Каникулы археологов

Глава 17

Капитон Маркович и подумать не мог, что ведьмаки — нечисть презренная и бездуховная — такие смекалистые и гораздые до всякой механики. Церковники, в принципе, старомодны во всяких новшествах и не очень-то уважают даже компьютеры, но уж если перед новым препятствием сам Валерий Васильевич начал биться в истерике головой о стену, то куда уж ему? На механика он ни чуточки не учился. Часы наручные завести умеет, будильник ключиком, а вот сейф в виде пирамиды, который они обнаружили в соседнем зале, — это уже не к нему. Тут взломщик нужен. Специалист по замкам. Ох, не добро что-то смотрит в его сторону Валерий Васильевич. Зря, похоже, про взломщика-то сказал. Язык мой — враг мой: прежде ума глаголет.

— Вас, кажется, пугает данный сейф, похожий на пирамиду? — осторожно спросил церковник. — Вы не разрешаете мне подойти ближе и осмотреть его. Могу я узнать почему?

— Потому что он работает как мощный антимагический артефакт. Ведьмаки спрятали внутри золото лепрекона, и я в душе не знаю, какие вокруг ловушки. Духа на разведку не пошлёшь, с гаданием тоже ничего не получится. А у нас с вами только по одной жизни, — объяснил Валера.

— Может, привлечь премногоуважаемого Дениса? Его помощь была бы бесценна, — предложил Капитон.

— Фигу! У меня есть договор с духом-взломщиком. Я лучше его призову для консультации, а ваш многоуважаемый пусть хотя бы раз в жизни сто рублей выиграет.

— Но…

— Капа, тут дело принципа. Мы специально договаривались перед началом миссии. Я взламываю сейф, а он балуется в казино. Знаю: вам бы хотелось наоборот, и, вероятно, Денис справился бы тут лучше меня, но кто мы такие, чтобы идти по хорошей дороге? Мы — не лентяи и не неженки. Без трудностей не бывает полезного опыта. Такова жизнь.

— Какой миссии?

Ответом ему было молчание.

Разумеется, Валера соврал. Ему не хотелось признавать вслух собственную ошибку в присутствии этого пожилого любителя библии. Ещё выговаривать будет, поучать, намекать на природную лопоухость. А зачем? Вон же он, сейф. Капитону нипочём его не открыть, даже кувалдой. Или открыть?

Валера ещё раз оглядел зал. Помещение большое. Потолки высокие. Напоминает музей. Все стены, кроме входа, заставлены шкафами и сервантами, и каждый сервант доверху набит старинной посудой. Зачем им столько? Если только это не ловушки. А это точно ловушки — знаем мы этих ведьмаков. Подойдёшь к сейфу поближе — и ближайший шкаф взорвётся, а тебя нашпигует осколками. Или входная дверь закроется, и помещение заполнится газом. То, что она закроется, он нисколько не сомневался. Выше проёма двери на шарнирах висел лист металла толщиною в два пальца. Нижний край острый, словно гильотина. Специально, поди, для драматичности сделали, а в полу паз — как раз в него этот лист и опустится. Верещи тогда под дверью, стучи кулаком. И что самое интересное — в метре от двери уже всё: колдовские приёмчики не работают. Блокирует их пирамида, выполненная из металла жёлтого цвета. В самом центре зала она стоит, а её вершина направлена на большую люстру, выполненную в виде хрустальной призмы. Придётся вызывать Феликса. Только он один знает, как подойти к пирамиде.

— Капа, ты же не против? — на всякий случай поинтересовался он.

— Да, ради Бога, вызывайте вы кого хотите, лишь бы на пользу дела! — великодушно разрешил Капитон Маркович.

Валера попросил отойти его за дверь и приступил к вызову.

Феликс сразу не понравился слуге Божьему. Уж какой-то он слишком жеманный. Уж не содомит ли? Точно — содомит! Вон какое от него свечение голубоватое. И с такими призраками Валера сотрудничает? Они же — фу!

Призрак явился не голышом, а при полном параде. На нём был камзол и широкие панталоны, чулки были украшены пышными бантами, такими же пышными, как оборки на рукавах сорочки. Наблюдая за тем, как потусторонний гость кокетливо пританцовывает, Капитон Маркович невольно подумал о том, что черти в аду нынче совсем распустились. Грешная душа радоваться должна, что ей позволили вновь посетить твёрдую Землю, а этот… Тьфу! Выглядит и ведёт себя так, будто бы его выдернули с дискотеки. Видно, правду рекут знающие церковники о том, что некоторым и в аду сладко.

Призрак тем временем огляделся, поморщился и демонстративно прижал к призрачному носу маленький прозрачный платочек.

— Валерочка! Какой ты гадкий! Куда ты меня привёл? Тут повсюду воняет Выродком. В бочке с селёдкой и то приятнее.

Голос у него был тонкий, ломающийся и какой-то неуловимо сальный. Капитон Маркович на всякий случай спрятался. Ну не понравился ему этот тип, и всё тут. До него донеслось:

— Ну точно. Я чувствую Тень Выродка. Б-р-р-р. Как же здесь неуютно. Согрей меня, милый. Ну позязя! Мне нужно укрытие.

— Феликс, мне не до нежностей. Пирамиду видишь? Знаешь, что это за штука? — сердитым голосом отвечал Валера.

— Ну разумеется, мой сладкий. Это реплика сейфа Гоголь-Моголя. Замечательный был ведьмак. Если бы не инквизиция… но что поделать. Сгорел на работе. Эх, меня бы кто так согрел. Так хочется тепла и ласкового плена невинной плоти. Вот помню…

— Почему реплика? Как вас там… Феликс? — не выдержав, вмешался в разговор любопытный церковник.

— О! Мы тут не одни! — радостно воскликнул призрак. — А где Денисочка? Променял моего любимого мальчика на пожилого святошу? Но так ничего. Седенький. Симпатичный. Одобряю.

Капитон Маркович покраснел со стыда. Этот содомитский призрак буквально раздевал его глазами. Или что там у него вместо глаз. Прости, Господи, прегрешения наши.

— Феликс, это Капитон. Капитон Маркович. Это Феликс, мой старый знакомый и лучший в мире специалист по ведьмачьей механике, — познакомил их Валерий Васильевич.

— Очень п-приятно, — кисло сказал Капитон, как бы намекая, что ничего приятного он тут не видит.

— Ну, приятно или нет — ты мне потом скажешь, — подмигнул ему призрак и повернулся к Валере. — Ну-с? Фронт работы мне ясен. Что внутри?

— Золото лепрекона, — нехотя признался Валера.

— Ого! Понятно, тогда почему они выбрали Гоголь-Моголя, — загадочно произнёс призрак.

Капитон Маркович аж подпрыгнул от любопытства и нетерпения.

— Да что же это за сейф? Чего вы его так опасаетесь?! — едва не закричал он.

Феликс с деланным испугом отскочил от него в сторону и попятился по направлению к пирамиде. Он пятился до тех пор, пока не упёрся в невидимую стену, и демонстративно поклонился церковнику.