Страница 339 из 412
Глава 23
Хелена Трэсс
Катакомбы
…По моим внутренним часам с момента входа прошло двадцать семь минут. На развилке Марбас движением широкого рукава мантии указал вправо, и мы свернули в боковой коридор, оставив позади центральный туннель.
Мы шли по каменным проходам молча. Я по привычке быстро анализировала всё увиденное, услышанное и воспринятое, чтобы быть готовой к любым неожиданностям.
Во-первых, демон Обсидиана здесь ориентировался как дома: шёл уверенно, на местах разветвления подземных коридоров ни секунды не колебался. Во-вторых, катакомбы я ощущала иначе, чем по описаниям Рианса: не запутанными, а удивительно упорядоченными, словно этот огромный каменный подвал выстроили как систему (полагаю, мои ощущения связаны с отсутствием влияния чар). В-третьих, проходы были явно рассчитаны на движение групп, а не одиночек.
Сам вход сюда находился в Западном лесу, под тысячелетним дубом, в четырёхстах двадцати шагах от старой дороги на Ротворд. Отсутствие видимой охраны и наблюдения не означало, что за нами не следили. Напротив, ощущение контроля сопровождало вплоть до спуска в подземелье.
Но с первыми ступенями вниз всё исчезло, коридоры стали восприниматься «пустыми». Похоже, что охрана и наблюдение есть до входа, а дальше безопасность обеспечивают чары и синтарит в стенах. Довольно логично: раз те, кому не положено, не пройдут дальше определённой точки, часовые избыточны.
Если не брать в расчёт то, что мы смогли пройти.
Двигаясь чуть позади Марбаса, я контролировала каждое своё движение, повторяя походку Вильнары до мелочей: положение плеч, длина шага, изысканно-красивый наклон корпуса при поворотах.
Спасибо Риансу и Саэрону, они перед сборами дали детальное описание и согласовали каждый мой жест, звук и даже мимику в её роли.
Марбас, в свою очередь, изображал Кейгарда. Со стороны мы выглядели диадой
56
[Диада – два взаимосвязанных или взаимодействующих объекта или компонента.]
, которая давно привыкла двигаться вместе. Если даже носители воли и могли видеть больше, чем остальные, им не за что было зацепиться.
Перед спуском демон ещё раз напомнил мне главное правило: в коридорах никаких разговоров, только знаки. А если по какой-то причине мы разминёмся, я должна буду при первой возможности уйти порталом.
Ничего сложного.
Я шла, привычно фиксируя маршрут, изменения окружающего пространства и время движения. Мысленно сопоставляла пройдённый путь со схемой катакомб, составленной Марбасом. Он показал её на встрече Союза Шести Корон, когда меня туда вызвали.
На схеме было четыре уровня глубины.
На первом находятся входы, замаскированные и разбросанные по всему Дэрривону. Через один из них мы и вошли (Марбас сказал, что войти можно и через переход, но тогда безликие его сразу заметят). Второй уровень находился глубже: там разместили лаборатории, мастерские и камеры подопытных. Третий полностью отведён под монстров. На четвёртом, самом глубоком, обитал «круг шести». Туда Марбас смог попасть лишь однажды, после чего и исчез.
Описывая катакомбы правителям, он говорил, что это подземный город, в котором живут те, кто полностью посвятил себя бредовой цели, отвернувшись от прошлой жизни. Мне же катакомбы представлялись гнойником под кожей мира. Скрытый в глубине, он разрастается и отравляет всё, до чего дотянется.
В общем, если катакомбы – это город, то город безумных чудовищ.
Пока схема Марбаса совпадала с уже пройденным маршрутом. На следующей развилке нам нужно было свернуть в левый коридор, ведущий к лестнице на второй уровень. И как раз из этого коридора навстречу нам вышли трое. Сохраняя ритм движения, мы поравнялись, и лица в масках синхронно повернулись к нам.
– Чей голос тише тени? – довольно мелодично прозвучал вопрос.
– Того, кто без имени, – глухо отозвался Марбас.
Чёрная маска склонилась, принимая ответ, и все трое двинулись дальше. Мы тоже продолжили путь. В течение следующих двенадцати минут нам повстречалось ещё восемнадцать безликих. Я заметила, что численность групп увеличивалась, промежутки между ними сокращались, темп движения ускорялся. А на совете Марбас говорил, что обычно они передвигаются по двое-трое и крайне редко встречаются в верхних коридорах. Нестыковка. Но вопросы задавать не стала, пока понаблюдаю.
Может быть, они к чему-то готовятся?
Вскоре мы дошли до спуска на второй уровень, представляющего собой широкую каменную лестницу из тридцати девяти ступеней. На двадцать пятой я почувствовала, как воздух начал меняться, наполняясь устойчивыми запахами гнили, крови, пота и каких-то зелий.
По рассказам Кайрита я знала, что нас ждёт в лабораториях, и была к этому готова.
Марбас остановился у стены и коротким движением обозначил сектор, который оставался под моим контролем. Я развернулась так, чтобы коридор был в поле зрения целиком, отметив расстояние до ближайшего поворота и слушая звуки шагов издалека. Боковым зрением наблюдала за действиями демона.
Он приложил ладонь к камню, вслушался. Через десять секунд отстранился, прошёл к противоположной стене, повторил жест. Затем ещё раз. И ещё. Он прослушал пять разных участков, прежде чем обозначил, что путь свободен.
Плотная поверхность камня под его рукой стала податливой, словно влажный песок. Демон ввёл руку внутрь, провернул скрытый механизм. Когда он вытащил её обратно, часть стены рядом с ним пришла в движение, открывая проход.
Помещение оказалось вытянутым и невысоким, укреплённым на потолке вмурованными в камень металлическими балками. Вдоль стен тянулись рабочие столы с остатками порошков, кристаллическим налётом, засохшими потёками. В нишах стояли ящики со свитками.
Когда каменная плита за нашими спинами встала на место, Марбас тихо заговорил:
– В остальных по несколько безликих внутри, это пока единственная пустая лаборатория. Но надолго они не уходят, у нас не больше пяти минут.
Я начала работать: открывала ящики, быстро просматривая содержимое, пролистывала записи, выхватывая смысл. Поняла, что здесь создавали яды. На страницах одного из дневников запомнила два рисунка, явно выполненные одной рукой. Первым был гримталь: тонкий стебель, тёмные узкие листья с зазубренным краем и утолщённая сердцевина. Рядом пометки о соке, извлечённом из стебля, с указанием воздействия на ипостась и конечным результатом.