Эридон. На весах судьбы

– Мне нужен ответ на вопрос, – повторила я. – Были ли ещё галлюцинации?

– Нет.

– Ты уверен?

Низкий рык продемонстрировал степень его негодования.

– Я бы заметил, если бы видел то, чего нет. Я не слепой и не идиот.

Мне захотелось язвительно отметить, что даже умные и зрячие сходят с ума, особенно после крови и боли, но я прикусила язык, чтобы не давить на больное. Звук шагов отвлёк меня от Кита. Из-за стеллажей появился Арес и сразу обратился к Кайриту.

– Расскажи про галлюцинации, – то ли попросил, то ли приказал брат.

А я поняла, что…

– Арес, ты подслушивал?

Не мне читать ему морали, это понятно. Просто в нашей семье обычно я подобными вещами занималась, но никак не будущий повелитель демонов.

Арес подошёл к нашему столу, сел.

– Я слушал, – произнёс он без тени смущения. – Ты дверь не закрыла.

После чего брат вернул всё внимание Кайриту, выжидающе глядя на него. Тот скривился, будто от одного слова «галлюцинации» у него снова заболела голова, и всё же начал рассказывать. Когда он дошёл до монстра, меня передёрнуло. Перед глазами сразу встал образ твари, которая вышла из портала на ночную поляну, едва не убив весь отряд, пока я была заперта в магической коробке.

Арес же выглядел заинтересованным.

– Опиши монстра.

Кайрит вздохнул, но продолжил, явно испытывая отвращение к собственным воспоминаниям. Я ловила отдельные штрихи, потому что даже слушать это было страшновато, а Кайрит это пережил. Чем больше деталей он выдавал, тем яснее становилось: даже если захочешь, такую тварь не забудешь.

Под конец его рассказа мне захотелось пойти помыться. Видимо, реакция была ярко написана на моём лице, потому что Кайрит решил добавить в своей привычной манере:

– Да что там, под откатом от крови у меня и не такое могло нарисоваться. Ещё немного, и я бы начал сам себе аплодировать за богатую фантазию.

Арес не улыбнулся.

– Я сомневаюсь, что это были галлюцинации.

– Если это не было галлюцинацией, то в таком случае я всё же умер.

– И умер, – неожиданно согласился Арес. – Только не ты. А тот, чью кровь ты выпил перед этим.

И замолчал. Терпеть не могу, когда ведут к ответу настолько медленно, что хочется сорвать дверь с петель.

– Арес, не веди себя, как Дар, – не выдержала я. – Расскажи сразу всё, без этих пауз, от которых у меня появляется желание кого-нибудь поджечь.

– Я собираю картинку, чтобы вы поняли, а не выхватили одно слово и сделали неправильный вывод. Пропускаем историю возникновения закона демонов о запрете на использование чужой крови и силы вне военных действий, и углубляемся немного в исследования крови. Кровь – это не только источник жизненной энергии, но и носитель информации. В крови остаётся оттиск сущности, поэтому она способна передавать: фрагменты, импульсы, память тела, реакции, привычки. И когда демон пьёт чужую кровь, в «откате» он может получить чужие мысли, образы, последние мгновенья перед смертью.

Кайрит сидел, не глядя ни на меня, ни на Ареса, водя пальцем по шраму на шее. Было понятно, что он обдумывает услышанное, примеряет к своим провалам, к тем минутам, о которых говорил. И чем дольше думал, тем жёстче становились черты лица.

Арес уловил это сразу.

– Ты ещё что-то держишь при себе, Кайрит?

Огненный кивнул.

– Да. Есть одна нестыковка. Я пил кровь того, кого убила тварь из-за двери, но лужа крови была в коридоре, где был другой монстр, которого убил я.

– Как я и говорил, воспоминания проявились в «откате», – пояснил Арес. – И твои собственные впечатления наложились на последние мгновения владельца крови. Они смешались.

У Кайрита заходили желваки по скулам.

– Тогда как понять, что из этого бред, а что реальность? Если всё перемешалось? – раздражённо спросил он.

– Заклинания или зелья, которое отделило бы одно от другого, пока не существует. Остаётся прислушаться к собственным ощущениям.

Кайрит перевёл взгляд на меня, потом куда-то в сторону и обратно на Ареса. Несколько секунд он просто молчал, о чём-то думая. Потом решительно вздёрнул руку вверх.

– У того монстра была такая татуировка.

На предплечье кожа была повреждена, будто её пытались содрать. Но под этим рваным следом проступал узнаваемый знак: Одэш.

Внутри меня что-то оборвалось и тут же вспыхнуло яростью:

в видении был демон!

Не «тварь», не безликая мерзость, а демон! Тот, которому безликие не оставили ни разума, ни чувств, переломали так, что он стал оружием слепого уничтожения. Я закусила внутреннюю сторону губы, удерживая поднявшийся к горлу ком, и заставила себя не отводить взгляд от татуировки, хотя хотелось сразу идти туда, где можно за это кого-нибудь убить.

Брат куда спокойнее принял новость.

– Чего-то подобного я и ожидал, – задумчиво проговорил он. – Массовых пропаж демонов в Долине не было. При этом мы знаем, что безликие уже располагают армией тварей. Значит, можно предположить, что часть из них это…

– Огненные, – хрипло добавила я.