Страница 21 из 47
— Спокуха, парень, — хмыкнув и демонстративно жуя жвачку, ответила я, оглядываясь, — дружка жду, — и стянула пониже рабочий браслет-идентификатор с логотипом этой части Мэджика.
Портье слегка расслабился, но лишь слегка.
Между тем на табло с ценами мигнул огонек — в девятнадцать ноль-ноль официально наступало «вечернее время», влияющее на цены в кабаках и ночлежках. Я огляделась. После рабочего дня — ноги гудели, хотелось сесть, а лучше лечь, если Эд не появится в течение трех минут, сниму тут номер, чтобы просто выспаться в хлорированной чистоте дезинфицированной спальной капсулы. Время пошло..
— Детка, ты космос! — меня сжали в медвежьих объятиях и притиснули к здоровенному мужику в клетчатой фермерской рубахе и какой-то грубой спецовке. Его борода нещадно кололась, когда он пытался меня облобызать, а под густыми каштановыми бровями смеялись глаза Эда!
Я дернулась, но держали меня крепко и профессионально — просто так не дернешься, особенно если калечить мужчину не собиралась.
— Мой котик! — я противно визгнула на ультразвуке — театральные классы у маэстро Требинни это вам не пицца с пастой, это искусство!
Потом обхватила пошатнувшегося «здоровяка» ногами и потребовала:
— Неси меня ужинать! Я такая голодная, что готова откусить тебе ухо!
Крепко ухватив меня за задницу, Эд куда-то пошел, громко прогудев:
— Как скажешь, малышка! Твоим костям не помешает немного мяса!
Я висела на нем, поражаясь его силе и уместности маскировки под «грязееда». Кто в огромном увальне-фермере заподозрит красавца-контрабандиста? При этом «фермер» и пах правильно — чем-то таким деревенским, не то сеном, не то навозом, а еще хлебом и молоком.
Через пару минут он уронил меня в уютное кресло и прогудел:
— Здесь и подкрепимся!
Рядом с «Бродягой» нашелся ресторанчик из тех, в которые ходят только «свои». Вот тут все было по высшему разряду — на стенах настоящее дерево, приглушенный теплый свет, огромные уютные кресла и пивные кружки такого размера, что я не могла поднять одной рукой.
Мясо тут подавали настоящее — огромными шкварчащими кусками. Овощи — с планеты, напоенной солнцем. Пиво варили на месте, но из лучшего солода. Я ела, и организм пел от восторга. Не знаю как, но кусок мяса в меня втянулся, словно трава в газонокосилку. Овощи с хрустом присоединились, а огромная кружка пива завершила начатое — я неудержимо захотела спать!
— Так, детка, кажется, тебе пора!
Этот прекрасный во всех отношениях мужчина взвалил меня на плечо и под улюлюканье остальных «клетчатых рубах» утащил куда-то наверх. Я отключилась, когда он стягивал с меня ботинки с магнитной подошвой.