Простые сложности

Заходим домой, я в пятиминутный душ, а затем сразу на кухню, чтоб Даша отдохнула. За ужин сегодня отвечаю я. Моя русалка приходит тоже после душа вся такая домашняя и такая красивая в длинном шелковом пеньюаре с кружевами по краям, что фантазия сама дорисовывает то, что находится под ним. Я с восхищением смотрю на нее на протяжении всего нашего ужина, прошедшего в легких и немного рабоче-врачебных разговорах. Постепенно мы сворачиваем к очередному разговору о Дашином здоровье. Точнее, я сворачиваю, будто, я один в нем заинтересован.

– Ласточка, ну, ты же сама врач. Ты понимаешь необходимость этой операции, - пытаюсь снова убедить ее.

– Понимаю. Но делать не буду, - безапелляционно заявляет она.

– Да почему?! - не сдерживаюсь я.

– Просто, не буду.

– Скажи, Дашуль, - упрашиваю ее. - Боишься? Не переносишь анестезию? Милая, что?

– Валер, - только хотела мне что-то объяснить, как во входной двери щелкает замок и мы синхронно оборачиваемся в сторону коридора.

– Ма, я дома! - кричит Андрей, по звукам его голоса понятно, что он приближается к нам.

– Давай, поужинай, - говорит Дашка, когда он появляется в проеме кухни. Дарья встает, видимо, чтобы поухаживать за сыном.

– Ух ты! Ма, я сам, - надавливает ей на плечо, вынуждая ее сесть обратно. Самостоятельный.

Мы с ним почти синхронно и молча тянем руки для рукопожатия. Андрей ужинает с нами, а я завожу разговор, чтобы поближе его узнать.

– Каким спортом занимаешься?

– Сейчас только греко-римской борьбой, - довольно миролюбиво сообщает он.

Даша смотрит на нас с осторожностью. Следит. Контролирует. Отпускай уже свой контроль, малышка! Мы взрослые, мы разберемся.

– А раньше?

– А раньше я еще на мотокросс ходил.

– Бросил?

– Вынужденно, - отвечает сын.

– Что вынудило?

– Мы не вывезли финансово, - отвечает мне, как взрослый. - Это дорогой вид спорта, - также, по-взрослому поясняет.

– Понял, - отмечаю себе и смотрю на Дашу. Она мнется, ей неприятно, что увлечения ребенка не смогла поддержать. Ну, малинка, значит, я поддержу. - Ты там права получил?

– Ну, да. Нас там тренер любым транспортом учил управлять. Если б возраст позволял, то сдал бы давно на категорию «В» и «С», - пацан самостоятельный и рассуждает по-взрослому. Такое нечасто встретишь. - Ладно, - встает он из-за стола. Уже поужинал. - С вами весело, но меня ждут, - улыбается. - Приду утром.

Андрей уходит, предварительно убрав за собой. Хороший парень, Дашка его демонизирует. Ну, может, как и всякая мать.

– Ма, я возьму машину, - доносится из коридора, отнюдь не в вопросительной интонации, а в утвердительной и слышен характерный звон автомобильного брелока.

– Нет! - вскакивает моя птичка, намереваясь пойти его остановить.

– Ягодка, присядь. Я сам, - целую в лоб и присаживаю ее, чуть налегая руками на плечи.

Я иду в коридор, Андрей еще не ушел, возится с кроссовками, но когда я вхожу уже собирается ретироваться.

– Андрей, стой! - торможу его взглядом, а он стоит, смотрит на меня ощетинившись.

– Чего? - грубит.

– Мамину машину не бери. Женская она, - отвечаю ему, а сам лезу в свой карман пиджака за своими ключами. - Мою возьми, - протягиваю ему ключ, жестом показывая, что мы меняемся.

– Даешь мне свою машину? - удивляется пацан.

– Даю, - пожимаю плечами так, что понятно, я не вижу здесь ничего сверхъестественного.

– У меня прав нет, - будто, уже сам отговаривает меня от этой затеи.

– Есть права, просто категория другая, но правила-то ты знаешь?

– Знаю.

– С вождением, значит, тоже разберешься. Если остановят или проблемы какие-то, мне звони, - жестом прошу его телефон. Отдает. Набираю ему свой номер и делаю дозвон себе. - Черный Крузак 088, стоит рядом с маминым Равчиком, - на лице парня появляется искренняя улыбка. - Девок в салоне не трахать! - придаю голосу строгости. - Если мама потом найдет подобные улики, голову мне оторвет, - предупреждаю его.

– Мама точно оторвет, - смеется он.

– Вот и не подставляй меня, - он крепче ухватывает ключи и уже готов вылететь из квартиры. - Подожди, - снова его останавливаю, вытаскиваю из пиджака бумажник, отсчитываю четыре самые крупные купюры и протягиваю Андрею.

– Не надо. У меня есть, - чуть кривится он. Мужика, все-таки, растит моя птичка. Как только справляется?

– Заправишься, Андрей. Это не Равчик, бензин жрет только успевай заливать, - объясняю ему.

На сдачу погуляет. Ну, или может, мою Дашку будет меньше дергать своим неизбежным «Мам, дай». Я отпускаю сына своей женщины, закрываю за ним дверь и возвращаюсь на кухню.

– Валер, это не тот метод воспитания, который уместен для Андрея, - она конечно все слышала, но я ей благодарен за то, что не влезала.

– Ласточка, парню нужно доверять. Сейчас у него возраст такой, что он нуждается в этом, как никогда, - поджимает губы, вероятно, согласна со мной. А я ее ближе за талию притягиваю, обнимаю.

– Разобьет твою двухсотку, я ни копейки тебе не верну, - злится моя фурия.

– Мне ничего не нужно возвращать. Я в состоянии решить и такое.

– И из КПЗ тоже поедешь его сам забирать, - никак не успокаивается Даша.

– Птичка, я все решу, расслабься, - целую ее шею, она от неожиданности так мило трясется. Но мою голову к себе прижимает, соскучилась моя девочка.

Я обнимаю свою ласковую и нежную женщину, которая ведет себя со мной слишком отлично от вчерашнего вечера. Будто, теперь очень мне доверяет. Княгиня моя только и успевает подставлять под мои губы свои самые нежные места. Обнимает нежно, отбрасывая контроль. Вот этого я и добиваюсь. Доверия моей птички. Сброса контроля. Ее натурально трясет. Я в поцелуях сладкого тела, развожу полы ее халатика и сбрасываю с плеч, обнажая для себя самую красивую картинку, на которую не могу насмотреться, оторвавшись от ее нежных губ. Ладошкой проскальзываю к ней между ног, которые она скрестила и улыбаюсь тому, что она уже течет. Стояла, отчитывала меня, а в то же самое время текла и хотела. Однозначно, моя женщина. Подсаживаю ее на уже свободный стол и не медля больше ни минуты, спускаю джинсы и вхожу в нее на всю длину так, что слышно только ее Ахи и Охи.

– Русалка, нежная моя! - я сам задыхаюсь от нахлынувших эмоций.

– Ммм, да, - стонет моя ласковая. Моя награда за терпение.