Страница 38 из 76
— Дык… наверно, минут сорок назад, ваше благородие, — ответил мужик, теребя в руках грязную шапку. — Я как раз мести собирался, слышу — грохот в конторе стоит. Я сюда, дверь дёрнул, а она заперта изнутри. Я в обход побежал, через чёрный ход, а из конторы уже дымом потянуло. Навстречу Захаров выбежал с саквояжем, меня чуть не сбил, и кинулся через двор на улицу.
— Он пешком побежал или уехал на пролётке? — вмешался Рябинин, подойдя поближе. — С саквояжем по улицам тяжело бегать, он должен был нанять извозчика.
— Не могу знать, ваше высокоблагородие. Я ж пожар тушил, два ведра в камин вылил, мне не до того было. Но Прохор, дворник из соседнего дома, тоже с утра улицу мёл. Может, он чего видал?
Рябинин и Белозёров, не сговариваясь, вышли из конторы и быстрым шагом пересекли задний двор, выйдя через приоткрытую калитку на улицу. Улица уже жила полной жизнью: дребезжали телеги, спешили по своим делам прохожие. У соседнего дома, не спеша взмахивая метлой, работал крепкий бородатый дворник в белом фартуке поверх тулупа.
— Бог в помощь, Прохор, — обратился к нему Рябинин, показывая служебное удостоверение судебного следователя. — Ты здесь давно метёшь? Захарова, старшего приказчика купца Гусятникова, сегодня утром видел?
Прохор прекратил работать, смахнул рукавом пот со лба и кивнул:
— Видал, ваше благородие. Вылетел из калитки, ничего вокруг не замечая, глаза безумные от страха. В одной руке саквояж, тяжёлый, сразу видно было, в другой — папка какая-то. Чуть меня с ног не сбил.
— Куда он направился? — спросил Белозёров.
— Дык, он прямо на перекрёсток побежал, где извозчики обычно стоят, — Прохор махнул рукой в сторону видневшегося в конце улицы перекрёстка. — Там как раз пролётка стояла, клиентов ждала. Захаров в пролётку запрыгнул и заорал на всю улицу, чтоб извозчик гнал что есть мочи.
— Куда гнал? Ты слышал адрес? — насел на него Рябинин.
— Слышал, как не слышать. Он орал так громко, что его тут все слышали, — ответил дворник. — На Николаевский вокзал он велел гнать. Двойную плату извозчику обещал, лишь бы быстрее. Извозчик лошадь кнутом огрел, — только их и видели.
Белозёров переглянулся с Рябининым. Складывалась неприятная ситуация. Если Захаров успеет сесть на поезд до Петербурга или скроется среди сотен пассажиров, найти его будет очень сложно. Можно даже сказать, практически невозможно. А если люди Воропанова доберутся до него первыми, они снова лишатся важного свидетеля, как до этого было с Бобровым.
— Поехали на Николаевский вокзал, — сказал Василий. — Он хочет затеряться или уехать к своим покровителям. Бежим, Аристарх Платонович!
Белозёров и Рябинин побежали к ближайшему перекрёстку. На их удачу, возле него как раз остановилась пролётка, высаживая какого-то купца с купчихой. Рябинин сунул ему в руку рубль и запрыгнул на сиденье вместе с Василием.
— Николаевский вокзал! Гони так, чтобы за пятнадцать минут долетели! — скомандовал судебный следователь. — Если довезёшь за пятнадцать минут — получишь ещё три!
Услышав о небывалой щедрости, извозчик радостно крякнул и лихо щёлкнул кнутом. Пролётка резко рванула с места, заскрипели рессоры, а колёса загрохотали по мостовой. Холодный утренний ветер ударил в лица Белозёрову и Рябинину, заставляя щуриться.
Дома стремительно проносились мимо, мелькали вывески трактиров, а прохожие шарахались в разные стороны от криков извозчика. Пролётка неслась, ловко маневрируя между телегами и другими экипажами, подпрыгивая на кочках. Но извозчик на это не обращал внимания. Подскакивая на каждой выбоине, на каждой неровно уложенной брусчатке, безжалостно сотрясая пассажиров, пролётка летела на Николаевский вокзал.
При очередном резком толчке, когда колесо провалилось в глубокую яму и пролётку сильно подбросило, Василий внезапно побледнел. Острая боль пронзила его грудь прямо в том месте, где недавно побывал стилет «Мясника». Боль была настолько внезапной и сильной, что Белозёров непроизвольно согнулся пополам, хватая ртом холодный воздух. В глазах потемнело, а к горлу подкатила тошнота.
— Василий Игнатьевич! — крикнул Рябинин и схватил его за плечо. — Что с тобой?
— В груди, рана… — прохрипел Белозёров, с силой сжимая край сиденья, чтобы хоть как-то зафиксировать тело и уменьшить тряску. Лицо его покрылось холодным потом, а дыхание стало прерывистым, со свистом вырываясь из лёгких. — Гони… Я потерплю.
— Ты же весь побелел! — произнёс Аристарх Платонович, поддерживая Василия.
— Всё в порядке, Аристарх Платонович, — произнёс Василий, начиная выпрямляться и выравнивать дыхание. Боль постепенно отступала, превращаясь в тупую и ноющую, но которую уже можно было терпеть. — Просто неудачно подбросило на камнях. Я в норме. Главное — первыми найти Захарова.
Он расстегнул пару пуговиц на пальто, чтобы облегчить дыхание, и уставился вперёд. Площадь перед Николаевским вокзалом уже маячила впереди, показываясь из-за поворота улицы. Сердце Василия бешено билось, как будто отсчитывая драгоценные секунды. Для него сейчас существовала только одна цель — взять старшего приказчика Захарова и надёжно его спрятать.
Пролётка, скрипя рессорами и грохоча колёсами, влетела на большую площадь перед Николаевским вокзалом и резко остановилась у главного входа, едва не переехав стоявшего с тележкой носильщика. Рябинин на ходу сунул в руку извозчику обещанные деньги и вместе с Белозёровым поспешил к большим дверям здания.
Внутри вокзал встретил их оглушительным гвалтом, суетой, запахом немытых тел и паровозным дымом. Под высоким потолком эхом разносились гудки паровозов, крики носильщиков, плач детей и объявления об отправлении поездов. Огромные толпы людей шли в разных направлениях. Кого тут только не было: купцы в больших шубах, офицеры в шинелях, мещане с кучей тюков, студенты и, конечно же, местные воришки, высматривающие в толпе невнимательных пассажиров.
Среди этой толпы людей найти одного человека с саквояжем казалось просто нереально.
— Разделимся? — быстро предложил Рябинин, оглядывая огромный зал ожидания. — Я возьму на себя билетные кассы и расписание, проверю, куда в ближайшие полчаса отправляются поезда. А ты осмотришь залы первого и второго класса. Он наверняка попытается затеряться среди обеспеченных пассажиров.