Страница 26 из 120
— Аферист Лыжа, он же Александр Рейн, он же Махмуд ибн Салах, он же Федя Наган, он же Александр Аистов, он же Кирилл Задорожный, он же… редкий гомосексуалист со скрытыми комплексами… — Валера устал перечислять поддельные имена и фамилии Лыжи и, зевая, добавил: — Жулик и катала, одним словом.
— Ближе к сути?
— Лыжа не выиграл в карты монету, он её нашёл в соседнем районе. На экскурсии в Поющие пещеры ходил. Казалось бы, ерунда, но монета-то у меня одна, а приборов — два. И район поисков не слабый такой район. Надолго мы встряли с этим золотом. Пока не найдём вторую монету, вам придётся самим бегать по пещерам.
— И что? Значит, побегаем.
Денис успокоился. Всё именно так, как он и предполагал: напарник чешет затылок и размышляет, как бы сделать всё побыстрее. Он успокоился. Больше не хандрит. Значит, скоро можно ожидать положительных результатов.
— Деня… ты лопух! — понял его по-своему Валерий Васильевич. — Ладно, завтра сам поймёшь, в чём там дело. Всё! Я спать. До ужина не кантовать.
Они действительно проспали до самого вечера. Спали бы и дольше, но Денис пошёл в туалет и запнулся о кастрюлю с компотом.
— Блин! Валера! — заорал он, собирая расплескавшуюся жижу половой тряпкой. — Ты совсем спился, алкаш! Скоро в сливном бачке унитаза будешь бухло хранить? Куда ни пойду — везде пустые бутылки!
— Это терапия. Мне доктор прописал спирт с компотом, натощак и без хлеба. Нарколог, между прочим, — хихикал проснувшийся археолог. — А кто уронил, тот и прибирает, сам знаешь.
Денису пришлось делать влажную уборку. Пол был такой липкий, что по нему невозможно было ходить.
Валера оккупировал стол, где стояла большая часть компаса, накрытая газетами и покрывалом. Он нашёл под столом бутыль со спиртом и налил себе целый стакан.
— Ты опять?! — выглянув из ванной возмутился Денис.
— Я механизм протираю. Смотри!
Валера сделал большой глоток и начал старательно дышать на компас.
— Огурца солёного не надо ли для протирки? — язвительно поинтересовался напарник.
— Ты бы лучше кастрюлю помыл. Я её под честное слово взял, — посоветовал ему Валера.
— Пьянь! — Денис обиженно запихал кастрюлю в рукомойник.
Они кое-как привели номер в порядок, а потом и себя, и только после этого спустились в столовую.
— Переезжать надо будет, — рассуждал Валера над тарелкой картофельного пюре. — Хочется салатиков разных, а тут из салатов один винегрет.
— А как же терапия? — саркастически спрашивал Денис. — Неужели бросишь свою Ирочку?
— Уже бросил. Я ей ночью память стёр. Пусть найдёт себе приличного человека, а не такого, как я, — вздыхал Валера.
— Какой же ты гадкий. Поматрасил и бросил.
— Да. Но лучше уж так, чем какой-нибудь мстительный убийца, который посадит её на перо только потому, что будет считать её близким мне человеком.
Денис пожал плечами. Обычные отмазки археологов: мы бросаем женщин не потому, что их не любим, а потому что боимся за их жизнь и здоровье.
— Молодые люди, не сочтёте за наглость? — послышался бодрый голос Капитона Марковича.
Валера скривился и подвинулся, уступая место иеромонаху, держащему на руках поднос с ужином.
Капитон Маркович сердечно поблагодарил, но сел рядом с Денисом так, чтобы быть напротив Валеры.
— Приятного аппетита, — пожелал ему Денис. Валера промолчал.
«Вот, ещё одна ошибка в расчётах сама приползла, — думал он. — А ведь надо было только намекнуть. Намекнуть! А не брать его в долю. Эх, Денис. Какой же ты идиот — сокровища на троих не делятся! Дошушукались в кустах, называется. Ты что должен был сказать? Что у меня есть компас и предложить Капитону искать золото вместе, используя меня так, чтобы я не знал. Я бы остался с носом, а Капитон и Денис — с бабами и на танке. Какой же ты молодец. А ведь я хотел всего-ничего: заставить вас поработать, а сам бы попивал себе коктейли на пляже. А что вышло? Капитон набился в подельники, и Денис ему в этом помогал. Какая на хрен теперь конспирация? Давай — всем расскажи!»
— Я готов приступить хоть сейчас, вы только свистните, — многозначительно поведал иеромонах.
— Мы не свистим. Примета плохая, — пробурчал Валера, с ненавистью поглядывая на пюре. Его так и подмывало сделать из еды куклу вуду и жестоко пытать церковника.
— Всю ночь и утро я перечитывал Монтекью и, хотя знаю всё наизусть, нашёл в себе силы освежить знания, — продолжал Капитон.
— Во, Деня, учись. Вот что значит — три класса церковно-приходской школы, — Валера мстительно пнул товарища под коленку.
— А вы разве не читали? — удивился Капитон. — Там описание народа, известного как лепреконы, проживавшего на территории…
— Читали! — грубо перебил его Валера. — Мы и Румма читали, и многое ещё.
— Ну, Румм даёт только общие определения. Это скорее пособие для начинающих, а вот Монтекью…
— Капитон Маркович! — строго перебил его недовольный очкарик. — В нашей команде есть место только для одного хитрожопого, да и место «дурачка» тоже занято. И вот я не понимаю: вы на чьё заритесь?
— Я просто хотел оказать посильную помощь в таком серьёзном деле, ничего более! — поспешно поднял руки иеромонах.
— Вы её окажете, когда вместе с ним, — Валера кивнул на Дениса, — будете искать монеты в тех местах, которые я укажу. Если бы не конструкция компаса, я бы сам бегал, но мне придётся сторожить одну из его частей.
— Но вам будет достаточно разжиться ещё одной монетой, и тогда вы сможете усилить компас? — предположил иеромонах.
«Ах, Капа, кажется, ты слишком много знаешь для простого церковника, — неодобрительно подумал Валера. — А это очень вредно для твоего здоровья».
Вслух он сказал, конечно, другое:
— Всё верно: чем больше монет, тем сильнее резонанс и тем проще искать остальные. Но найти их нужно все — иначе не будет стабильного лепреконского эффекта. Я хотел использовать сразу дюжину в половине компаса с гироскопом. К сожалению, круг поисков велик, и на это могут уйти месяцы.
— Вы не шутите? Так мало? — обрадовался Капитон. — Я думал, намного больше.
— А ещё нужно будет изымать монеты из частных рук. Вполне возможно, не совсем этическими методами, — продолжил окончательно скисший Валера.
— Ерунда! Во имя Господа нашего я ещё и не то могу! — отмахнулся возбуждённый церковник.
«Что ты ему наплёл, дрянь такая! — ужаснулся про себя очкарик, искоса поглядывая на своего друга. — Неужели снова ляпнул, что золото пойдёт на благотворительность?»