Темный Владыка

ГЛАВА 17. ДЕМОН

Восемь некромантов, Констанция и демоны под руководством Дагона ждали их у ворот. Сой’ле держал Хинтару за руку. Рядом шли Стоун и Амаль, которые вызвались их проводить.

С каждым шагом беспокойство нарастало. Сердце колотилось, дыхание сбивалось, но сдаться права она не имела. Отпустить мужа одного в какой-то Грайларкан! Та же Констанция сразу заявила Стоуну, что как связная она отправится с той группой, в которой будет Дагон.

У ног Шелби крутилась Притта, и у Сой’ле возник закономерный вопрос:

— Собака с нами полетит?

— Естественно. Я без нее никуда. И нежить она чует за версту. Можешь взять ее в лапы.

Хейвен был интересным мужчиной. Яркие зеленые глаза, смуглая кожа, густые темные волосы, спадающие прядями на лоб.. Эффектно, бесспорно, но суть - в другом. В серьезном задумчивом взгляде, в умении молчать и слушать, не тянуть одеяло на себя. В трепете, с которым он относился к Притте.

— Шелби, твою псину там сожрут, - заметил Стоун. - Говорил же тебе, что живой питомец не пара некроманту. Но кого волнует мое мнение!

— Притта - не питомец, - парировал Хейвен. - Она такой же член группы, как и я. Сой’ле, ты готов? Выдвигаемся? Есть предпочтения по.. Рассадке?

Амаль хихикнула, а вот Хинтаре было не до смеха. Ее терзала тревога.

— Дагон первый, за ним моя жена. Дальше как хотите. Предупреждаю сразу: приятным взлет не будет. Не получится толкового разгона. Так что держитесь крепче, а Притта пусть в завесе постоит. Взлетим, и я ее подберу.

Шелби склонился к собаке и что-то шепнул ей на ухо. Хинтара чмокнула в макушку Амаль:

— Будь лапочкой и не доводи ректора Стоуна. Мы скоро вернемся.

Беда пришла откуда не ждали. Вязаный свитер с мужского плеча мешком болтался на тощей фигурке. Свободные брюки держались на честном слове.. Волосы Ита’эль заплела в косу, и хоть руки ее и были скованы цепями, владычица неба, грома и молний каким-то образом умудрилась выбраться из своей «темницы».

— Этого нам только не хватало! - ужаснулся Стоун. - Кто ее выпустил?

— Я, - ответил Шелби. - Она маг, как ни крути. Сильный маг. Толку от нее, когда она в комнате торчит? Раз уж заварила эту кашу, так пусть отдувается наравне со всеми.

— Золотая, - Ита’эль потрясла цепями. - Сними. Братом клянусь, я никому не причиню вреда.

Аж братом? А это что-то новенькое. Ин’арэном эта негодяйка дорожила.

— Сниму. Если твоя помощь будет нам необходима. Лететь ты можешь и в цепях. С Приттой. В лапах.

В глазах богини сверкнул нешуточный испуг:

— Я? В лапах?

Сой’ле беззвучно выругался и вышел за ворота. Хинтара поспешила за ним, бросив, пренебрежительно:

— Ты. В лапах.

Возражений не последовало, что для такой скандалистки, как Ита’эль, было совершенно не свойственно. И какая муха ее укусила? Топала молча, понурив голову. Не ругалась, не спорила, не сыпала проклятиями. Еще и коса эта забавная, свитер, безразмерный.. Не божество, а самая обыкновенная девчонка, которая зажала нос рукой, стоило им войти в завесу:

— Ой, фу!

— Что такое? Запашок тебе не по душе? - съязвила Хинтара, забираясь по крылу. - Может, оставим ее здесь? Чтобы прониклась.

Дракон довольно заурчал. Идея ему явно понравилась. Как и Шелби, который устроился у Хинтары за спиной:

— А вы кровожадная личность, госпожа богиня! Я сражен наповал.

— Хейвен! Совесть имей! - выплюнул Дагон. - Ты флиртуешь с женщиной, сидя верхом на ее муже!

Шелби мягко рассмеялся:

— И в мыслях не было! Чужие жены для меня табу!

Мощнейший толчок задних лап подбросил в воздух массивное тело зверя. Молоденькая некромантка из Сильвенара, чье имя Хинтара узнать не успела, закричала. Шелби разразился колоритной бранью. Лишь Дагон чувствовал себя в своей тарелке. Он и за шип-то не держался. И щит добротный развернул, укрыв их от грифонов, которые летели к ним со всех сторон. Сой’ле сделал круг у стен Акрай’шиссэ и спикировал вниз, подхватив Притту, спокойную как удав, а с ней и богиню. Ита’эль удивила. Смолчала и покарать никого не грозилась!

До Грайларкана они добирались целую вечность. У Хинтары затекло все, что только способно было затечь. Руки и ноги стали ватными. Плечи свело, заболела спина.

Заброшенный город топей доверия не внушал. Покосившиеся домики, развалины дворцов и храмов. Разбитые витрины магазинчиков, покрытые слоем пепла.. В окружении болот и обугленных стволов поваленных деревьев, меж которых, редкими просветами, проглядывали мелкие участки сухого грунта.

Клочок твердой почвы, пригодный для приземления, все же нашелся. Сой’ле сел в Грайларкане. На пустынной площади, где когда-то кипела жизнь.

— Дом, милый дом. В какую же дыру ты превратился, - Констанция была чернее тучи. - Думаю, наш круг призыва находится на востоке от города. В деревне Эльк. Она давно сгорела, но несколько домов там уцелело. Не на болотах же они руны чертили.

— И сколько нам идти до этой деревни? - Шелби с хрустом потянулся, разминаясь после полета. - Видел я какие-то избы в лесу. Но это далеко.

— Часа три. Если никого в трясину не затянет, - припечатала вампирша и вдруг замерла, сморщив носик. - В городе кто-то есть! Кровью пахнет.

— Нежить? - предположила Ита’эль. - Или кто-то, кого она слопала.

— Какая, к бесам, нежить! Демон.. Мужчина. Чистокровный. Совсем рядом. Он ранен. Серьезно и давно. Где-то я уже сталкивалась с этим запахом.. А ну-ка за мной.

Констанция сорвалась на бег. И модные сапоги на каблучках ей совсем не мешали нестись по узким улочками Грайларкана с такой скоростью, что Дагон едва за ней поспевал! Что уж говорить о Хинтаре, которая запыхалась на третьем повороте.

— Там! Он там! - ноготок, покрытый красным лаком, указал на обшарпанную дверь разрушенного храма, построенного в честь Накиры. - Помогите же ему! Я не могу! Возьму и отобедаю им ненароком! Столько крови..

Дагон эту рухлядь, на которой болтался замок, выдрал с петлями и окаменел:

— Сархан? Точно. Сархан. Он живой?

Светлые короткие волосы, нос с горбинкой, роскошный камзол.. И реки крови. Мужчина лежал на полу. Измученный, истерзанный, прикованный к стене цепями. Хинтара отвернулась. Не могла смотреть на его раны.