Страница 19 из 89
А ближе к вечеру того же дня я столкнулась с ним на работе. Он стоял в холле и дожидался лифта. Служебного, между прочим, лифта, не начальственного! Боже, вот кто просил меня заговаривать с ним?! Я ведь и правда, сама решила, что это наш новый курьер! Окинула демонстративно-осуждающим взглядом его неформальный прикид, смутилась под ответным изучающим взглядом, и, возможно, поэтому и поступила нетипично для себя - наехала на незнакомого человека. А именно - уточнила, работает ли он здесь и, получив утвердительный ответ, прочитала строгую нотацию о внешнем виде. Блин, даже вспоминать стыдно... А отчитав, позвала его к себе в кабинет, забрать документы для раздачи статистам. Он улыбнулся – так светло, располагающе – и, отмочив какую-то действительно смешную шутку про начальников и подчинённых, забрал бумаги...
Как же глупо всё сложилось! А самое обидное, что я сама этому поспособствовала. Все вокруг твердили, что я не по годам умна и рассудительна. Но если бы хоть кто-то узнал, какую глупость я совершила, они бы точно забрали свои слова обратно.
Бабушка всегда учила меня, что в любой ситуации надо искать что-то положительное - даже если кажется, что хуже быть уже не может. Вот и сейчас я решила просто не думать о том, в какую передрягу попала. Ну подумаешь босс – неадекватный мажорчик поймал меня на крючок, подумаешь долги и риск быть выброшенной на улицу... Зато я хотя бы на время сменю обстановку! Отвлекусь. Перестану думать о Тимофее...
Нет, ну правда, почему бы не засунуть свою гордость подальше и не предположить, что Пашка послан мне кем-то свыше, чтобы отвлекать от дурных мыслей и худо-бедно выйти из прошлых отношений? Ведь я реально весь оставшийся день думала исключительно о предстоящем переезде, и грустить по поводу расставания с Тимой просто не было времени!
С моим же отношением к Полу – отдельная история. Лить слёзы и бесконечно причитать над горькой судьбинушкой несчастной сиротки я не собиралась. Страсти улягутся, и я ещё придумаю, как отомстить поганцу за его выходку! Будь он хоть трижды босс, а поступать так с людьми – низко. Он ещё пожалеет, что заупрямился и не отпустил меня по-хорошему. Я ему подпорчу его сладенькую жизнь!
Думать об этом почему-то было забавно. Я нет-нет, да и ловила себя на том, что улыбаюсь. Как он сдулся-то в конце, а! Даже почти пошёл на попятные, даже разрешил выдвинуть встречные условия... Ага, Павел Григорьевич, не такой уж вы и несгибаемый! Мы ещё посмотрим, кто кого!
Особо собирать мне было нечего. Весь мой летний гардероб умещался на десяти плечиках. Обувь тоже: две пары туфелек – на каблучке и без, да плюс любимые кеды. Косметика и украшения легко поместились в небольшой косметичке.
А вообще – какого чёрта? Я замерла посреди комнаты, окидывая взглядом свой скромный багаж. Раз уж этот поганец со мной так – то чем я хуже? Хотел поиграть? Давай! Я только за!
Ничего брать с собой не буду! Пусть всё новое покупает! Новые шмотки и косметика – отличная моральная компенсация за пощёчину и слёзы. Вот так-то! И даже совесть не мучает!
На этой гениальной мысли я успокоилась. Загрузила вещи обратно в шкаф, оставив только смену белья на завтра и костюм для офиса.
Теперь дело осталось за малым: придумать свои условия. И на этот раз надо было не продешевить! Тем более что жить мне придётся не с одним боссом, а сразу с двумя. А это двойная нагрузка на мои хрупкие плечи, между прочим!
Но выдумать свои условия оказалось не так-то просто... Сначала я хотела наворотить такого, чтоб Пашка сам решил отказаться от сделки. Но кроме как «не приставать, полностью обеспечивать всем необходимым и погасить долги по ипотеке и кредитам» в голову ничего не лезло. Так я и промаялась до девяти вечера, когда в дверь позвонили.
Открыла с каменным лицом, чтобы сразу понимал, что я обо всём этом думаю... Но это оказался курьер. В смысле – настоящий курьер. Служба доставки.
Расписавшись в бланке, взяла у него милую коробку – розовую в чёрный горошек, с игривым кружевным бантиком... и чуть не выронила, когда она тонко запищала.
- Осторожнее, - предупредил курьер. – Доставка экстра-класса, не кантовать и не ронять.
Он ушёл, а я, забыв даже закрыть входную дверь, с замирающим сердцем заглянула в пищащую коробку...
На милой атласной подушечке сидел котёночек белого, с дымчатыми подпалинами на ушках и лапках окраса и пронзительными голубыми глазками. Первым делом в сердце кольнуло сладким торжеством - Тимофей подмазывается? Понял, гад, что «что-то не то сделал»? Но из-за дверного косяка тут же выглянула хитрая рожа Пашки:
- Ну как?
И я совсем забыла снова сделать каменное лицо, запричитала и, присев на корточки, вынула котёнка из коробки, а разглядев, в голос заверещала:
- Бо-о-ожечки! Он кудрявый, Паш! Прикинь, он кудрявый! Где ты его взял?!
- Да... – он замялся, - на дороге нашёл. Чуть не задавил сначала, потом думаю – тебе, что ли, притащить? Чтобы было кого воспитывать, а то я, знаешь, наелся уже твоих моралей.
Я пропустила колкость мимо ушей. Подумаешь, наелся он... Слабак! Я ещё даже и не начинала, между прочим!
- Какой ма-а-аленький... Это мальчик или девочка? – и я машинально подняла кроху на ладони, заглядывая под хвост.
- Ну как? Всё на месте? – хохотнул Пашка. – Мужик?
- Представь себе! – буркнула я, прижимая орущий комочек к груди. – Жаль только, что у людей яйца не всегда означают мужика... – Встала и гордо продефилировала мимо Пашки в комнату за шарфиком, в который можно будет завернуть котёночка. – Маа-а-аленький... Будешь у меня Павлушей.
- Это почему вдруг? – удивился мой горе-босс из коридора.
- Потому, что нужно восстановить справедливость. Хоть один Павел в твоём доме должен вырасти нормальным! – Язвила, конечно. А на самом деле имя пришло само, стоило только взглянуть на эту смешную лохматую мордашку с кристальными голубыми глазками...
Пашка промолчал. Видимо офигел от моей наглости. Вот и отлично! А то ишь, ты... моралей он моих наелся. Пфф!
Вернулась в коридор, встала, гордо задрав подбородок:
- Ну, чего стоим? Кого ждём? Или ты передумал?
- Не дождёшься!
- Тогда шевелись. Павлуше скоро кушать нужно будет. Надеюсь, у тебя дома есть молоко?
- Найдём... – усмехнулся тот. – А где шмотки-то?
Я так же надменно кивнула на небольшую спортивную сумку, уже стоящую в прихожей.
- И это всё? Не густо, - хмыкнул он, ловко подцепив ручки.
- А остальное ты мне купишь... дорогой! - с елейной улыбочкой выдала я в ответ, и с удовольствием поймала его искреннее охреневание.