Страница 299 из 412
Леди Демара, несмотря на неудавшийся ритуал, смогла сказать достаточно о смерти Тианы: во-первых, её убили кинжалом из силентиума, во-вторых, удар был нанесён так, чтобы разорвать все магические потоки в узоре и лишить тело возможности регенерации.
Салтон сделал вывод, что такое оружие было выбрано не только по этой причине, но и потому, что магический удар оставил бы отпечаток, который Орден сумел бы считать. А Кайрит добавил, что безликие применяли такие клинки не раз. Хотя на нём всегда были кандалы из силентиума, братство находило особое удовольствие в нанесении ран именно этим металлом.
Подозрения в адрес Кайрита рассыпались так же быстро, как и появились. Демара установила время смерти: за двадцать минут до того, как нашли тело. В это время Кайрит находился в кровати. Когда все уверились, что огненный демон не убивал Тиану, им занялись агенты Ордена, чтобы выяснить происхождение холодного огня.
Оставался один навязчивый вопрос.
Почему Тиана не сопротивлялась?
Я хорошо знал, на что она способна, но обстановка указывала на единственную версию развития событий: убийца вошёл в лабораторию, нанёс удар и ушёл к следующей цели.
Арес сообщил, что через несколько минут после нашего с Астрой ухода Салтону доложили о смерти Берга. Орден временно не выводил его из академии, ограничившись изоляцией в одной из комнат. Там его и нашли агенты: тот же удар, то же оружие, и, как насмешка, следы крови Тианы в его ране. В мотивах этого убийства сомнений не возникло ни у кого – безликие отомстили за предательство.
Жалости к Бергу я не испытывал. Его раскаяние не отменяло того, что Эирик успел натворить, служа безликим. Он предал империю и помог врагу достаточно, чтобы любой приговор был справедлив. Его смерть лишь закрыла один из множества счетов.
Но никак не прояснила, кто это мог совершить.
Ещё Арес сказал, что добраться до Берга убийца смог благодаря пожару. Совпадение или нет, но белый огонь расплавил часть стены комнаты, где его держали.
Салтон был прав: причастность Кайрита читалась довольно отчётливо, чтобы от неё отмахнуться.
Я не понимал, как именно он мог обмануть Аббадона, но знал: способ вывести его на чистую воду существует. И я им обязательно воспользуюсь.
Но прежде чем обратиться к Дару, мне нужно понять, что происходит с Астартой.
Её реакция на смерть Тианы пугала непривычным поведением. После ступора я ожидал вспышки ярости, разрушения, но вместо этого видел пугающе холодную сосредоточенность. Она сидела среди разбросанных листов и тетрадей, работая так, будто ничего не произошло.
Мы с Аресом устроились в гостиной, позволив себе по бокалу вина. Дверь в спальню Тианы я оставил открытой, чтобы наблюдать за Астартой.
– Это нормально? – обратился я к Аресу, делая глоток.
– Да, – отозвался друг. – Так она справляется.
Я снова посмотрел на Астарту.
– Арс, я видел, что с ней было, когда… Ты понимаешь, о чём я. Это совсем не похоже.
Арес чуть подался вперёд, сцепив пальцы.
– Соизмеряй уровень близости, Рианс. Тиана была подругой, не семьёй. Это не делает потерю менее болезненной, но меняет форму реакции. Сейчас Астра уходит от боли в действие. Это временно. Когда она найдёт то, что ищет, всё, что она отодвинула, догонит её разом.
Я помолчал, глядя, как Астра отбрасывает очередной лист.
– И что тогда делать?
– Нам? Быть рядом. Остальное не в нашей власти. Это нужно прожить.
Я кивнул.
– Мне нужно проверить Ника, – проговорил я, не отрывая взгляда от дверного проёма спальни. – Останешься с ней?
Друг сменил положение тела, облокотившись о подлокотник кресла.
– Нет необходимости, его скоро приведут сюда.
Я повернулся к нему.
– Он в порядке?
– Нет, – честно ответил Арс. – И не пытается делать вид, что в порядке. В отличие от Астарты, он дал эмоциям выход. Его даже пришлось изолировать: Ник обернулся и начал бросаться на агентов. Хорошо, что Андрас вовремя оказался рядом, никто не пострадал. Потом мрачный вместе с ним заперся в комнате. Что именно он с ним делал и о чём говорил, я не знаю, но Ник немного успокоился.
Я медленно убрал руку со стола. До этого даже не заметил, что сжал край так, что пальцы побелели.
Всё это происходило с Ником без меня. Я не был рядом.
– Получается, я бросил друга в момент, когда был ему нужен, – горечь признания резанула горло.
Арес склонил голову, не споря, но и не соглашаясь.
– Ты предпочёл бы бросить Астарту? – он выдержал паузу, позволяя вопросу сделать своё дело. – И, прошу заметить, рядом с Ником был друг. Я уверен, Андрас помог ему больше, чем смог бы ты. К тому же потом к нему заходила Фрея, принесла успокаивающий отвар.
Разум принимал доводы, соглашаясь. Но тяжесть из груди уходить не спешила.
– Почему ты решил, что Нику нужно быть здесь? – уточнил я.
– Во-первых, чтобы он не варился в угрызениях совести. Во-вторых, – Арес посмотрел в сторону спальни, – потому что они с Астартой могут помочь друг другу.
– Каким образом?
– Один утонул в эмоциях, другая сбежала от них в рассудок. Это крайности. Если их свести, есть шанс, что они удержатся ближе к середине.
Я устало усмехнулся.
– Ты думаешь, что это сработает?
– Вот и увидим, – Арес грустно улыбнулся в ответ.
Мы сделали по глотку, продолжая тихо разговаривать и наблюдать за Астартой. Минут через десять в коридоре послышались шаги, в гостиную вошли Андрас и Никлас.
Оборотень выглядел так, словно из него вычерпали жизненные силы. Лицо серое, плечи опущены, движения замедленные, во взгляде усталость и опустошение. Даже волосы потеряли золотой блеск, став какими-то блёклыми.
– Мне нужно вернуться к Салтону, – Арес поднялся, направляясь к выходу.
Он ушёл вместе с Андрасом, но перед этим мрачный заглянул в спальню Тианы. Я не слышал слов, которые он прошептал Астарте на ухо, но заметил, как морщинки на её лице разгладились, затем она кивнула, не поднимая глаз от листов.
Удивительно, но ни зверь, ни я больше не реагировали на близость Андраса к Астарте так, как это было во времена нашего «наказания». Не было напряжения, настороженности, ревности. Напротив, пришло почти благодарное осознание, что рядом с моей изумрудкой есть друг, который выдержит её огонь, если меня вдруг не окажется рядом.