лабиринта подобно светлячкам.
– Что происходит? – спросил Олли.
– Они вернутся в свои тела, и люди проснутся, – ответил Джек. – И ты тоже, когда вернешься домой. А теперь пора и мне. Давно пора.
Пожинательница душ подняла руку, указывая на дверь. Та открылась со скрипом.
– Спасибо, – сказал Джек, заходя в Дверь Смерти. Он становился все прозрачнее, а потом вовсе пропал из вида.
Мысли спутались в голове у Икс. Она до сих пор не понимала одного.
– Почему вы пропали из Лабиринта в самом начале? – спросила она у Смерти. – Если бы вы были там и помешали Мелле пришить душу Джека, ничего этого не случилось бы.
– Ты права, – согласилась Смерть. – И ты больше всех на свете заслуживаешь ответа. Видишь ли, несмотря на то что я – одна из Скорбей, мое сердце полюбило обычного человека.
Смерть подняла шаперон, и Икс увидела ее лицо. Смуглую кожу, длинные черные волосы и глаза, темнее которых Икс еще никогда не видела.
– Двенадцать лет назад у меня родилось дитя, – сказала Смерть.
Морриган и Олли ахнули. Даже Темпест сдавленно крякнул.